Измена. Знай свое место! (СИ)

Судя по тому, что Дамир собирается познакомить родителей между собой, они с Аленой подумывают о женитьбе!
Я, конечно, рада за сына…
— Никаких скорых! — вырываюсь из ванной, опустив руку сына. — Все хорошо. 
— Тебя тошнит! Ты зелёная! Кишечную палочку подхватила где-то… 
Подхватила палочку, но не ту, что ты думаешь, сыночек. 
Ой, все, Дина… Хватит пошлить. 
— Это не кишечная палочка! 
— Тогда что?! Блин, мам… Не темни, мы.… 
Дамир хотел сказать, что мы опаздываем, но замолчал. 
— Да, блин, мам! — взревел возмущенно. — Ты чего?! А папа знает?!
— При чем здесь папа! Это моё дело.… 
— Такие делами, насколько мне известно, вообще-то вдвоем занимаются. Ты как? Мам… Это вообще, нормально, что ты такая… Ты светишься! Но ты зелёная… Ты как елка, мама.… Флуоресцентная ёлка. 
— Помолчи. Так.… И не стой так близко. От тебя воняет мокрой псиной… 
— Это в лифте собака вашего соседа по моим брюкам хвостом махнула. Неужели ты чувствуешь? Я — ничего. 
— А я — всё. И давай мы сделаем так, ты езжай, а я… попозже. Идет? Мне снова нужно поправить макияж. 
— Поправляй, не поправляй. Все поймут, в чем дело. Заметят. 
— Никто ничего не заметит! И не смей говорить отцу! — требую я. 
— Мам, он был бы рад. И я всё-таки тебя подожду. В другой комнате. Предупрежу, что мы задержимся. 
— Никому не говори о моей беременности. Слышишь? Я не шучу! 
Дамир удаляется, бурча себе под нос. 
Вдох-выдох, Дина. Мы справимся…
Не хочу говорить Руслану. 
Эгоистично? Или, напротив, разумно? 
Он в моей жизни, быть может, как чёрная метка. 
Первая беременность была сложной, и в самом итоге, когда я в мучениях, наконец-то родила, он мне изменил! 
Вторая беременность закончилась жестоким выкидышем во время, когда сын лежал при смерти. 
Третья… 
Я не хочу знать, чем обернется моя третья беременность, если в моей жизни снова появится он, Руслан Тахиров.
***
Собралась с силами, накрасилась.
Ждем такси. 
Дамир не унимается. Поднимает сложную тему. 
— Папа узнает, — говорит сын. — Мам, ты же не собираешься обманывать его и делать вид, будто ребёнок не от него?
— Он ничего не узнает. 
— Как ты себе это представляешь? Мам… Мы с Аленой вообще-то свадьбу делать хотим, вам с отцом контактировать придется. Как родителям!
— То есть, ты хочешь переложить организацию свадьбы на мои плечи? Очень взрослый поступок, Дамир! Очень.… 
Дамир смотрит на меня исподлобья и дергает губами, точь-в-точь, как отец. 
Ой, мамочки… Передо мной будто Руслан, помолодевший на двадцать с лишним лет!
— Вообще-то я оплачу наша свадьбу сам. От и до. Я просто надеялся, что во время подготовки к свадьбе вы сдружитесь с мамой Алены, и между собой… помиритесь! 
— Дамир, ты уже не маленький мальчик. Люди расходятся. Так бывает. 
— Значит, они добились своего. Та чокнутая Лиля и ее дочурка, и Рафик. Они вас рассорили, разбили семью. Будут гнить в тюрьме, в психушке и потирать свои говняные лапки. Они. Своего. Добились!
Я понимаю, к чему клонит сын. 
— Дамир, ты не возьмешь меня на слабо. Я больше не играю в эти игры. Мне плевать на вызовы судьбы, все вместе взятые.
— Ты изменилась, — вздыхает сын. — И я скучаю по тебе, прежней. Ты стала тихой и спокойной, стала… не знаю… 
Он отворачивается, чтобы не показывать, как покраснели его глаза. 
Такой день, для него важный, а я порчу ему настроение.
— Это просто токсикоз. Так бывает, родной. Я переживу его, и, вот увидишь, мама снова будет энерджайзером, ещё устанете от меня, — пытаюсь приободрить Дамира. 
— Врёшь, — осаживает он меня. — Врешь же! Ты забыла закрыть ноутбук. Пока тебя тошнило, я видел сайт с билетами. Ты решила переехать и поэтому уверена, что папа ничего не узнает! Просто приз за смелость, мам. Сбежать… Ты хоть на свадьбу нашу с Аленой придешь? Или найдешь предлог, чтобы не появиться?! Свадьба через три месяца, у тебя, наверное, уже пузо на лоб полезет, и ты, конечно, решишь не ехать ко мне, потому что там будет папа. А дальше что? Ты лишишь ребёнка отца, а он всегда был хорошим отцом. Это я тебе, как сын, говорю….
Зачем он говорит мне всё это?!
Зачем? 
Хочет снова довести до слёз?
  
Глава 32
 
Дина
Дамир прав и не прав одновременно. 
Он увидел, что я смотрела билеты на самолет и решил, что я хочу сбежать надолго. 
Возможно, навсегда. 
— Переехать? Бросить насиженные места? Бросить новую работу? Ради чего? Чтобы в желании испортить жизнь бывшему мужу, в итоге, испортить её себе и малышу?! Не многовато ли чести для предателя? — спрашиваю я. — А билеты… Что ж, я хотела ещё раз слетать в отпуск! Потому что недавно я поняла, что двадцать с лишним лет жизни я жила строго по расписанию, которое было выгодно твоему отцу, жила его идеями, его стремлениями, дышала им… Но что в итоге? Он мне лгал… И ты даже представить себе не можешь, как это больно, и ещё больнее от того, что ты легко все простил и забыл. Да, он же твой отец! Да, он же не тебя предал, да? Но, знаешь, Дамир.… Это лишь удачное стечение обстоятельств… это заслуга ангела-хранителя в том, что коварные планы и замыслы распались! Это всего лишь слепая удача! Но что было бы, если бы не вмешательство удачи? Задай себе этот вопрос! И ответь, был бы ты так же лоялен к отцу, если бы он поставил на первое место эту… якобы дочь, а тебя вышвырнул, если бы обошелся с тобой, как с половой тряпкой, и заявил, что ты… все проглотишь! 
— Мам… Я не на его стороне. И не на твоей стороне. В этом конфликте я не хочу выбирать ничью сторону. Он ошибся, но и ты не права!
— Ах, не права! И в чем же я, по-твоему, не права?
— О том, что отец имеет право знать о ребёнке, я повторять не стану. Сейчас я хочу сказать тебе, что ты не права… Потому что гробишь! Гробишь себя! У тебя в глазах тоска, ты на тень стала похожа, не из-за токсикоза.… Отец с ума сходит. Долго ли он так протянет? Вы оба мучаете друг друга, вот что я хочу сказать. И сказал! А теперь… Теперь давай сядем в такси, водитель вон как уши развесил! — рявкает сын и открывает передо мной дверцу машины. 
Водитель аж вздрагивает. Реально, заслушался. 
***
Перед входом в ресторан я довольно сильно нервничаю, достаю телефон, чтобы во фронтальной камере рассмотреть себя. И… нечаянно ловлю там Руслана. Стоит позади меня и беседует с какой-то женщиной, держа ее под локоть. 
— Зря ты говорил, что отец в расстроенных чувствах. Ты посмотри… На знакомство с родителями твоей девушки он.… бабу привел! — злюсь. 
Дамир, посмотрев мне за спину, хохочет. 
— Мам, ну ты даешь! 
— Что?! Что смешного?!
— Ты ревнуешь, мам. Ты дико ревнуешь. Кстати, совершенно зря. Это мама моей Алены. Отец просто вышел ее встретить, они живут неподалеку. 
Кажется, я едва не попала в глупую ситуацию. Надо бы снизить градус напряжения. 
Я стараюсь держать себя в руках. 
Руслан останавливается напротив. Мое сердце едва не выскочило из груди, прямиком в руки к бывшему мужу, страсно желая быть рядом с ним. 
Аж до слез… 
Но я буду держаться… 
— Дина. 
— Привет, Рус, — шепчу едва слышно. 
— Привет. 
Он разглядывает меня жадно и, отпустив руку матери Алены, подходит ко мне. 
Я инстинктивно напрягаюсь. 
— Просто поздороваюсь, — хмыкает он, поцеловав меня в щеку. 
Так целуют друзей… 
Не любимую женщину. 
Мне становится ещё больнее от того, как он после этого поцелуя смотрит на меня и улыбается:
— Хорошо выглядишь. 
Хотя мы оба знаем, что это не так. 
Я бледная и исхудавшая, да и он выглядит не лучше. Поседел ещё больше, постригся короче, лицо острое и потемневшее. 
— Тебе идет это платье. 
Я надела платье попросторнее, чтобы было незаметно, как увеличилась грудь и немного округлилась талия. Ничего не могу с собой поделать, у меня даже начало беременности кричащее о положении. Так что в чем-то Дамир прав: прятать свою беременность — глупая затея, убегать куда-то тоже, но я и не планировала убегать на другой конец света, просто отдохнуть, пока есть такая возможность, а Руслан.… Вот, пожалуйста, едва посмотрел на меня и отвел взгляд в сторону, разговаривает о чем-то, шутит…