Стилист из другого мира (СИ)

Когда кухарка принесла нам ещё по чашечке чая, Эгмонт сказал:
– Карла, хочу вас попросить впредь печь блинчики придуманным Анни способом. – Он улыбнулся мне с нежностью. – Да, и согласуйте уже меню с дочерью, чтобы ей не приходилось готовить себе отдельно. Я не против скинуть пару лишних килограмм.
– Как прикажете, господин Дюран, – проворковала женщина и стрельнула глазками в него.
Ого! А Карла, оказывается, имеет виды на моего папашу. Вот только он этого не замечает. Я невольно покосилась на Ребекку и встретила её такой же удивленный взгляд. Значит, раньше домработница лучше маскировалась.
– Карла, я скоро буду готова к выходу, – проговорила я и посмотрела в голубые глаза отца. – Пап, у меня появилась пара идей насчёт гостиницы, но сначала я хотела бы осмотреть её. Это можно будет устроить, когда вернусь с рынка?
– Конечно, родная. Я предупрежу Франца, он всё тебе покажет.
– Спасибо. – Я залпом допила чай и поднялась, чтобы сходить за кошельком в комнату.
Вернувшись с ридикюлем, помогла убрать до конца со стола, перехватив в процессе пару удивлённых взглядов сестры.
– Бекки, – обратилась я к ней. – Если твоё предложение насчёт ателье всё ещё в силе, то я хотела бы после обеда туда наведаться.
– Хорошо, Анни, но я думала составить вам компанию. Обычно я хожу с Карлой на рынок.
– Замечательно, втроём веселее будет, – с наигранным энтузиазмом отозвалась я. Делёжка территории намечается?
Пока сестрица ходила за своей сумкой, я уточнила у Карлы список продуктов, но уже на рынке он прилично пополнился. Лично я настояла на покупке зелени, овощей, фруктов, нежирной рыбы и курицы.
Благодаря вернувшейся памяти я уже знала приблизительные цены. Да и в столиценемного ориентировалась. Воспоминания Анни о городе ограничивались центральными улицами, но это уже было весомо. Так что прогулка углубила знания этого мира.
Напоследок заглянули в бакалейную лавку за свежим хлебом. Запах стоял там умопомрачительный. И чтобы не купить какую-нибудь особо аппетитную булочку, я сосредоточилась на стеклянных банках с пометкой новинка. На этикетке было знакомое с детства название «Сгущёнка». Поэтому несколько удивленно оглядывала её, даже в руках повертела, чтобы проверить консистенцию. И тут же озадачилась вопросом: а когда её в нашем мире изобрели? Ушлая продавщица начала в красках расписывать эту сласть, отчего я нервно сглотнула слюну. Чертёнок с левого плеча тут же напомнил: утром можно пару ложечек съесть!
– Давайте одну баночку, – сдалась я наконец.
– А вот посмотрите, что у нас ещё есть, – тут же продолжила окучивать меня хорошенькая девчушка. – Желе разных видов. Это такой фруктовый десерт…
– Госпожа знает, – перебила её Карла. – Мы уже пробовали на прошлой неделе клубничное желе.
– А сегодня возьмём вишнёвое, – вставила я своё слово. Этот десерт я действительно могла съесть без опасений последствий.
Новинки обошлись нам в кругленькую сумму. За четыре баночки отдали пятнадцать серебряников, и то я скидку как постоянным покупателям выторговала. Эта цена выбивалась из моих подсчётов, я думала, что серебряник примерно равен ста – ста тридцати рублям. Хотя, возможно, это из-за новизны товара цена выше средней.
За размышлениями не заметила, как мы дошли до дома. Сгрузив все продукты на кухне, я обговорила с Карлой обед. И поспешила в гостиницу. Руки уже зудели от желания что-нибудь сотворить.
Франц встретил меня доброжелательно. Оглядев столовую, я зашла за конторку и дёрнула бархатную портьеру. Пыль тут же взметнулась в воздух, и я расчихалась. Непорядок! Горничным первый минус в карму. Раскрыв портьеры, тут же убедилась в том, что окна с подоконником также грязные. Полки шкафа были полупустыми, на некоторых стояли старые книги, на других – статуэтки и даже канделябры. В закрытой части скрывался сейф, а рядом лежали старые записи журнала посещений.
– Франц, у нас кто-нибудь сейчас гостит? – уточнила я у портье.
– Никак нет, госпожа Дюран, – отчитался он, забирая из сейфа связку ключей. Плохо. – Пойдёмте, я всё вам покажу.
 
Первый же номер встретил меня запустением и пылью. Я разочарованно выдохнула. И, раздвинув шторы, с печалью осмотрела улицу сквозь мутное стекло. Подошла к кровати и откинула покрывало. Как я и думала, постельное белье было несвежим. Мысленно помянув всю родословную неизвестных мне горничных, ещё раз оглядела номер и заметила дверь в боковой стене. Заглянула – маленькая уборная чуть повысила мне настроение. Обстановка минимальна: раковина, унитаз и шкафчик. Но это так замечательно, что воду в тазиках никто уже не таскает в номера. Вообще водопровод и канализация – одно из лучших изобретений человечества, как я считаю. Только вот камины выпадают из общей картины. До отопления горячей водой, видимо, ещё не додумались. Хотя с другой стороны, огонь в камине создаёт неповторимый уют.
Посмотрев остальные комнаты, убедилась, что картина везде одинаковая. На втором этаже два балкона выходили во внутренний двор, то есть на наш сад. Значит, эти комнаты можно обустроить под номера для новобрачных. А на третьем этаже три балкона выходили на улицу – вот вам и номера повышенной комфортности. Ванные комнаты были одни на этаж. Но если из уборных вытолкать шкафы, то можно смастерить небольшую душевую кабинку.
– Франц, а где наших горничных можно найти? – уже не пытаясь скрыть раздражения, уточнила я.
– Так во флигеле у них комнаты. На втором этаже, над кухней.
– А почему я никого здесь не вижу?
– Так постояльцев нет. – Франц пожал плечами.
Очаровательно! Значит, зарплату получают, а работать не хотят. С трудом подавив гнев, я уточнила, где в гостинице складируется постельное бельё. Оказалось, что на чердаке в шкафах его было достаточно, чтобы сменить во всех номерах. Там же я обнаружила неплохую мебель и другие предметы быта, которые можно использовать по назначению. Интересно, откуда это? Как-то запоздало осознала, что и в нашем коттедже на чердаке находится подозрительно хорошая мебель. Пришлось конкретно напрячь память, чтобы вспомнить обрывок разговора. Волда говорила, что всю мебель и предметы интерьера отец Лореляй завещал дочери, а вот сам дом – сыну. Дядя продал коттедж и переехал в Деламар. Видимо Эгмонту было просто не до мебели в тот момент, и он распорядился всё складировать на чердаках. А после совсем забыл об этом.
Я чуть не потёрла ручки от такого нежданного богатства. Вот теперь развернусь на полную катушку. По дороге вниз я попросила Франца позвать горничных в холл.
Пока он ходил, снова оглядела столовую, пытаясь придумать, как расставить мебель в будущей читальне. В центре оставить несколько столов для завтраков. А по периметру стен и в нише между окон книжные шкафы, чередуя с креслами и диванами?
Холл достаточно просторный, чтобы возле стены поставить небольшой диванчик для ожидающих гостей. А сбоку от него рядом с аркой компактную тумбочку, на которой можно разместить свежие газеты.
Задумавшись, пропустила появление горничных, поэтому Франц выразительно кашлянул. Я мрачно оглядела трёх работниц, одетых разномастно, кто во что горазд. Форму однозначно введу. Одной женщине было уже хорошо за тридцать, две совсем молоденькие девушки – возраста Аннет.
– Доброго утра, дорогие работницы, – начала я с хищной улыбкой. – Для тех, кто не в курсе, я – собственница гостиницы, Аннет Дюран. И мне очень интересно, почему вы не выполняете свою работу. Во всей гостинице пыль и грязь, а вы прохлаждаетесь непонятно где. Возникает подозрение, что вам не дорого это место.
Горничные мрачно переглянулись. Да, простая женская работа в это время не оплачивается высоко, так что жалование в один золотой – предел их мечтаний. А если ещё учитывать, что они здесь же живут (практически в центре города), то их халатность удивляет.
– Ни в коем случае, – выпалила молоденькая горничная. – Мы содержим гостиницу в чистоте…
– Да? – Я не смогла скрыть сарказм. – Я обошла все номера и картина в них одна и та же – пыль и запустение.