Выпускница Бартонского пансиона (СИ)
Его внутренний хохотун начинал с одной и той же новости, уже порядком устаревшей.
«Ну, сегодня-то ты, наконец, придумаешь, почему комендант открыл ворота авархам, и Элию забрали в степь? Ай-ай… ведь были причины, были! И как это вы целым гарнизоном проворонили одного предателя?»
На этом сознание стопорилось, не выдавая ни единой жизнеспособной версии.
Что за причины были у произошедшего? Какие цели преследовал комендант?
Не успев прикинуть варианты, он уплывал в сон. А поскольку к вопросу он подошёл сначала крайне добросовестно, то очень скоро понял, что объяснений так и не нашлось, а сам он уже привык к этому шокирующему известию и может относиться почти с таким же хладнокровием, как и к остальным фактам.
Невразумительной логики Дэйса по поводу отсиживания в стенах вместо того, чтобы сместить коменданта и взять крепость под контроль, Ирхан не понял, но вполне допускал, что ему не всё известно. Недаром ведь Варьяна старается поменьше говорить о ситуации и прячет глаза.
Лемар рассказывал побольше, но он и приходил реже. Если судить по докладам разведчика, вдоль Билаюра сновали авархи. Небольшими группами по трое — пятеро степняки периодически проезжали ввиду крепости. Лемар насчитал всего двадцать человек, вероятно, это был разведывательный отряд. Понятно, что авархи теперь ожидали ответа на захват Южной.
— А что те двое, которых ты отправил извещать войска?
Лемар пожал плечами:
— Если вы имеете в виду — известно ли им о предательстве лера Останда, то нет. Неизвестно. А вот то, что здесь лери Варьяна, я да ещё перебежчик, это они знают. Предполагать, конечно, не возьмусь, но вполне может быть такое, что коменданта спросят, куда это мы вдруг подевались.
Позднее Ирхан спросил у Варьяны про перебежчика.
— Не знаю, — нахмурилась она, — конечно, кормлю его, пою, вещи стираю. Я бы не стала так уж доверять, хотя не могу понять его мотивов, и именно поэтому он вызывает подозрение.
— Он пытался сбежать? Втереться в доверие?
Девушка задумалась.
— Не то чтобы втереться в доверие… скорее, у него игра, флирт, но это ни о чём, просто слова.
— А что Дэйс говорит?
— Дэйс? Ну, он больше за городскими делами следит, ему виднее, конечно, как поступать. Ты извини, я мало знаю, что сейчас в крепости делается. Позвать его к тебе?
— Да, позови. Лемар уж звал, только он что-то не заходит.
— Наверное, вы просто режимом не совпадаете, — улыбнувшись, предположила Варьяна.
— Наверное, — согласился Ирхан.
В самом деле, почему бы старому другу нужно было его избегать?
За последние дни он значительно окреп, Варьяна отменила усыпляющее питьё и сказала, что, по её непрофессиональному мнению, сейчас ему, наоборот, надо понемногу начинать двигаться, чтобы тело восстановило свои силы. С точки зрения Ирхана, девушка была отличным лекарем, раз смогла его чуть не у Войра-Временника вытащить. Раны ещё кровоточили, болели, но силы прибывали с каждым днём.
Вчера Варьяна показала план лабиринта внутри стен крепости, и Ирхан пришёл в восторг от красоты идеи и её толкового воплощения.
Вход во все помещения, кроме лазарета, был затруднен. В лазарет вела силовая стена, исчезающая при приближении человека. Вероятно, это было придумано для быстрого перемещения больных. Также и освещение зажигалось там, где находились люди, гасло при уходе или засыпании. Ирхан никогда раньше не слышал о таких магических разработках.
— Видимо, это правда, что маги прошлого были более умелы, а современные годятся им только в ученики.
— Да, жаль, что сюда нельзя пригласить магов для ознакомления, — улыбнулась Варьяна, — знаешь, мы ведь только план нашли. А если бы не лери Сальяра, то могли погибнуть прямо при входе. Там настроена огневая ловушка. И ещё множество ловушек в самом лабиринте, мы осмеливаемся ходить только по тем коридорам, которые точно безопасны. Очень многие отметки на плане не разгаданы.
— А наблюдательные пункты?
— Скорее, окна, но да, это мы обнаружили, — довольно сказала Варьяна, — хотя я тоже не понимаю, как это смогли сделать. Возможно, когда-то это были секретные военные разработки, а потом секрет был утрачен и забыт. Когда лери Сальяра нам показала вход, то здесь были известны только аптекарская комната да склад с вещами. Конечно, нам пока не хватает времени всё обследовать, но мы понемногу продвигаемся.
— Отлично, — похвалил Ирхан, — кстати, обрати внимание, что мы, по сути, в каменном мешке, однако дышится легко, воздух чистый и свежий. Как?
— Тоже загадка. Когда авархи напали, они жгли охапками лярчу, вся крепость была в дурмане, однако сюда ничего не просочилось, — девушка говорила с удивлением и восторгом.
Ирхан задумался:
— Можно было бы предположить, что воздух идёт от наружных стен крепости, но это нелогично, они первыми попадают под обстрел и задымление при обычных сценариях осады. Так что здесь, скорее всего, хитроумная фильтрация.
— Как же всё тщательно продумано, а сколько мы ещё не замечаем пока!
Яна устроила ему недолгую экскурсию по прилегающим помещениям: аптечной комнате, спальням, кухне-столовой, оборудованной в соседнем помещении от его лазарета. Видимо, изначально эта комната предназначалась для варки лекарственных средств. Собственно, Варьяна так её и использовала в основном.
От экскурсии Ирхан запыхался и устал так, словно таскал в гору мешки с камнями. Это надо было срочно исправлять. И весь остаток дня с перерывами на отдых и сон он разминал мышцы, делал силовые упражнения, стараясь избегать резких движений, чтобы работа его лекаря не пошла насмарку.
Вечером явился Лемар, и они с удовольствием обсудили военные уловки с использованием широких возможностей, предоставляемых лабиринтом. Разобрали уже совершённые Лемаром и Дэйсом диверсии. Как раз сейчас Ирхану стало досадно, что в это время он провалялся в горячке.
Погибших ребят было жаль. Ри ему даже снился. Наутро Ирхан проснулся в слезах, и внутренний хохотун, к его удивлению, молчал всё время, пока он разминался.
Обычно этот шутник язвил и подначивал так, что Ирхан всегда умудрялся сделать чуть больше упражнений, чем намеревался, бегать на парочку кругов дольше, вести себя куда более сдержанно. Внутренний контролёр выбирал самые безжалостные слова, не давая забыть о неприятном, заставляя либо одолевать трудности, либо менять своё поведение.
Закончив комплекс разминки, Ирхан бездумно уселся на топчан. Сил пока не было даже на умывание. Тянуло снова прилечь, и он, было, уже взбил подушку…
«Бывший командир бывшего первого отряда», — шепнул хохотун.
Он дёрнулся, как ужаленный. Раны предупреждающе откликнулись. Так, надо обтереться холодной водой, почистить зубы, пойти и найти Варьяну. В конце концов, он уже не немощный, чтобы ему завтрак в постель подавали.
Глава 49
В первый момент он не узнал друга. Незнакомые голубые глаза сверкнули с изнурённого лица с запавшими посеревшими щеками. Дэйс с видимым усилием заставил себя улыбнуться:
— Привет, герой.
— Присаживайся, ты как раз вовремя, — ладошка Варьяны привычно метнулась к его лбу, от этого простого прикосновения вдруг стало легче.
— Как у вас тут дела? — Ирхан уселся с размаха за стол. Всё же мышцы ещё не совсем хорошо слушались.
— Нормально, — вяло откликнулся Дэйс, — со дня на день ожидаем прихода имперских войск.
Варьяна поставила перед Ирханом тарелку и кружку с отваром. Он принялся за еду, может, и не такую, какой кормили на завтрак в гарнизонной столовой, но очень вкусную кашу и даже с тушёнкой.
— Запасов у нас хватает, можем ещё полгода не переживать насчёт голодовки, хотя я, конечно, надеюсь, что скоро всё это вынужденное сидение в стенах закончится, — вздохнула девушка, — Лемар ушёл на рассвете за крепость, он обычно в таких случаях поздно возвращается. Так что к ночи, вероятно, будут какие-нибудь известия.