Сонный воин 3 (СИ)

— Нужно усерднее тренироваться, а не мечтать о несбыточном! — отрезал Александр Демидович. — Благодарю за то, что сразу откликнулись Абрам Израилевич. Вы всегда желанный гость в нашем доме.
— Это моя работа, — с достоинством поклонился врач. — И с вашего позволения я вернусь к пациентке. Сейчас ей ничего не угрожает, но всё же лучше присмотреть. И ещё, Светлане Серафимовне тоже не мешало бы отдохнуть. Всё же потрясение было слишком велико.
— Да, конечно, — покосился на жену глава. — За это не беспокойтесь. Анастасия, отведи мать в её комнату.
— Хорошо, отец, — девушка послушно подхватила маму под руку, помогая подняться. — Мама, пойдём. Тебе нужно отдохнуть.
— Катя, — Светлана Серафимовна ещё не пришла в себя и плохо понимала, где находится. — Мне нужно к Катеньке. Ей плохо. Я должна быть с дочкой.
— Да, да, мы обязательно пойдём к Кате, как только ты немного отдохнёшь, — слабость матери резала Анастасию как ножом. Позже им всем этот эпизод обязательно припомнят, но всё же девушка не позволила ни единой ноте раздражения прорваться в своём голосе. Маму она нежно любила, хоть и признавала, что та была совершенно не приспособлена для клановых интриг. — Идём, мама, идём со мной. Я тебе помогу.
Светлана Серафимовна, всё ещё находясь под влиянием шока и лекарств, данных ей семейным доктором послушно поднялась и направилась туда, куда её вела дочь. Последние месяцы измотали молодую женщину. Младшая дочь уже миновала период пробуждения и с каждым днём надежды на инициацию становилось всё меньше. И вместе с этим падал авторитет Светланы в семье. Дошло до того, что муж принялся всерьёз обдумывать предложение Бжостовских о браке Анастасии с Казимиром, наследником рода.
Раньше подобное было невозможно представить. И дело не в том, что Бжостовские не были им ровней, по части родовитости поляки могли дать фору многим, но именно из-за этого они имели непомерный, даже по мнению других аристократов, гонор. Из-за этого с ними мало кто хотел сотрудничать, но всё же деньги есть деньги, а их у шляхтичей хватало. Кстати, происхождение данных богатств, было ещё одной причиной, по которой с Бжостовскими не хотели иметь дел. Уж слишком странным, казалось, появление капитала, когда у рода нет ни крупных предприятий, ни месторождений, ни успешных торговых компаний, а деньги откуда-то берутся.
Это заставляло подозревать поляков в связях с криминалом, и не покровительстве уличных банд, чем занимались практически все, а участие в по-настоящему опасных вещах. Торговля оружием, наркотиками, похищение людей, особенно одарённых детей, на которых всегда был спрос. За руку шляхтичей никто не ловил, но слухи ходили. И в свете этого, брак наследника был под большим вопросом. Но тут у Добровольских образовалась наследница, которой не жалко было пожертвовать и Бжостовские сделали крайне щедрое предложение, заставившее даже главу клана задуматься. Девчонка, по сути, никакой ценности из себя не представляла. Мать её была из мелкого свободного рода, едва сводящего концы с концами. Если бы она и сестра показали какие-то особые способности тогда ещё можно было подумать, а раз младшая до сих пор не пробудилась, имело смысл обменять гнилое семя на деньги. И сейчас всё резко поменялось, заставив главу рода серьёзно задуматься. И не его одного.
Анастасия довела засыпающую под воздействием лекарств мать до её спальни и сдала на руки горничным, тут же принявшимся суетиться вокруг хозяйки. А сама девушка, с трудом сдерживая торжествующую улыбку, шмыгнула на кухню. После школы она даже не успела поесть, настолько спешила обрадовать сестру. А затем дико перепугалась, когда Катю начало корёжить. В тот момент она прокляла Моргунова самыми страшными словами, которые только могла придумать, мысленно пообещав себе, что уничтожит его семью если с сестрой хоть что-то случиться. Но, чудо! Зелье сработало и теперь Катюша не просто стала одарённой, а сразу прорвалась на ранг Воина с отличными перспективами на будущее. Это кардинально меняло расклад в семье, в том числе для самой Насти. Но кроме облегчения, что всё так удачно сложилось девушка ощутила жуткий голод и собиралась заморить червячка, схомячив такой вредный для фигуры, но вкусный бутерброд. Сегодня было можно.
  
Анастасия заканчивала стоить многоярусный сандвич, когда звонкий звук пощёчины заставил её замереть, словно мышь под веником. Рукоприкладство в их семье было не принято, бить слуг считалось моветоном и уделом нуворишей, недостойных звания истинных аристократов, поэтому девушка не сомневалась, что это конфликт кого-то из семьи и тихонько, на цыпочках подкралась поближе к двери, чтобы услышать, что там происходит. Интуиция во весь голос визжала, что это точно связано с пробуждением Катерины и девушка не ошиблась. Более того, ей пришлось зажать себе рот, чтобы не выдать себя случайным звуком, ведь там было что послушать.
— Я всегда знала, что ты дура, — голос первой жены сочился презрением и надменностью. — И не строй из себя святую невинность. Последнему идиоту понятно, что с Катей это твоя работа. Ну и чего ты добилась? Довольна?
— А если знала, почему не помешала⁈ — змеиное шипение Варвары Анджеевны, второй супруги отца Насти было сложно спутать с чем-то другим. — Сдала бы меня мужу. Или испугалась⁈
— Тебя? — насмешку в голосе Натальи Игоревны можно было взвесить. — Не льсти себе! Ты, конечно, родом из сильного клана, даже из правящей ветви, но они выкинули тебя, как только появилась возможность. Иначе почему ты лишь вторая? Нет, мне просто было плевать. Пока не трогаете моих сыновей хоть сожрите друг друга. Но сейчас всё поменялось, и случилось это из-за тебя! И в целом мне плевать, на позицию Саши и Алексея как наследников это никак не отразится, всё же Катя ещё слишком мала, к тому же девочка.
— Так чего ты так переполошилась? — вторая супруга тоже могла в ехидство, — А! Это потому, что теперь Александр ни за что не отпустить её из рода! И если девка действительно станет хотя бы Гроссмейстером, то…
— То ничего не будет, пусть даже она будет Виртуозом, — надменно оборвала её Наталья Игоревна. — Катя девочка, это накладывает свой отпечаток. Вот её дети вполне смогут побороться за лидерство, но до этого момента ещё нужно дожить. И я предупреждаю тебя, сучка, если с девочкой что-то случиться, я лично удавлю тебя. И ты, жалкий Воин ничего мне, Ветерану, не сделаешь. А начнёшь ерепениться, расскажу мужу о твоих проделках. Как думаешь, что он с тобой сделает?
— Ты не посмеешь! — а вот уверенности в голосе Варвары особой не было. Наталья была права, когда ткнула её носом в скоропалительное замужество не на лучших условиях. Собственно, она и в это дерьмо с Катериной влезла только потому, что её дети не показывали даже уровня Насти, не говоря уже о старших наследниках. И подставив Серафиму Варвара планировала улучшить свои позиции, но получилось всё совсем наоборот.
— А ты проверь. — а вот в голосе первой супруги не чувствовалось ни малейшего сомнения. — Давай, попробуй. Рискни своей жизнью. Ты, сучка, забыла одну очень важную вещь. Нельзя трогать своих, особенно детей! Мы можем как угодно относиться друг к другу, спорить за старшинство, интриговать. Это нормально. Без этого случится застой и нас обойдут другие, более наглые и пробивные. Но если ты поднимаешь руку на ребёнка в своей семье это означает лишь одно — вскоре её не будет. Тебе повезло. Крупно повезло, что Катя выжила. Но это твой последний шанс. Ещё одна ошибка — и тебя просто не станет. Уяснила?
Вместо ответа раздались цокающие звуки удаляющейся Варвары. Её походку Анастасия узнала бы где угодно, но сегодня перестук каблуков звучал как-то нервно, дёргано, словно их обладательница хотела как можно быстрее оказаться подальше отсюда, но при этом старалась не сорваться на бег и сохранить достоинство. Оно и понятно, после такой отповеди только и остаётся что держать хорошую мину при плохой игре. А что её игра была очень плохой девушка была полностью уверена, расклад поменялся, и даже если Наталья Игоревна не стала союзницей, то как минимум перестала быть врагом.