Дело о девяти колотых ранах (СИ)
— Не огорчайтесь, мой господин, — проговорила она с неожиданной нежностью. — Я вижу, вы разочарованы, но Виолетте есть чем вас утешить. Я пришла не за тем, чтоб сказать, как мы зовём этих клиентов, есть ещё кое-что, что выглядит очень странным. Я уверена, что это заинтересует вас.
— Что же ты скажешь мне в утешение, девочка моя? — спросил Марк, взглянув на неё.
— Я была свидетельницей довольно странного происшествия, — понизив голос, сообщила она. — Вам наверно известно, что места для девушек, работающих на улице, распределены, некоторые стоят на входе и у дешёвых заведений, а те, кто поудачливей — в середине, у самых приличных. Мы с Розой и Барбареттой уже давно заняли место возле салона Антуанетты, платим за это место и потому никого другого туда не пускаем. Там и клиенты богаче, и опасности меньше, ведь за входом присматривают охранники. Так вот, как-то ночью мы стояли там, и вдруг на другой стороне появилась незнакомая нам девица. По всему было видно, что она не из наших, маленькая, изящная, в атласном розовом платье с дорогими кружевами и короткой бархатной накидке с модным широким капюшоном. На лице у неё была маска из чёрного шёлка, расшитая серебром. Я-то сразу поняла, что она из благородных, и проглотила обиду. Знаете сами, что иногда и знатные дамы подрабатывают на улицах, кто от нужды, а кто и из любви к приключениям. Только они редко ходят без охраны, потому с ними лучше не связываться. Я это знаю, потому и не стала прогонять её. Но Барбаретта — девушка бойкая, она обиды не стерпит, потому подхватила за руку Розу и потащила её разбираться с этой самозванкой. Я хотела их остановить, опасаясь, что сейчас из темноты выскочат громилы с дубинами, и этим дурочкам не поздоровится. Но появился только один мужчина, высокий и тоже не простолюдин. Он был в чёрном бархатном плаще и атласной маске и пригрозил нам мечом, после чего я схватила Барбаретту и Розу за руки и утащила обратно. Он снова скрылся в темноте переулка, но явно оставался там.
— Значит, это был дворянин в чёрном бархатном плаще и атласной маске? — оживился Марк.
— Именно так! Слушайте дальше! Мы вернулись на своё место, и я издали продолжала наблюдать за этой девицей. И вот что странно. Она была прехорошенькая, даже, несмотря на то, что в маске, и многие мужчины интересовались ею. Были и молодые, и красавцы, и богатые, но всем она отказывала, а если они настаивали, появлялся её компаньон с мечом. Но потом появился один человек, направлявшийся к Антуанетте. И она сама бросилась к нему и взяла под руку, что-то нашёптывая. По всему было видно, что он удивлён и смущён, то есть до этой поры он с ней не встречался. Но она быстро его уговорила, и они ушли в тот самый переулок. И больше я его не видела. Знаете, кто это был? Малыш Гильбе!
Она торжествующе взглянула на барона, довольная его реакцией.
— Значит, эта дама ждала там именно его? — спросил он нетерпеливо.
— Я уверена в этом! Он был милый, но далеко не красавец, богатый, но скрывал эти траты от матери и потому не мог быть слишком щедр, он торговец, и это было видно по его наряду, а до этого она гнала от себя даже дворян. Понимаете? Ей нужен был именно он!
— Вот оно что… — Марк снова забарабанил пальцами по столу. — Ты рассмотрела её, Виолетта?
— Да, мой господин, когда побежала за девочками, чтоб остановить их. Мне было любопытно взглянуть на неё, а там совсем рядом висит фонарь. Она довольно молода, со свежим личиком, белым и нарумяненным, но не ярко, а так, как это делают знатные дамы. На левой щеке возле губы — родинка. Волосы белокурые, аккуратные кудряшки, уложенные надо лбом и вдоль щёк. На шее — изящное колье: цветочный венок из самоцветов, на тонкой чёрной ленте. На руках — кружевные перчатки. Ах, да! У неё на поясе висела сумочка-кисет из бордового бархата с серебряными наконечниками на шнурке-завязке.
— И она невысокая?
— Крохотная! Меньше Розы, то есть на голову ниже меня. У неё и личико и ручки такие маленькие и изящные! Она похожа на тех фарфоровых кукол, что выставляют в витринах кружевницы, которые продают свои изделия во дворец.
— Молода?
— Не девочка, но кожа гладкая. Лет двадцать, может быть.
— А тот мужчина?
— Не стар, не молод, ростом с вас, да и сложением… Хотя, нет, он более громоздкий, и старше. Голос низкий, грубый. Лица не видела, у неё была полумаска, а у него — скрыто всё лицо. Волосы длинные, тёмные, подвитые локоны. Рубашка белая с тонким кружевом на воротнике. Камзол под плащом тёмно-коричневый из узорчатого сукна. На ремне и перевязи — парные пряжки в виде дерущихся медведей из чернёного серебра. Ботфорты из бычьей кожи. Пожалуй, это всё, что я запомнила.
— Я поражаюсь твоей наблюдательности, — тепло улыбнулся Марк.
— Я помогла вам, ваша светлость? — просияла она.
— Ты не представляешь насколько! Если б все мои сыщики были такими смышлёными! Может, всё же согласишься работать на меня?
— Мой господин! — рассмеялась девушка. — Я всегда готова помочь вам, но на улице цветочниц я заработаю больше, чем у вас. Вот когда я скоплю достаточно, чтоб уйти оттуда, и клиенты перестанут обращать на меня внимание, выискивая кого-нибудь помоложе, я приду к вам, и надеюсь, вы не откажете принять под свою руку малютку Виолетту!
— Что ж, решать тебе, — с некоторым сожалением произнёс он. — Но моё предложение по-прежнему в силе. А пока вот тебе за труды, — Марк открыл ящик стола и достал оттуда небольшой кошелёк, который мелодично звякнул, когда он опустил его на стол перед девушкой.
— Благодарю вас, ваша светлость. Вы, как всегда, щедры, — забирая его, поклонилась Виолетта. — Если что-то будет нужно, я всегда к вашим услугам.
Она удалилась, одарив его на прощание нежным взглядом.
— Она влюблена в вас, — заметил Эдам, глядя ей вслед.
— Возможно, — снова помрачнев, ответил Марк.
— Она была вашей девушкой?
— Никогда. Просто однажды я помог ей выпутаться из большой неприятности. Её обвинили в убийстве клиента, который перед этим избил её. Я взялся доказать её невиновность, и мне это удалось.
— Значит, всё закончилось хорошо? — нерешительно спросил Шарль, взглянув на хозяина.
— Нет, потому что убийцей оказался её старший брат, и спасти от виселицы его мне не удалось. Она потеряла тогда единственного близкого человека и осталась совсем одна.
— И вы не могли позаботиться о ней?
— Мне было не до того. Вскоре стало известно о болезни Армана, и весь мой мир рухнул.
— Но ваши предположения о том, что убийца заманивает купцов на девицу, оправдались, — проговорил Эдам, с сочувствием посмотрев на него. — Не зря вы интересовались улицей цветочниц.
— Да, и у нас снова появился некий дворянин в бархатном плаще и атласной маске. Виолетта дала нам очень точные приметы. Ладно, хватит об этом! Идём домой. Я устал сегодня, а дела могут подождать до завтра.
Он встал из-за стола, но на какой-то момент замешкался, глядя на улицу, где безмятежно светилось небо светлой ночи. Этот разговор снова вызвал в его памяти те дни, когда он отчаянно цеплялся за надежду, что всё ещё может быть спасено, и его мир, и его король. Но жизнь так жестока…
— Идёмте, ваша светлость, — раздался совсем рядом мягкий голос Эдама и, обернувшись, он увидел его глаза, полные понимания и сочувствия.
Этому мальчику тоже немало досталось от жестокой судьбы, и он знал, о чём грустит его хозяин. Марк улыбнулся ему и, коснувшись на ходу его плеча, направился к двери.
2
Наутро, наконец, явился Матье. Он был взволнован, на слегка осунувшемся небритом лице возбуждённо блестели глаза.
— Я всё выяснил, ваша светлость! — воскликнул он. — Я нашёл тех, кто стоит за убийством купцов!
— Расскажи всё по порядку, где ты пропадал? — спросил Марк, указав ему на стул возле своего стола и тот поспешно сел.
— Я, как мне и велел господин Гаспар, отправился в «Королевское копьё», — начал сыщик, сев на краешек стула, но продолжая ёрзать от нетерпения. — Я расспросил там хозяйку и слуг, но нет, они не видели ни господина Бауэра, ни господина Трюффо. Да и господа Гильбе и Тортелье жили там недолго и общались только с другими постояльцами, жившими в гостинице одновременно с ними. Как следует из книги хозяйки, эти гости не встречались друг с другом. Я продолжил расспросы и неожиданно выяснил вот что!Тортелье как-то велел пожарить ему цесарку, но потом сказал, что не останется ужинать, потому что у него встреча в «Серебряном единороге»! Я уцепился за это и пошёл туда. Вы знаете, это трактир недалеко от торговой площади, вполне приличный. Там собираются приезжие торговцы, заключают сделки, заводят полезные знакомства. К тому же там есть зал, где играют на деньги. Это, конечно, секрет, но все заинтересованные лица об этом знают. Иногда торговая гильдия и полиция магистрата устраивают там облавы, отлавливают шулеров, штрафуют хозяина, но он просто платит штраф и продолжает заниматься этим делом. Прибыль от игроков куда больше, чем штрафы. К тому же поговаривают, что он платит отступные, чтоб его не трогали, но это к делу не относится. Так вот, я наведался туда и выяснил, что и Гильбе, и Тортелье, и Трюффо, и Бауэр бывали там в разное время! И самое интересное, все они однажды оказывались в одной компании игроков! Причём играли только Тортелье и Бауэр, а Трюффо и Гильбе просто были приглашены на ужин вместе с теми тремя.