Разрешаю любить (СИ)

— С тобой все в порядке? — повторяет вопрос уже гораздо спокойнее, — Выглядишь не очень.
— Голова болит, — отвечаю, массируя виски.
— Почему? Часто тебя мучают головные боли? Ты ходила к врачу?
— Нет-нет, ничего серьезного! — слабо улыбаюсь и перевожу взгляд на схему рассадки гостей, намекая на то, что готова продолжить, — Сегодня три сложные лекции было. Просто устала.
  
Юля, словно чувствуя обман, не сводит с меня глаз, и я чувствую себя ужом на сковородке. Нутро горит.
— Как у тебя со Станисом? — спрашивает неожиданно.
— Все хорошо.
— Когда разговаривали с ним в последний раз?
— Позавчера, — отзываюсь тихо и сразу добавляю, — Все в порядке, Юль. Правда. Он собирается в Лондон и завершает какие-то важные дела…
— Я знаю.
— У нас все хорошо.
Прочистив горло, она берет со стола стакан с водой и делает пару глотков.
— А когда ты в последний раз медосмотр проходила?
— Эмм… — задумываюсь я, — Осенью. В ноябре.
— Результаты и заключение на руках?
— Да, а что?..
— Покажи их мне.
— Зачем?
Проведя подушечкой указательного пальца по своей брови, она заправляет за ухо выбившуюся из прически волнистую прядь волос.
— Свадьба это всегда сильный стресс. Для любой из нас, — объясняет мягко, — Я просто волнуюсь за тебя и хочу убедиться, что с тобой действительно все в порядке.
— Со мной все в порядке. Врач сказала.
Юля пару раз кивает и впивается в мое лицо пристальным взглядом.
— Ты ведь девственница еще?
Я на миг теряюсь, но быстро беру себя в руки.
— Д-да. Но какое это имеет значение?
Шумно выдохнув, тетя снисходительно улыбается и, подавшись ко мне, касается моего плеча.
— Ну, как же?.. Это имеет большое значение, Варь. Станис знает тебя с четырнадцати лет. С семнадцати ты считаешься его девушкой и, если у вас ничего не было, то…
— Я девственница, Юль, — перебиваю, выдавив смешок, — И я все понимаю, да.
Она тихо смеется, но все же уточняет:
— В твоем близком окружении ведь нет мальчиков?
— Нет.
— Кроме того друга Саши, верно?..
— Верно.
— Как его фамилия? Я всегда забываю. Копейкин?..
— Денежко, — отвечаю глухо.
На мое лицо медленно наползает жар. Закусив губы, я склоняюсь над схемой и указываю пальцем в первый попавшийся стол, — А тут кого посадим?
Юля смотрит на меня еще несколько секунд и берет шариковую ручку, чтобы продолжить то, чем мы занимались.
— Будь осторожна, Варя. Станис любит тебя. Очень.
— Я его тоже.
— Мари очень благосклонна к тебе…
— Я знаю.
— Не подведи.
— Я не подведу, — откликаюсь еле слышно.
Этот разговор меня разматывает до усилившейся головной боли и тошноты. Руки ходят ходуном, когда я выхожу, наконец, из дома Беломестных.
Слепо шагаю через двор, а потом по тротуару вдоль проезжей части. Запоздало понимаю, что нужно было вызвать такси, но прохожу две остановки и сажусь на автобус.
Дома мама. Гремит посудой на кухне и засыпает меня вопросами, едва замечает, что я вернулась. Я отвечаю односложно и немного невпопад.
— Отец сегодня в ночь. Не дождался тебя — только что ушел.
— Я у Юли была.
— Что, платье уже пришло?
Мою руки прямо на кухне и, открыв холодильник, достаю из него ветчину и сыр. Затем батон из хлебницы.
— Нет, мы рассадкой гостей занимались.
Помешивая борщ в кастрюле, мама закатывает глаза. Одна и та же реакция на все, что я рассказываю о свадьбе.
— Нас с отцом куда посадили? Или нас вообще не позовут?
— Не начинай, мам! Вы будете сидеть за ближайшим к нам со Станисом столом, как и полагается родителям!
— Только не рядом с этими… Бжезинскими!..
— Разумеется.
— Я понятия не имею, о чем с ними разговаривать!
Сделав себе бутерброд, наливаю кружку чая и с ногами залезаю на стул. Жую торопливо, спеша оказаться в комнате наедине со своим телефоном и вдруг слышу:
— К тебе, кстати, парень приезжал. На черной иномарке. Друг Сашки.
Едва не подавившись куском хлеба, запиваю его большим глотком горячего чая.
— Леха?
— Да-да… — накрыв кастрюлю крышкой, оборачивается и смотрит на меня через плечо, — А чего он к тебе зачастил, Варь?
Вот черт!.. Зачем он приезжал? Зачем?!
— Я не знаю…
— Мне уже соседка жаловалась…
— Я не знаю, мам. Он иногда довозит меня до дома, потому что его Саша попросил.
— Ой, Варька, — вздыхает, качая головой, — Гляди, как бы твой заморский принц не узнал.
Меня снова начинает трясти. Сунув в рот последний кусочек бутерброда, ополаскиваю кружку и сбегаю в свою комнату. В телефоне два пропущенных звонка от Леши и столько же сообщений.
«Выйди, Варь»
«Ты дома?»
Окативший тело жар тут же сменяется колючим холодом.
  
Глава 19
 
Варя
Сцепив руки, выставляю их вперед и отбиваю подачу. Замерев, наблюдаю за тем, как мяч летит через сетку, как к нему бросается девчонка из команды соперников, но не успевает, и он с гулким звоном приземляется в паре метров от нее. Очко.
Ликующие голоса позади меня едва не оглушают. Смеюсь и тоже кричу.
Я очень люблю волейбол. Нравится безмолвное взаимодействие, единство и даже запах резины. До конца десятого класса была членом сборной школы и даже пару раз участвовала в городских соревнованиях, но в одиннадцатом пришлось из нее выйти из-за подготовки к экзаменам и подготовке к поступлению в вуз. Ну… и чтобы запястья не стали слишком широкими. Юля тогда сказала, что на них браслет от Картье не сомкнется.
Катя из нашей команды готовится к подаче, но в какой-то момент головы девчонок по ту сторону сетки поворачиваются вправо. Глаза абсолютно всех загораются интересом, а губы растягиваются в улыбках.
Обернувшись в сторону выхода из спортзала, я вдруг вижу Денежко и одного из тех парней, что были с ним здесь в прошлый раз. Укол в грудь как выстрел из револьвера — прошивает насквозь и бросает в пот.
Облизав сухие губы, я поднимаю руки якобы для того, чтобы поправить съехавший набок высокий хвост. На деле — чтобы хоть как-то скрыть потрясение.
Потому что его появление здесь для меня настоящее потрясение. Мы не виделись и не говорили с тех пор, как он просил у меня шанса.
Сейчас на нем серая толстовка, руки в карманах широких трико, а на лице направленная на нашего преподавателя сосредоточенность. Исходящая от него энергетика ошеломляет не только меня.
Он меня меня не видел? Скорее всего. И это очень хорошо. У меня реальный шанс отделаться приступом тахикардии.
— Ну, что встали, — зычно вскрикивает Сергеев, — Играем-играем!
В этот момент Леша оглядывается и, буквально расстреливая тяжелым пристальным взглядом, смотрит на меня в упор. Лицо обжигает, и я тут же отворачиваюсь.
Катя подает, мяч улетает прямиком в сетку, и ход переходит команде соперников. Сделав небольшую рокировку, мы готовимся отбивать.
В моих ушах шум прибоя, перед глазами все плывет, а ноги превращаются в негнущиеся деревянные палки.
Он смотрит только на меня. Я чувствую это по гуляющим по коже языкам пламени.
Теряюсь, путаюсь и почему-то холодею от страха разочаровать его.
Звук удара по мячу. Он врывается на нашу половину поля, отбивается кем-то позади меня, Арина принимает передачу и отправляет его обратно. Те, с двумя пасами, бросают его через сетку прямиком на меня. Мои руки дрожат, но я каким-то чудом отбиваю его кончиками пальцев. Лера перехватывает и кидает мяч атакующим ударом на поле соперника. Мы получаем очередное очко и слышим свисток.
— Время! — командует Сергеев, — Игра окончена! Всем переодеваться!
  
Сглатываю и смотрю на причину моего смятения. Наши с Лешей взгляды пересекаются, и я понимаю, что он меня сегодня не отпустит.
— Они боксеры, — возбужденно шепчет одна из девчонок, шагая передо мной в раздевалку, — Одного Алексеем зовут, я на него подписана. Его родная сестра невестка нашего мэра.