Разрешаю любить (СИ)
— Спасибо, вы тоже.
Моя будущая свекровь невысокая стройная женщина с лицом, далеким от канонов классической красоты, но при этом довольно приятным и очень ухоженным. Ее густые светлые волосы уложены набок переливающимися золотом локонами. А бежевое платье с тонким пояском подчеркивает округлые бедра и осиную талию.
Нас приглашают пройти внутрь и тут же предлагают перекусить с дороги.
Юля щебечет, не останавливаясь. Я больше молчу и осматриваюсь.
Мы со Станисом уже были тут однажды, когда вместе прилетали в Питер, в тот раз мы застали здесь и его отца Миколая. Это была очень волнительная для меня встреча, но позже Станис сказал, что я оставила о себе только положительные впечатления.
С Мари наши отношения особо близкими не назовешь, однако в дни рождения и по праздникам мы созваниваемся для недолгого разговора. Юля утверждает, что это нормально. Что более близкие отношения со свекровью совершенно ни к чему.
Меня это более чем устраивается, потому что в присутствии Мари я всякий раз робею и немею.
— Мне очень понравилось платье, которое вы выбрали, — говорит она, глядя на меня, — Очень стильный фасон.
— Только Станису его не показывай, — со смехом просит Юля, — Я так боюсь спугнуть счастье наших детей, что волей-неволей начинаю верить во все приметы.
— Не покажу, — обещает свекровь, — Но уверена, что мой сын будет в восторге.
— Конечно. Я в этом не сомневаюсь.
Повар и горничная быстро сервируют стол в столовой, выходящей окнами на Неву. Расставляют больше похожую на предметы искусства посуду и до блеска натирают бокалы.
Я ухожу в гостевую ванную комнату, чтобы привести себя в порядок перед встречей со Станисом. Расчесать волосы, поправить макияж и морально настроиться, чтобы с ходу не выдать себя с головой.
Хорошо, что он придумал этот сюрприз. Мне очень нужна встряска, которая поставит мои мозги на место и напомнит, чем я рискую.
Он приезжает всего через полчаса. Заходит в квартиру, под возмущенный вскрик матери бросает на паркет дорожную сумку и, сгребая меня в объятия, отрывает от пола.
— Варюш, здравствуй, солнце!
— Привет, — смеюсь, держась за его плечи.
Потом, поставив меня на ноги, он целует и обнимает Мари и клюет в щеку Юлю.
— Как добрался, сынок? Тяжелый перелет был?
— Нормальный перелет, — откликается он, обхватывая мое запястье и увлекая в гостевую комнату.
— Станя! — восклицает Мари.
— Пусть идут, — останавливает ее голос Юли, — Ребята наскучались.
— Это правда, я соскучился, — говорит он с улыбкой, плотно прикрывая дверь, — А ты?
— И я.
Скользнув рукой по моей спине, он опускает ее на поясницу и прижимает меня к себе. Я смотрю в его лицо. Пытаюсь заблокировать все ассоциации и сконцентрироваться на главном — на нас двоих и всем том приятном, что я чувствую рядом со Станей.
В момент, когда его губы касаются моего рта, я опускаю веки. Целую его со всей самоотдачей, чувствуя себя при этом хуже, чем когда-либо.
Эти ощущения: сжигающий изнутри стыд и отвращение к себе — лучшее противоядие от моей преступной зависимости.
— Варь… Варенька, я с ума схожу… — бормочет, покрывая поцелуями мое лицо, — От твоей красоты… чистоты…
— И я… — лепечу тихо.
— Скоро мы будем вместе. Навсегда.
— Да.
— Я часы до нашей свадьбы считаю.
— Я тоже.
Мы целуемся, пока в дверь не раздается осторожный деликатный стук и не раздается голос горничной.
— Вас приглашают к столу.
— Черт!.. — отстранившись, Станис опускает руку и касается ею своего паха.
О, Боже!..
Глава 27
Варя
Галерея Мари находится на Манежной площади и занимает пять тысяч квадратных метров. Станис приводил меня сюда однажды, чтобы показать сферу деятельности его мамы.
Свидетелем такого масштабного мероприятия я стала впервые. Положив руку на сгиб его локтя, не спеша, шагаю с женихом по залам.
Приглашенных на открытие выставки очень много. Слышится иностранная речь, щелчки фотоаппаратов, правильно поставленная речь репортеров.
Нас снимают. От улыбки сводит скулы. От опустившейся на мои плечи ответственности мышцы звенят напряжением.
— Ты прекрасна, Варенька, — шепчет Станис ободряюще, — Все взгляды только на тебя.
— Ты мне льстишь.
— Это правда. Здесь нет никого красивее тебя.
Мы подходим к Мари и Юле и становимся чуть поодаль, потому что они обе разговаривают с журналисткой. Моя будущая свекровь держится с достоинством английской королевы. Прямая спина, высоко поднятая голова и чувство легкого превосходства в светлых глазах. Ее харизма покоряет с первой секунды.
Юля, заметив нас, подзывает кивком головы и тихо проговаривает:
— Постарайтесь находиться около камер.
— Зачем? — спрашиваю я.
— Вы пара, у вас скоро свадьба. Это нормально.
— Не думаю, что эта новость произведет фурор в российском обществе, — проговаривает Станя с улыбкой и обращается ко мне, — Еще десять минут, и мы уедем.
Я киваю. Прохладный воздух проходится ознобом по моим голым рукам.
— Шампанского, Варюш? — склоняется ко мне, — Ты замерзла.
— Нет, спасибо. Я не люблю алкоголь.
— Два глотка.
Мотаю головой и жмусь к нему ближе.
Как и рассчитывала Юля, репортер, задав Мари ряд вопросов, обращает свое внимание на нас. Когда она слышит пояснение, кем я прихожусь Станису, в ее цепком взгляде вспыхивает огонек интереса.
— Улыбнись, Варюш, — слышу тихий голос Юли за спиной.
— Дата свадьбы уже назначена? — интересуется журналистка, подав знак фотографу, чтобы он начал снимать нас.
— Мы пока не афишируем, — отвечает Станя, опуская ладонь на мою поясницу.
От многочисленных вспышек мои глаза слезятся. Щелчки камер оглушают. Я держусь за жениха как за единственную опору в этом пугающем меня мире.
— Варвара, расскажите о себе, пожалуйста. Откуда вы?.. Чем занимаетесь? Где познакомились со Станиславом Бжезинским. До недавнего времени он был одним из самых завидных холостяков.
— Мы уходим, — заявляет Станя решительно.
Мари, глядя на нас, дает молчаливое согласие. Попрощавшись с многочисленными знакомыми Бжезинских, мы, наконец, покидаем выставку.
— Фух!.. — смеюсь, усаживаясь в машину, — Я думала, они меня живьем сожрут.
— Ты про прессу? Это да… Те еще гиены.
— Спасибо, что не допустил этого.
Станис скидывает пальто и обнимает мои плечи. Прижимаясь к его боку, я пытаюсь расслабиться, но выходит не очень. Мне кажется, что я все еще пахну Лешкой.
— Ты, наверное, устал после перелета?
— Немного. А ты?
— И я.
— Но я все равно не жалею, что прилетел. В следующий раз мы сможем увидеться только после Лондона.
— Да…
Водитель Бжезинских очень быстро привозит нас домой. Взявшись со Станисом за руки, мы, не торопясь, идем к дому, снова приветствуем консьержа и поднимаемся на лифте на нужный этаж. Чем ближе мы к квартире, тем сильнее я нервничаю.
К счастью, нас встречает горничная и предлагает чаю. Потом мы расходимся по комнатам, чтобы переодеться, и встречаемся в столовой.
— Расскажи мне, как идет подготовка к свадьбе, Варюш.
— Все отлично, — отвечаю, немного смущаясь, потому что Юля едва ли не каждый день отправляет ему счета на оплату.
— Мама говорит, твое платье великолепно.
— Да!.. Такое красивое!.. Но я тебе его не покажу!
— Меня уже предупредили, — сообщает он со смехом, — В любом случае, в день нашей свадьбы ты будешь прекрасна.
— Юля хочет заказать фонтан из шампанского… — вдруг вспоминаю то, что хотела обсудить с ним.
— Да, я видел это в счетах.
— Это лишнее, мне кажется.
— Почему? Ты не хочешь? Это очень красиво, — берет маленькую фарфоровую чашку и, не сводя с меня глаз, делает небольшой глоток.
— Это безумно дорого.