Диверсант в городе (СИ)
Объехав несколько агентов в округе, подходящее жилье ниже рыночной цены мы нашли лишь ближе к обеду. И Джессика заключила договор, заплатив вперед за аренду. После чего мы сразу въехали в дом. Она со своим единственным розовым чемоданом, а я и вовсе без вещей. Арендованный домик уже оказался меблирован старой мебелью и оклеен изнутри выцветшими обоями. Место оказалось достаточно отдаленным и глухим. Рядом располагался Национальный Парк, и какое-то озеро. Ближайшие соседи жили не близко, в обширных коттеджах ближе к автостраде. А за их домами раскинулись поля. Этот же домик и коттеджем назвать было нельзя. Скорее, старая дача на краю леса и кукурузных полей. Далеко от города, зато много природы и простора. Джессика сразу очаровалась красивыми видами.
По пути мы остановились на плазе возле какого-то местного ларька и купили много еды за половину цены, которую нам пришлось бы заплатить в супермаркете. В отличие от моих последних дней, этот начался спокойно, и меня это радовало, хотя поганое самочувствие никуда пока не делось. Я не расслаблялся, потому что точно знал, что стаи преследователей уже ведут на меня охоту. Я просто наслаждался текущим моментом своей новой жизни под именем Альфреда Лемавски. Вот только надо бы купить седой парик и приклеить усы. Тогда и сходства с покойником будет гораздо больше.
Я продолжал осматриваться на новом месте. На деревянной арке, красующейся над калиткой, белой краской значилось: «Ранчо Уиткинсов». Если верить пожилому риелтору, когда-то здесь, действительно, находилось ранчо, но потом земли хозяева продали окрестным фермерам, оставив себе только дом с небольшим участком вокруг него, огороженный обыкновенным деревянным штакетником. Впрочем, этот забор наполовину уже сгнил, заместившись кустами. Ведь за садом давно никто не ухаживал.
Чтобы попасть к дому, нужно было сворачивать с шоссе на грунтовку и ехать по ней целый километр. Въезд и стоянка перед воротами гаража оказались, к счастью, забетонированными. Узкая дорожка, мощенная булыжниками, вела от калитки к двухэтажному дому через заросший огород. Дом выглядел неважно. Фасад, отделанный еще в прошлом веке деревянной вагонкой, растрескался, а синяя краска с него облезла и свисала кое-где целыми хлопьями.
Сначала мы осмотрели котельную, расположенную в подвале. Старый котел, стоящий там, топился углем. Правда, некоторый запас этого твердого черного топлива занимал весь угол рядом. Никакой газопровод в эту глухомань, разумеется, не доходил. И даже газ в баллонах сюда не возили. В кухне-столовой посередине стоял большой старый потертый стол и шесть громоздких стульев. А у дальней стены обнаружилась большая раковина со столешницей из натурального камня, вроде гранита, правда, потрескавшейся и заклеенной эпоксидной смолой в паре мест. На кухне еще имелась посудная сушилка и нижние шкафы. Верхние же были заменены простыми полками.
Рядом с мойкой висел еще и электрический бойлер. Плита оказалась тоже электрической, но очень старой. А посудомоечная машина отсутствовала. Стиральная располагалась отдельно, в отгороженном закутке, над ней висела на стене широкая электросушилка. Агент по недвижимости, который показывал нам все это хозяйство, честно предупредил, что иногда электричество в округе отключается, но для этого случая в гараже предусмотрен запасной бензиновый генератор, который позволяет какое-то время обходиться без подачи электроэнергии по проводам.
В целом, загородный дом оказался вполне подходящим и даже обладал некоторыми удобствами. Например, туалеты на каждом из двух этажей недавно отремонтировали, а двери, ведущие в них, даже покрасили свежей белой краской. Вот только в стенных шкафах громоздилось старое тряпье ни то хозяев, ни то съехавших арендаторов. Всюду ползали жирные тараканы, да еще и пыль лежала на всех поверхностях достаточно толстым слоем. На первом этаже имелась маленькая спальня, а на втором этаже располагались еще две побольше. Потолки повсюду выглядели низкими и давящими, а лестница между этажами отличалась скрипучестью. Но, в целом, дом нам понравился.
А больше всего мне приглянулась цена. В городе за эти деньги можно снять лишь крохотную жилплощадь. И, при многих равных параметрах с тремя другими домами, которые мы успели посмотреть за утро, этот, все же, выигрывал. Потому Джессика, как официальный арендатор, выразила свое согласие. Я выдал ей означенную сумму наличными, она расплатилась и получила ключи от дома. Вернувшись из риэлтерской конторы после подписания договора, мы стояли с Джессикой в спальне на втором этаже и любовались на послеполуденный пейзаж, на широкие поля кукурузы, залитые светом, на темно-зеленую стену леса за ними и на безоблачное светло-голубое летнее небо. Нам было тепло и светло.
— Ну, ты теперь здесь хозяйка на полгода, с чем и поздравляю, — сказал я Джессике.
— Спасибо! Это так здорово, жить в настоящем загородном доме! — восхитилась девушка и бросилась мне на шею.
После чего мы повалились на широкую старую кровать, которая весело заскрипела под нами. Впрочем, вокруг никого не было, чтобы услышать наш интим. Вот только у меня из головы все не уходило неприятное воспоминание. И даже ласки Джессики не прогоняли его. Человек с микрочипом в затылке все еще стоял у меня перед глазами. А стая подобных ему искала меня. Это безжалостные убийцы. И они идут по моему следу. Я почему-то чувствовал их намерения даже в таком уединенном месте.
Глава 9
Во второй половине дня мы с Джессикой поехали в небольшой городок, расположенный в нескольких километрах от ранчо, и купили ей новый смартфон, взамен старого, который ее удалось убедить выкинуть. И, разумеется, мы подобрали ей автомобиль, недорогой подержанный седан «Хонда» красного цвета. Видавший виды, но вполне еще крепкий, на котором, при бережном обращении, можно кататься еще не один год.
Девушка радовалась моему подарку. Теперь она могла ехать куда захочет. Джессика считала, что свобода перемещения повышает степень личной свободы. Она была воспитана в духе исключительной страны, помешанной на свободе личности. И переделывать мировоззрение девушки я не собирался, а просто выдал ей неплохую сумму на расходы, предполагая, что она откажется от своей работы в «Красном бархате». Но, она все равно упорно желала ехать туда. И мне не удавалось отговорить ее.
Джессика отличалась упрямым характером. И она никак не хотела понять, что опасность становилась для нее очевидной. И что ночное нападение на нее совсем не случайность. За ним, скорее всего, последуют и другие. Потому что через нее враги обязательно будут пытаться выйти на меня. Джессика же воспринимала все мои предупреждения, как страшилки, выдуманные мной с целью покушения на ее личную свободу. Мы немного повздорили из-за ее желания непременно работать в привычном клубе. Я не смог убедить ее даже просто сменить работу, начав подыскивать что-нибудь поближе к нашему новому жилью. Такие уж эти женщины. Просто несносные иногда бывают. В конце концов, после словесной перепалки, Джессика села в свою новую подержанную машину и укатила в «Красный бархат».
Я же отправился на «Форде» в загородный домик, вздремнул там пару часов и поехал в ближайший городок. Чувствовал себя я немного получше. Во всяком случае, голова перестала кружиться. Первым делом мой путь лежал в магазин. Время приближалось к вечеру, но торговые центры еще работали. Да и с электричеством все уже было в полном порядке. Я засек время. Для ликвидации последствий моей маленькой диверсии местным властям понадобилось целых пятнадцать часов. Так что убытки врагами уже понесены немалые. Ведь все предприятия в окрестностях простаивали целую смену.
Припарковавшись, я зашел внутрь большого торгового «каньона», напичканного многочисленными магазинами и магазинчиками. На входе обратил внимание, что меры безопасности усилены, и входящих проверяют металлоискателями по двое охранников. Но, я не волновался, потому что оставил трофейный револьвер в бардачке автомобиля. Пройдя внутрь, я пошел вдоль витрин и довольно быстро нашел то, что нужно.