Грешник. Вернуть бывшую (СИ)

— Неважно, просто… Тебе нельзя волноваться. Пойдем со мной, а? — девушка, схватив меня за руку, тянет к окну, находящееся в дальнем углу коридора. — Не обращай внимания на то, что говорят другие. Они ворчат постоянно. Я тебе верю, честное слово. И прекрасно понимаю, как это больно… Понимаю, что ты сейчас чувствуешь.
— Ир, я тебя очень прошу, — смотрю с мольбой, шмыгая носом. — Скажи мне, о чём идёт речь? Что они, черт побери, могут обо мне говорить? Я ничего не понимаю…
— Чушь несут, Лерочка, — сжимает мою руку в знак поддержки. — Что вас с Максом вместе застали.
— О, боже… Да Рамиль сразу бы прикончил нас, будь это правдой!
— Вот поэтому и говорю, что я тебе верю. А Максиму Эдуардовичу тем более. Он — мужчина нормальный. Я с ним восемь лет работаю.
— Кто это сделал, Ир? Скажи, ты же знаешь?
Она сглатывает. Открывает рот, чтобы ответить, но в этот момент Рамиль выходит из кабинета Макса, хлопает дверью. Осматривается по сторонам и замечает меня. Я даже издалека вижу, как он тяжело дышит. Как вздымается его грудь.
Он направляется в нашу сторону. Смахивает на быка, ничего не видящего, кроме раздражающей зрение красной тряпки. А той самой тряпкой в этом случае являюсь именно я.
Почему-то я пячусь назад, но идти некуда. Ирина смотрит на меня с сочувствием, я же киваю ей, чтобы ушла. Не для ее ушей то, что бывший мне сейчас скажет. Но пусть только посмеет. Пусть хоть одно лишнее слово скажет в мой адрес! Он получит заслуженное! С меня достаточно оскорблений!
Я пытаюсь сглотнуть образовавшийся в горле ком. Рамиль подходит вплотную. Смотрит прямо в глаза. Нет той нежности, что была много лет назад. Нет той веры, что была буквально три месяца назад. Сейчас там отражается ненависть, горечь, обида. А ещё разочарование.
Поджимает губы в тонкую линию и, положив ладонь на мое плечо, сжимает. Не сильно, но ощутимо. Я слышу скрип его зубов, чувствую, как его хватка усиливается.
— Пойдем, — цедит сквозь стиснутые зубы. Схватив меня за запястье, тянет за собой.
— Зачем ты меня сюда притащил? — шиплю змеёй, как только мы заходим в его кабинет и Рамиль захлопывает за нами дверь.
— Это ты мне сейчас объяснишь! Какого черта сюда пришла? Чего ты добиваешься? Нравится, что говорят за нашими спинами?
— Не ори на меня! — неосознанно перехожу на крики. Нервы сдают окончательно. — Сбавь тон! Мне пофиг, кто и что говорит. Люди постоянно что-то говорят. А ты… — я усмехаюсь, всматриваясь в темные глаза. — Если тебе не нравится всё это, то найди, кто сплетни распускает. И убери с дороги. Слабо? Конечно же, да! Ты только с обвинениями накинуться можешь! Чего добиваешься ТЫ, затащив меня в свой долбанный кабинет, где с другой бабой тут…
Я дышу часто. Воздуха не хватает, будто его вовсе вышибли из лёгких. Отшатываюсь назад, но Рамиль вовремя ловит меня за руку, притягивает к себе.
— Что такое? — голос взволнованный.
Запах его парфюма ударяет в нос. От когда-то любимого аромата сейчас начинает тошнить. А ведь это был мой ему подарок на День святого Валентина!
Я отталкиваю его от себя. Просто голова закружилась. Ничего страшного. Не нужно меня лапать!
— Говори, чего ты от меня хочешь? У меня дела. Нет времени тут с тобой…
Господи божий… Зачем вообще я тут торчу? Что я от него хочу услышать? Да ничего! Абсолютно ничего!
— Тебе здесь не место, — говорит точно так же жёстко, как в тот раз. В своем доме. — Макс не имеет права без моего согласия тебя сюда…
— Ты как ребенок, ей-богу! Я прекрасно знаю, что может Макс, а что ты…
— Макс… — повторяет. — Макс, значит? Нет, Лера. Ты уйдешь отсюда. Куда угодно, потому что я тебя тут терпеть не намерен, — обходит огромный стол, садится в кресло.
— Это уже твои проблемы, Рамиль!
— И этих проблем завтра не станет, — скрещивает руки на груди.
У меня складывается такое впечатление, будто он притащил меня сюда, чтобы тупо разглядывать со всех сторон, потому что вот прямо сейчас Рамиль смотрит на мой живот который всё ещё плоский, не отрывая взгляда. А потом его глаза поднимаются выше. Его карие встречаются с моими серыми.
 
— И что же ты сделаешь? — наклоняюсь, упираясь руками в стол. — Выгонишь? Да только боюсь, что мой ЛЮБОВНИК не позволит. И… Ты не можешь мноц командовать. Не имеешь никакого права! Ты мне никто. Иди и своей будущей женой займись, окей? А меня оставь в покое. Захочу, буду целоваться с Максом прямо на входе в компанию перед глазами коллег. Захочу, раздвину ноги в его кабинете. Как для тебя, например, это делали много раз твои легкомысленные девки, когда ты ещё был со мной в браке.
Рамиль слишком резко встаёт с места. Да так, что кресло катится в сторону. Снова обходит стол, останавливается напротив меня на расстоянии протянутой руки.
— Я никогда не трогал женщин, — отрезает. — Я, в отличие от тебя, никогда не изменял…
— Да? Я же собственными глазами видела!
Да, я специально это делаю, чтобы он оправдался точно так же, как и я. Хоть и знаю, что это ничего не изменит. Знаю Рамиля, он просто обойдет эту тему стороной.
— Умница. Я этого и добивался, — короткая пауза. — Ты же, Лера, перешла все границы. Я считал тебя чистой. Только своей. Но ты оказалась той ещё сучкой…
Пощёчина врезается неожиданно даже для самой себя. Аж ладонь начинает жечь. Рамиль шумно сглатывает, сжимает челюсти. Не ожидал? Ага, я тоже. Давно рука чесалась. Вывели меня из себя. Я долго контролировала свои эмоции. Но это уже конец.
— Если ещё раз скажешь в мой адрес какое-нибудь оскорбление, Рамиль, я клянусь, что за себя не ручаюсь, — оборачиваюсь и направляюсь к двери. — И ещё, — бросаю через плечо, — твои сестры получат заслуженное, если хоть на шаг ко мне подойдут. И да, я та ещё сучка. Бойтесь меня. Долго я носила розовые очки. Вы мне жизнь сломали! Пришло время расплачиваться! 
  
Глава 10
 
Как бы тяжело ни казалось, но лучше начать всё с нуля, чем таскаться за отношениями, которые больше никогда не станут прежними. Я это поняла, прожив одна в двухкомнатной снятой квартире целых четыре месяца. Наверное, я чокнулась бы, если бы не мои соседи. Милая девушка Алена и ее пожилая бабушка. Часто после работы зовут в гости, где я могу немного отвлечься, забыть лицо бывшего мужа, видеть которого сплошная боль.
Сколько бы Макс ни старался, сколько бы ни убеждал меня сидеть дома, я никак не соглашалась. Точнее, не могла согласиться. Оставаться весь день в четырех стенах и считать дни, пока не рожу сына… Нет, я реально сошла бы с ума.
С Рамилем мы как чужие друг для друга люди. Впрочем, так и есть на самом деле. Он занят своими делами, я же не выхожу из кабинета, стараясь как можно реже встречаться с ним. Я ждала, что он будет мозолить мне глаза вместе со своей невестой. Выставит ее на показ назло мне, но, как оказалось, такого человека нет. По крайней мере, я не видела. Макс подтвердил мои догадки.
Рамиль лишился не только жены и малыша, которого считает чужим. Он лишился лучшего друга, брата и советчика. Максим говорит, Рам стал замкнутым. Ни с кем не общается, пашет как ненормальный, до утра сидит в своем кабинета. Есть ли мне дело до него? Не должно быть, ведь верно? Но мне больно даже тогда, когда слышу всего лишь его имя.
Забираю пальто и сумочку, покидаю свое маленькое помещение. По пути набираю номер Алёны. Она работает в ресторане недалеко от нашей компании, тоже в это время освобождается. Домой едем вместе.
Пока раздаются длинные гудки, я прохожу мимо кабинета Рамиля. Мое внимание привлекает приоткрытая дверь. Не знаю почему, но я останавливаюсь и вижу бывшего мужа. Он, обхватив голову руками, смотрит куда-то в одну точку. Будто почувствовав на себе мой взгляд, Рам поднимает глаза. Рассматривает меня с ног до головы — он делает это каждый раз, когда мы где-нибудь случайно встречаемся. На мне черный брючный костюм. Живот вполне заметен, и Рамиль останавливает свой темный яростный взгляд именно там. Пара секунд. Может, и больше. А потом наши глаза снова цепляются. На его лице довольно густая отросшая борода, которую я терпеть не могу. Рамиль как минимум раз в неделю сбривал ее, чтобы я не могла оттолкнуть его от себя, ведь мою кожу сразу начинало жечь и она краснела.