Грешник. Вернуть бывшую (СИ)

— Прости, но я заберу всего пару вещей, — стараюсь говорить как можно тверже, но получается так себе. — Чтобы голой не остаться.
Мои руки дрожат. Да что там руки, меня всю трясет!
— Забирай всё, что принадлежит тебе, — обманчиво взволнованный голос. 
Нет, я не поверю тебе, Рамиль. Не поверю, что ты расстроен из-за нашего развода. Ни черта!
— Подавись! — цежу сквозь стиснутые зубы и точно так же, быстрыми шагами, выхожу из спальни.
— Да, Захаров, — слышу за спиной. Рамиль отвечает на телефонный звонок и даже не пытается меня остановить. Верно! С чего бы?! — Воронов? Да, конечно.
Воронов… Меня заставляет остановиться эта фамилия. Я прислушиваюсь к разговору, потому что, если я не ошибаюсь, это тот мужчина, из-за которого свекровь стала инвалидом, а Рам уволился. Он же был оперативником.
— В Москву? Конечно, прилечу. Да, прямо завтра. Мне отвлечься надо. Окей, Тимур. Договорились.
В Москву, мать его, летит!
— Ты не спросила про маму, — слышу за спиной.
— А что я должна спросить? Ты мне чужой, она теперь тоже. Надеюсь, с ней всё будет хорошо, Рамиль. Всего хорошего, — даже не оборачиваясь в его сторону, спускаюсь по лестнице.
Последнее я зря ляпнула, потому что на самом деле я ему ничего хорошего не желаю. Дьявол! Когда я стала такой бессовестной? Когда я стала такой жестокой тварью?
Слезы текут из глаз. Воздуха не хватает.
Я буквально выбегаю из дома, чувствуя вибрацию мобильника. Прости, Макс, мне сейчас не до тебя.
— Валерия! — Черный автомобиль тормозит в паре шагов от меня. Адвокат?! — Валерия, нам нужно поговорить. Рамиль Александрович вам кое-что оставил. И не только он… 
Вытерев слезы со щеки, я сажусь в машину. Мужчина нажимает на газ, и мы отъезжаем от дома бывшего.
Останавливаемся у огромного ресторана. Честно говоря, мне не интересно, что там он расскажет про Рамиля и что такое «кое-что», которое он мне оставил.
А больнее всего оттого, что я очень! Ну прямо очень хотела узнать хоть что-то о своей свекрови, но, черт раздери, долбанная гордость не дала возможности даже обернуться в сторону Рамиля и спросить про светлую женщину, которую люблю как собственную мать.
— Простите, но я не хочу туда, — начинаю разговор первой, как только мужчина открывает рот, дабы что-то сказать. Грубо говоря, почти перебиваю. — Давайте тут обсудим, и я уйду. Пожалуйста, не настаивайте.
Мой телефон снова звонит, и это начинает нервировать меня. Дьявол! Чего же ты от меня хочешь?
— Валерия, я не знаю, что между вами произошло и почему Рамиль Александрович так себя повел. Но… — он делает короткую паузу, словно что-то обдумывает или же подбирает нужные слова. — Это очень глупый поступок с его стороны. Он молодой, взрывной и слишком эмоциональный. Прямо в отца пошел. Но Саша тоже не одобрил бы его поступок, как Лариса.
— Это слишком личное, — отвечаю и ставлю мобильник на беззвучный режим. Макс задолбал, честное слово. — Он прав и не прав одновременно. Но я не хочу это обсуждать.
— Нет, Валерия. Вы меня неверно поняли. Я не собираюсь с вами обсуждать ваш развод, но, пожалуйста, подумайте, как отреагирует на это Лариса.
— Об этом не подумал Рамиль. Он вообще ни о чем не подумал. Я дико извиняюсь за резкость, Григорий Сергеевич, но я сейчас не в состоянии адекватно что-либо анализировать. Обдумывать.
Я протираю лицо рукой. Глаза жжет, и меня безумно клонит в сон. Устала. Нужно позвонить Миле, предупредить, что я возвращаюсь к ней.
— Хорошо, — мужчина вздыхает. — Валерия, ваш муж… Бывший муж оставил вам квартиру в центре города, а также счёт в банке, — мужчина протягивает мне конверт и ключи.
— Прошу прощения, — глаза в глаза. — Но мне всё это не нужно. Я найду, где и на что жить. Вы передайте Рамилю Александровичу, пусть подавится своими деньгами! — открываю дверь и выхожу из машины.
— Валерия! Это очень глупо. Вы не работаете, вам нужны эти…
— Мне от него ничего не нужно! — бросаю через плечо и быстрыми шагами отдаляюсь от автомобиля.
Брожу по городу черт знает сколько. Сломанная, раздавленная. Вспоминаю прошлые дни. Дни, когда мы с Рамилем были счастливы, и, поверьте, я даже представить не могла, что наш брак вот так вот треснет по швам.
 
На звонки Макса не отвечаю и Миле не звоню. Нет желания кого-либо видеть, не хочу ни с кем обсуждать развод, а подруга, я уверена, будет расспрашивать.
Я всхлипываю, шмыгаю носом. Это какой-то страшный сон. Или же коварная игра. Нас жёстко подставили, а мы, вместо того чтобы вцепиться друг в друга и не отпускать, тупо разошлись. Кому бы ни принадлежал этот план, нужно принять тот факт, что человек справился идеально. Не пришлось долго париться. Пары дней хватило. Браво!
Присаживаюсь на лавочку в парке. Холодно, черт подери. Полночь. Какого лешего я вообще тут делаю?
— Лера! — голос Макса впивается в сознание. — Не понимаю, я что должен сделать, чтобы попасть на собеседование? Рамиль, мать его, на связь не выходит несколько дней. А ты… Тупо игнорируешь!
Он стоит напротив и буквально рычит сквозь стиснутые зубы. Огромный, точно такой же уставший, как и я.
— И вообще, что ты здесь делаешь в такое время, а?
— Не ори на меня, Макс. Ты мне не муж, да и я свободная женщина! Где хочу, там и нахожусь! — выкрикиваю каждое слово. 
Мужчина аж замирает, явно анализируя мои слова. Я понимаю, что срываюсь на нем, что он, возможно, отследил мой телефон. Но, дьявол, я никого видеть не хочу, а отчитываться тем более.
— Лер, — присаживается на корточки напротив. — Что случилось?
— Что непонятного, Макс? Развелись, говорю. Всё. Он мне никто, и я ему тоже. Чужие люди. Теперь понятно? Я ему изменила, — нервно веду плечами. — Ты же сам видел фотки. А потом он пошел и назло мне переспал с другой. Даже если это подстава, уже ничего не изменить! Я его не прощу!
— Детский сад, ей-богу. Будто первоклассники, нет, даже младше, — усмехается. — Что значит развелись? Он тебе не изменял, Лер. Я тебе это докажу. Пойдем. 
  
Глава 6
 
Схватив меня за локоть, Макс тянет за собой в сторону дороги. Я же не знаю, что думать. Стало ли легче мне оттого, что сейчас, возможно, я узнаю, что это был спектакль для меня и что Рамиль мне не изменял? Быть может, но совсем чуть-чуть. Я же всё еще влюбленная дурочка, как бы ни пыталась убедить себя в обратном.
Мужчина открывает дверь огромного внедорожника и буквально заталкивает меня в машину. Сам же садится за руль и жмёт на газ.
— Куда ты меня везешь, Максим? — на самом деле я кричу, но своего голоса почти не слышу. Горло ужасно болит, голова раскалывается. А сердце… Я его уже не чувствую.
— Увидишь, — коротко бросает, выруливая на трассу. — Вы меня задолбали, ей-богу. Столько лет прошло, а ведете себя как ревнивые школьники, — ворчит. — Нет, ну зачем игры такие? Черный прекрасно знает, что я ещё тогда поставил точку. Охренеть, мля! Идиот же! Недоделанный!
— Не ори. Голова болит. — я чуть ли не плачу. 
Мне бы принять успокоительное и поспать немного, иначе я умру такими темпами. А ещё меня всегда бесило это дурацкое прозвище — Черный. У Рамиля фамилия Чернов, но это не даёт повода его так называть!
— Лер, — Макс слегка касается моего плеча. — Прости, я просто не могу принять факт, что он не только с тобой вот так тупо поступил, но и со мной.
Максим прав, да. Я никогда не могла представить, что мой муж вышвырнет меня на улицу без веских причин. Ну а своего друга детства тем более.
Стискиваю зубы, потому что звонит мобильник, но говорить желания совсем нет, кем бы человек ни являлся. С меня достаточно.
— Макс, меня тошнит. Останови машину, и поговорим тут, а потом и ты, и я пойдем к чертовой матери, а? — выдавливаю из себя, зажмуриваясь.
— Успокойся, — огрызается. — Приехали.
Глубоко выдохнув, открываю глаза, смотрю в окно. Чёрт подери. И что это значит?
— Мы зачем сюда приехали?