Диверсант в городе (СИ)

Начинался рабочий день. И народа в парке почти не было. Потому я обрадовался, когда в поле зрения попал этот чернокожий спортсмен. Он весело бежал по аллейке, а в ушах его торчали беспроводные наушники. Мне же уже очень сильно хотелось есть. Ждать же кого-то другого было просто опасно. Потому, едва парень приблизился к засаде, как я выскочил из кустов с монтировкой, кинувшись на жертву, подобно пантере. Один точный удар сзади, и через несколько секунд тело оглушенного Дэна Дженкинса заняло место за кустами, я же быстро переоделся в его спортивный костюм и кроссовки, взял его наушники и, прицепив на себя его поясную сумку, весело побежал по аллее дальше, словно бы это я и есть веселый бегун.
Наши комплекции оказались похожими, и охране парка надо было очень вглядеться в монитор видеонаблюдения, чтобы понять, что черный парень, исчезнув из поля зрения наблюдателя на пару минут, внезапно поменял цвет кожи. Ведь у Дженкинса имелась на голове отличная синяя бейсболка, козырек которой я просто низко опустил, создавая на своем лице тень, а руками делал быстрые размашистые движения, как будто упражняясь, чтобы цвет кожи не бросался в глаза. Обмануть камеры мне помогала и светотень самого парка.
Пришлось, конечно, кое-чем и пожертвовать. В поясную сумку поместились лишь самые необходимые лекарства, а остальное пришлось оставить возле парня вместе с монтировкой. Его достаточно дорогой айфон я тоже оставил там же, чтобы не палить свою траекторию движения из-за встроенной геолокации. Все пластиковые карты тоже безжалостно выкинул в кусты. Во-первых, банковских паролей не знаю, а во-вторых, не хочу светиться. Права парня мне не подходили просто потому, что он был с другим цветом кожи и ими тоже пришлось пожертвовать.
Теперь мне нужно было убраться подальше. Ведь парень, наверняка, бегал по этому маршруту регулярно, и у него могли быть знакомые на маршруте пробежки. Да и заметить могут за кустами довольно быстро. Успокаивало лишь то, что в его поясной сумке обнаружилась некоторая сумма наличных, около полутысячи долларов. Для начала деятельности этого должно хватить.
Я пробежал еще немного и свернул там, где находился ближайший выход. Из парка направился ближе к центру города, где находились магазины. Я приметил их, когда проезжал мимо на минивэне. Выбрал недорогой сетевой супермаркет, отличавшийся разнообразием ассортимента. Главная ценность его для меня состояла в том, что наконец-то приобрел себе собственную одежду. Дешевую зеленую футболку, жилет такого-же цвета с многочисленными карманами, и брюки в этом же стиле «милитари». Еще взял кепку-бейсболку в тон и дешевые очки от солнца, чтобы прятать под козырьком лицо от видеокамер, в случае необходимости. Купил и еще одну полезную вещь. Обыкновенный строительный молоток.
Купив обновки, и потратив половину трофейных денег, я избавился от улик. Все вещи Дженкинса безжалостно выкинул в урну, переложив купюры и оставшиеся лекарства в карманы. Дальше я потопал пешком. Полчаса петлял по городу, пока не остановил взгляд на небольшой закусочной. Там я выбрал столик в дальнем углу и заказал себе омлет с беконом и кофе с круасаном. Никто на меня не обращал внимания. По телевизору, висящему на соседней стене, ничего криминального не показывали, только спорт. Я спокойно поел и пошел дальше.
Я шел по городу и впервые после побега из госпиталя чувствовал, что прямой опасности нет. Если только сам случайно не привлеку внимание полицейских, то напасть на мой след почти невозможно. У меня же нет в этом городе никакой привязки. С одной стороны — это и хорошо, но с другой — плохо, потому что база для диверсанта необходима. Впрочем, возможно, что тут существует какая-то явка, конспиративная квартира, про которую я просто не помню. Возможно, что память еще вернется. Но, пока нужно действовать полностью автономно, полагаясь лишь на собственные силы.
Для диверсанта самое главное — это достать оружие. В этой проклятой стране оружие есть у многих и достать его не так уж и сложно. Я рассматривал несколько вариантов. Нападать на копов или на оружейные магазины не желательно. Сразу засвечусь. Лучше уж отобрать оружие у каких-нибудь маргиналов. Уличных банд здесь должно быть немало. Город, наверняка, поделен на зоны влияния тех или иных лихих ребят. Осталось только их вычислить и тогда можно разжиться оружием, деньгами, документами и транспортом, не попадая напрямую в сферу внимания властей. Вряд ли они глубоко вникают во все разборки местной гопоты между собой. А искать лихих ребят лучше на окраинах. И лучший способ выйти на них — это самому стать приманкой. Потому я уверенно направился в ту сторону, оставляя за спиной деловой центр и небоскребы.
 
Пока шел, я пытался вспоминать любые детали, доступные в памяти, надеясь, что смогу вычерпать хоть какую-то полезную информацию из своей разбитой головы. Но, всплывало мало. Занятия английским языком. Стрельба по мишеням на полигоне из разного оружия. Бег по полосе препятствий с полной выкладкой. Рукопашный бой. Прыжок с самолета с раскрытием парашюта возле самой земли. Водолазные работы. Или просто любительский дайвинг? Но, откуда тогда мины? Лазание по скалам со страховкой и без нее. Бешенные гонки на автомобилях. Взрывное дело. Стоп. Внезапно всплыл простейший состав самодельного взрывного устройства, все компоненты которого можно прикупить в обычных магазинах. Это может пригодиться. Главное, чтобы снова не забыть.
С памятью моей по-прежнему происходило нечто странное. Помнил что-то из своей диверсионной подготовки, но ничего не мог вспомнить лично про себя. Ни своего детства, ни родителей, ни даже собственного имени я все еще припомнить не мог. Кто я и откуда? Впрочем, важно лишь то, что я помню свое боевое задание. Сейчас это для меня самое главное.
  
Глава 2
 
Пейзаж вокруг меня начинает меняться. По мере удаления от центра города сначала на смену небоскребам приходят более низкие офисные здания, потом прохожу зону торговых молов, гипермаркетов и автосалонов, затем попадаю в спальный район, застроенный многоквартирными домами. В таких как раз проживает в этой стране небогатая публика. Те же, кто немного побогаче и считают себя средним классом, предпочитают залезать в ипотечную кабалу и поселяться за чертой городов.
Здесь престижно иметь собственный домик, пусть даже и таунхауз без участка, построенный из гипсокартона, облицованного сайдингом. В моде у местных уже лет сто маленькие пригородные поселочки и городишки из подобных построек, от которых до работы надо ехать часа по полтора в одну сторону, а то и дольше. Стоять в пробках, сидя в личном автомобиле и дыша выхлопами, — это здесь обязательный ритуал для большинства населения.
Общественный транспорт развит плохо. Автобусных маршрутов мало, а метро такое, что и ехать противно: везде грязища, бесконечные графити, черномазые и ЛГБТ. Потому личный автомобиль тут не роскошь, а способ сохранения личного пространства и да, необходимое средство передвижения, без которого та самая свобода, о которой тут постоянно говорят, просто невозможна. Потому у каждого члена семьи автомобиль и имеется. Это как обувь, необходимый атрибут местного быта, жестокая необходимость для преодоления агрессивной внешней среды и повседневных забот, а вовсе не фетиш.
Как ни странно, но в этой богатой стране далеко не у всех имеется собственное жилье. Многие проводят всю жизнь, переезжая по разным арендованным квартирам в кварталах доходных домов. От этого такая категория людей не перестает считать себя вполне успешными, ведь это их личный выбор, вместо того, чтобы выплачивать ипотеку, они предпочитают платить всю жизнь квартирным хозяевам. В отличие от арендаторов квартир, те, кто действительно относится к категории неудачников, получают социальное жилье, которое здесь предоставляют в многоквартирниках спальных районов городской окраины. Во всяких человейниках местные власти селят многодетные семьи афроамериканцев, алкашей, наркоманов и прочих людей, не желающих или неспособных зарабатывать. Потому, зайдя в этот район, считаю, что дошел до нужного места.