Грешник. Вернуть бывшую (СИ)

— Я понимаю, что уже поздно. Но все же, — Галина встает и подходит ко мне. Располагается напротив. — Валерия, я клянусь… — выдыхает. — Да, я знала, что мой шаг неверный. Я и Юля. Мы все знали. В вот остальные — нет. Ни ваш муж, ни его сестры. Все было так детально, грамотно спланировано, что… Просто нереально было не поверить. Я очень жалею. Простите меня, если сможете.
— Пошла вон! Пошла вон, Галина! И чтобы я больше тебя не видел вокруг себя! — Макс кричит. Он окончательно вышел из себя.
— Уходи, — шепчу, заглядывая в темные глаза, наполненные слезами. — Дай ему остыть.
Девушка молча выходит из кабинета. А Макс начинает копаться в шкафу. Что-то ищет. Матерится, обзывает себя такими словами, которые я впервые в жизни слышу.
Я тоже встаю и направляюсь к двери. Слишком душно. Воздуха не хватает. Выйду, прогуляюсь немного, а потом домой. Спать хочу жутко.
— Ты куда? — хмурится. — Подожди минуту.
— Что ты ищешь?
— Бумагу, которую Рам мне в лицо швырнул, сказав, что… Что ты мне сообщения посылала. А я тебе. Но я даже не посмотрел. Я, сука, не посмотрел! — снова начинает рычать. — Даже в голову не пришел номер Галины. А, оказывается, он прав был!
Достает какую-то бумажку, внимательно изучает. Снова матерится. Сжимает в кулаке, превратив ее в шарик, швыряет в сторону. Пинает кресло, затем кулаком по столу несколько раз бьет.
— Успокойся! Что ты творишь?!
— Он был прав! РАМИЛЬ. БЫЛ. ПРАВ!!!
Максим орет так, что я хочу уши ладонями закрыть и не слышать.
— Номер Галины… Черт раздери! Я их всех прикончу! И Милу ту, и всех остальных!
— Остынь, Максим. Хватит! — я тоже перехожу на крик, иначе он меня не услышит. — Сядь и прекрати орать. Рамиль не ребенок. Сначала нужно было разобраться, ты меня понимаешь? Нужно было детально все разузнать. Если тут есть виновник, то это только Рамиль! А ты… Остынь и иди с Галей своей нормально поговори. Она сделала ошибку, да. Но каждый имеет право на второй шанс.
— Второй шанс? — усмехаясь подходит вплотную. — Второй шанс, Лера? А ты тот самый второй шанс дашь Рамилю, а?
— Нет, — отрезаю, не задумываясь. — Нет. Никогда. Ни в коем случае. Не сравнивай, Максим. Это не одно и то же! Не сравнивай!
— Что значит не одно и то же? Что значит не сравнивай?
Максим злой как черт, но я не менее. Треснуть ему по голове хочется, чтобы он прекратил рычать. А если сесть и подумать трезвой головой, то реально постарались круто. Паутина прямо настоящая. И да, возможно, я ошибаюсь. Не нужно мне советы давать, потому что я сама в хреновой ситуации. И да, я тоже никогда не простила бы предателя. И не прощу. А Максим тем более. Характер у него не сахар. Мы сильно с ним похожи. Мне кажется, с Рамилем найти общий язык намного легче, нежели с Максом. Но это раньше было так.
— Мы с Рамилем семь лет вместе. Он должен был по одному взгляду все понять.
— Каждый может ошибаться, Лера, — возвращает мне мои же слова. — Сука! Нет, я сегодня точно кого-то из них угроблю!
— И оставишь меня одну? Ты тоже…
Знаю ведь, очухается после этих слов.
— Звездец! — нервно смеется. — Ладно, забей. Как-нибудь переживем. Ты домой? Давай я подвезу, а потом вернусь сюда. Дел по горло.
— Нет. Я сама. Такси вызову, — забираю сумку, достаю мобильник. — Макс, я не говорю тебе, чтобы ты простил ее. Дело твое. Просто поговори. Не так. Не на эмоциях. Не ори и не рви на себе волосы. Просто поговори. Спокойно. По-человечески. Поверь, это очень важно, какой бы результат в итоге ни получил.
— Прекрати меня уму-разуму учить, Лер, — выдыхает. — Ладно, я тебя понял. Если даже решусь с ней поговорить, то точно нескоро. Иначе придушу собственными руками.
— До завтра, Макс, — слегка касаясь его плеча, заглядывая в глаза. Я сейчас прекрасно понимаю, что он чувствует.
— До завтра.
Решаю не идти домой. Выхожу из компании и направляюсь в парк, который находится буквально в ста метрах отсюда. Полезно дышать свежим воздухом беременным женщинам. 
Снова падает снег. Кто-то гуляет со своим малышом, кто-то — со своей парой, а мне скучно и… Одиноко. Нужно будет поехать к брату в выходные. Постараюсь увидеть его, хоть в последнее время меня к нему не пускают. Каждый раз какой-то повод появляется. Даже не знаю, в чем дело. Но я безумно соскучилась. Да и хочу, чтобы он меня беременной увидел.
 
Домой приезжаю ближе к вечеру. Ноги ноют, голова тоже.
Купила торт, решила себя побаловать. Нет, я не любительница сладкого, но почему-то сильно захотелось, когда увидела его на витрине.
Принимаю душ и переодеваюсь в домашнюю одежду. Нужно пригласить Алену и бабушку Ясмину. Постоянно они меня в гости зовут, а сегодня пусть они моими гостями будут.
Набираю номер Алены, но она не отвечает. Выдохнув, отрезаю кусочек торта и сажусь на стул. Я дико проголодалась, не могу ждать. Но не успеваю я даже начать есть, как звенит дверной звонок.
— Алена… — шепча себе под нос, направляюсь к двери. Открываю ее и буквально застываю на месте. — Черт!
— Я не черт, Лера, — Рамиль стоит прямо передо мной. Сначала смотрит в глаза, а потом опускает взгляд все ниже и ниже. И снова возвращается к глазам. — Нам нужно поговорить.
— Господи, Рамиль, — усмехаюсь, заметив в его руке одну-единственную розу. Мою самую любимую — белую. — Нам не о чем говорить. НЕ. О. ЧЕМ!!!
— Ты ошибаешься, Лера! Нам есть о чем говорить!
Он нагло входит в квартиру, я же пячусь назад. Прижимаюсь к стене спиной. Рамиль нависает надо мной, подходит настолько плотно, что я чувствую запах его парфюма. Наклоняется, дышит прямо в губы. Между нами сантиметры.
Я упираюсь ладонями в его грудь, чувствую кожей грубую ткань пальто. Холодную от мороза и мокрую от снега.
— Что ты делаешь? Отойди от меня! — пытаюсь оттолкнуть, но напрасно. 
Как можно айсберг с места сдвинуть?
— Мы сегодня поговорим, Лера, — ладонями проводит от плеч до запястий, затем касается живота и задерживает руку прямо там, где малыш начинает двигаться. — Поговорим. Я не могу позволить, чтобы мой сын рос без отца. Нет. Этого не будет. Ты в любом случае вынуждена согласиться с моим условием. Без всяких там протестов, Лера. Он и мой сын! Наш! Наш сын, Лера! И я его не оставлю!
  
Глава 16
 
Рамиль
В ее глазах, кроме ненависти, ничего не осталось. Неприязнь, ярость, гнев — что угодно, но не любовь, которая на лице читалась буквально несколько месяцев назад.
И снова приходится действовать, как последнему мудаку. Иначе она не станет даже слушать и в квартиру не пустит.
Наклоняюсь к ней, вдыхаю аромат ее волос, чувствуя, как бешено колотится сердце. Она уже не моя… Не моя Лера, которая от счастья летала при виде меня. Нет, она теперь не моя, более того, я ее собственными руками выкинул. Послал к черту с моим же ребенком под сердцем.
Идиот!
Как я мог поверить им? Как мог поверить своим же сестрам, которые мозги мне вынесли с тем тестом? А я, как ребенок, пошел и сделал все, что они хотели. Водили меня за нос, как мальчишку.
— Что ты несешь? Какой сын? Твой? — нервный смех срывается с ее губ. Толкает, пытается отстранить меня от себя, но я так просто не отойду.
Буквально крышу сносило каждый раз, когда живот ее видел. Так и хотелось коснуться, но, черт раздери, боялся. Два раза тот долбаный тест сделал. Должен был догадаться, что заменят результаты. Но нет. Я лох, не догадался.
Те снимки… Там, где они были сделаны, ни в одной камере наблюдения ничего не осталось. Пошел, проверил, но все было удалено. Сообщения, которые Лера же отправляла со своего номера Максу. Моему же брату! Все распечатки перед глазами, все сообщения. Но одна не выходила из головы до последних дней:
«Рамиль спать собирается. Чуть позже тебе наберу. Соскучилась», — гласило так.
Те два месяца, которые был в Москве, я упорно наблюдал за ней. Знал, что ничего от меня не возьмет. Ни квартиру, ни деньги. Гордая она. Всегда такой была.