Диверсант в городе (СИ)

Как бы там ни было, а если они рассчитывали, что легко захватят этот старый дом, то сильно просчитались, понеся серьезные потери. Но, подобные люди, обычно, не ведают страха и не считаются с потерями. Их руководителям наплевать на жизни собственных сотрудников. Тем более, если это какие-то не совсем люди, а чипированные двуногие дроны. И они не остановятся даже если я перебью всю эту группу захвата. Вот только вряд ли получится. Потому что в этот момент по второму этажу со стороны джипов прилетел заряд из гранатомета, отчего спальню разнесло так, что вылетела половина стены, дверь в санузел вышибло взрывной волной, а меня здорово тряхнуло и немного контузило. На секунду мир померк, а перед глазами разлилась красноватая пелена. И я снова перестал слышать. Хорошо еще, что не задело осколками. Шатаясь, я сделал шаг к спасительному окну, быстро вылез наружу и грузно вывалился на крышу гаража.
Настоящего оцепления снаружи я не увидел. Снайперов тоже, похоже, не было, раз я все еще жив. Значит, точно не федералы и не полиция. В ушах звенело, но слух все-таки возвращался ко мне, да и зрение постепенно прояснялось. Контузия оказалась легкой. В это время дом уже охватило пламя, взрывы вызвали пожар, а те из штурмующих, кто проникли внутрь, еще не вышли обратно и до меня быстро не доберутся, потому что лестницу на второй этаж разнесло взрывами.
Внезапно со стороны припаркованных джипов ударил самый настоящий пулемет. Меня заметили и били на поражение. Штукатурка со стены осыпалась прямо на мою голову, но длинная очередь прошла выше. Я ответил, выстрелив из подствольного гранатомета в сторону пулеметчика. Это подействовало, во всяком случае, пулемет замолчал. Поняв, что я снаружи, боевики начали выскакивать из горящего дома. И их еще было достаточно много.
Спрыгнув с гаража со стороны глухой стены, противоположной фасаду, я кинулся в сад. Последствия легкой контузии все же давали о себе знать, отчего движения мои замедлились, а реакции сделались недостаточно быстрыми для эффективного продолжения боя. Приходилось отступать, неуклюже переваливаясь и подволакивая больную левую ногу, которую еще и сильно ушиб, неудачно спрыгнув с гаражной крыши.
Я буквально кожей чувствовал, как приближаются преследователи. Потому уже в саду произвел из-за кустов еще один выстрел из подствольного гранатомета и полоснул длинной очередью из ствола штурмовой винтовки в качестве заградительного огня. В мою сторону тоже стреляли, но мимо. И я смог успешно пересечь заброшенный сад. А дальше меня надежно прикрыла высокая кукуруза.
Едва плюхнувшись за руль корейского паркетника, я оценил правильность собственного решения не глушить двигатель, сразу же стартовав и быстро выехав по грунтовой дороге на шоссе в паре километров от ранчо Уиткинсов. Дым от горящего дома уже поднялся высоким черным столбом в выцветшее безоблачное небо и был хорошо виден даже с этого расстояния. Надавив на акселератор, я за пару десятков секунд разогнал свою неновую машину до скорости девяносто миль в час.
Сердце мое бешено колотилось, буквально выпрыгивая из груди, отрабатывая порцию адреналина, голова кружилась и болела, а левая нога по-прежнему ныла. Но, поскольку машина имела автоматическую коробку передач, я ехал достаточно уверенно, нажимая на педаль лишь правой ногой. Свернув на первой же развилке и убедившись, что меня никто не преследует, я понял, что и в этот раз мне повезло остаться живым. Значит, не пришло еще время умирать, и новые диверсии ждут меня на просторах исключительной страны.
  
Глава 19
 
Я вышел победителем из схватки на ранчо Уиткинсов, полагаясь не только на свою специальную подготовку и опыт, но и следуя собственной интуиции диверсанта, которая сильно развилась у меня со временем, став даже сродни какому-то сверхъестественному чутью. Чем-то подобным обладают некоторые хищные животные, вроде волков, но следование подобному инстинкту совсем не характерно для обычного человека. Однако, в те моменты, когда от правильной тактики моих действий зависела собственная жизнь, я все чаще действовал по наитию, руководствуясь чем-то вроде инстинкта хищного зверя, способного вовремя почуять не только добычу, но и опасность, исходящую от охотников.
 
Успешно избежав смертельной опасности, я снова возвратился мыслями к Джессике. Ох и привязалась же ко мне эта блондинка, намертво закрепившись своим навязчивым развратным образом прямо внутри моего сознания! А ведь я прекрасно осознавал, что сейчас самый подходящий момент расстаться с ней навсегда! Даже если девушка не имеет никакого отношения к появлению вражеских боевиков на ранчо Уиткинсов, она все равно становится для меня обузой и источником постоянной угрозы, как переменный фактор, поведение которого нельзя точно просчитать заранее. Ведь женщины так часто бывают совершенно непредсказуемы! Так пусть же думает, что меня убили в перестрелке на ранчо. Погрустит немного, а потом найдет себе другого парня. Денег на расходы я выдал ей достаточно. На пару месяцев хватит, а за это время устроится куда-нибудь. Не пропадет, не маленькая.
Но, вместо того, чтобы бежать от нее подальше, воспользовавшись моментом, я вспомнил про свой кнопочный телефон, переданный Сергеем, и снова сделал глупость, набрав ее номер. Хоть мой новый номер и был для нее незнакомым, но она все-таки ответила на звонок. Ну что за привычка отвечать незнакомцам? Ведь кроме рекламных агентов, распространителей разной ненужной ерунды от косметики до дорогих пылесосов, да навязчивых страховщиков или прилипчивых студентов с их социальными опросами никто в здравом уме не позвонит незнакомцу. А государственные службы посылают все свои официальные уведомления до сих пор по почте. И пользуются они даже не столько почтой электронной, сколько самыми обыкновенными бумажными почтовыми отправлениями.
Когда Джессика ответила, я быстро проговорил:
— Ты куда подевалась, Джесс? Я приехал на ранчо, а тебя нет. Ты где вообще находишься?
Хотел сказать ей: «Где шляешься?», но не сказал. Поймал себя на мысли, что в разговорах с Джессикой мне почему-то всегда хочется выглядеть лучше, чем я есть на самом деле. Подсознательно мне нравилось строить перед ней из себя эдакого благородного мачо с хорошими манерами. Судя по ее интонации, девушка ничуть не смутилась, даже обрадовалась моему внезапному звонку.
— Привет, любимый! Я так рада, что ты уже дома. Все утро тебя прождала. Я тоже скоро буду. Ездила в молл, в гипермаркет за продуктами, чтобы приготовить тебе вкусный обед, — проворковала она.
Я тут же выпалил:
— Ни в коем случае не езжай домой! Оставайся там, где находишься. Я за тобой приеду.
— А что случилось? — удивилась Джессика.
Я сказал:
— Очень нехорошее происшествие. Дом Уиткинсов сгорел.
— Как такое могло случиться? Сам загорелся или подожгли? — спросила она, полушутливым тоном, еще не понимая всю серьезность положения.
— Подожгли недобрые люди. Расскажу при встрече. Мы в опасности. Сейчас просто оставайся на месте, детка, — сказал я.
— Но, я уже отъехала от этого молла, — в ее голосе чувствовалось искреннее недоумение.
— Значит, немедленно разворачивайся и возвращайся на парковку. Я уже еду, — довольно резко проговорил я. И добавил уже помягче, чтобы немного успокоить ее:
— Если будешь умницей, Джесс, и подождешь меня там на стоянке, то все будет хорошо, обещаю.
— Ладно, подъезжай тогда сам к торговому центру, там и встретимся, — протянула она и назвала адрес в ближайшем городке.
Когда я подъехал к этому моллу, уже настало время обеда. Яркая красная неновая «Хонда» оказалась отличным ориентиром, заметным издалека. Мне даже не пришлось долго колесить по стоянке, чтобы найти ее. Машин в этот час возле молла оказалось не слишком много. Я припарковался в ряду напротив на несколько мест левее, довольно близко от входа, всего лишь в третьем ряду, и снова набрал номер Джессики, сообщив ей, что уже приехал. Минут через десять она подошла к своей машине с большими пакетами, в которых находились покупки. Сразу было видно, что дорвалась девушка до шоппинга. Она уже успела купить себе новое летнее короткое платье в голубеньких цветочках на белом фоне и белые босоножки на ноги.