Трофей для адмирала драконов

Ощущение, словно она вот-вот заплачет, но глаза сухие, и взгляд избегает встречи с моим.
Я в растерянности. Сказать ей прямо, что не верю в такие случайности?
И совсем меня не удивляет её следующая фраза:
– Я сама схожу, признаюсь. Ты ведь ни в чём не виновата.
Если вдуматься, то я и в том, что упала, не виновата, и в том, что испачкалась, тоже. Что вообще происходит? Со вчерашнего дня я непрерывно влипаю в неприятности. Стечение обстоятельств? Или просто вышла за пределы мирка, в котором с меня пылинки сдували? Но я ведь этого и хотела.
Всё детство мечтала о приключениях, о странствиях, с того самого дня, как Крис привёз кораблик, вырезанный из чёрного дерева, с белыми парусами, с мачтами, похожими на настоящие, и даже с крохотными фигурками моряков.
В общем, я заболела морем.
Но мечты так и остались бы мечтами, если бы в нашем замке не остановился мой двоюродный брат, сын дяди Рагнара, который отправлялся на Авейру. Ох, и ругался же Роувелл, когда после отплытия обнаружил меня в своей каюте. Даже грозился развернуть корабль. Но меня спас шторм. Всем стало не до меня. А потом уж было поздно.
Кстати, вот, кто мне может помочь! Настроение сразу улучшается. Велл вроде уже отошёл от выволочки, которую ему устроил его отец из-за моего столь неожиданного приезда. И своего кузена я в любом случае опасаюсь меньше, чем дядю Рагнара.
Вот только из-за моей хаосовой конспирации нужно ещё придумать, как с ним поговорить, не привлекая внимания. Велл – красавчик и учится на старшем курсе. Даже не сомневаюсь, что мог разбить не одно девичье сердце.
Похоже, Нейма восприняла моё долгое молчание за согласие и очень удивилась, когда я забрала из её рук пострадавший камзол.
– Не думаю, что это правильно. Магистр ведь мне его отдал, значит, и вернуть должна я. Вечером я, разумеется, к нему не пойду, перехвачу его днём в каком-нибудь людном месте.
– Плохая идея, – заявляет Нейма недовольным тоном и уточняет: – Людное место – плохая. Тебя девчонки сожрут, если опять увидят рядом с капитаном.
М-да, и если с Роувеллом увидят рядом, скорее всего, тоже сожрут.
Вздыхаю:
– Я разберусь, спасибо Нейма. Не хочу взваливать на тебя свои проблемы.
– Ну-ну, – кривит губы подруга, но уже не изображая фальшивое раскаяние, а с явной обидой. – Посмотрим.
На завтрак мы успеваем впритык. На раздаче уже убрана часть подносов с едой, и в столовой кроме нас человек пять. Выбираю почти остывший омлет с овощами, обжаренный ржаной хлебец, два кусочка тонко нарезанного мяса и местный фрукт салак с кожицей похожей на драконью чешую. Не то чтобы мне нравился его кисло-сладкий вкус, но выбора нет, не княжеский замок. Наливаю из кувшина травяной настой.
Занимаем первый попавшийся стол.
– Расписание изменилось, – торопливо говорит парень с нашего курса, на секунду затормозив рядом с нами. – Всем группам велено собраться на большом подземном полигоне.
– Погоди, Лекс, а что случилось? – Нейма хватает юношу за руку, не давая уйти.
– Говорят, из последнего рейда нарга привезли. Старший год будет с ним сражаться, а мы – просто смотреть.
Лекс выдёргивает руку из цепких пальцев Неймы и быстро уходит.
Я ускоряюсь, быстро, почти не жуя, глотаю омлет. Из хлеба с мясом сооружаю бутерброд и, завернув в салфетку, заталкиваю его в сумку с учебниками, салак кидаю сверху и, уже стоя, почти на бегу выпиваю напиток.
Нейма тоже ускоряется.
– Офигеть, – говорит она, когда мы, оставив столовую, бежим по дорожке в корпус, расположенный рядом с верхним полигоном. Только через него можно спуститься в подземелье.
– Наргов трудно взять живьём, – объясняет на бегу Нейма. – Но раза два в год получается. Ректор покупает их у охотников за бешеные деньги. Я сама ещё ни разу не видела, только рассказы слышала. Наверняка это добыча Смертоносного. Кроме него только Барнабо может поймать живого нарга. А Барнабо из рейса уже давно пришёл. Мы бы знали.
В голове у меня что-то щёлкает. «Барнабо» – вроде я уже слышала это имя. Вспомнить не получается, но оно почему-то вызывает неприятное ощущение, тревожное.
 
– Давай быстрее, – торопит Нейма.
И мне становится не до воспоминаний.
Узкая юбка униформы не позволяет перейти на нормальный бег.
– Почему не предупредили заранее, – с досадой говорю я. – Надо было в тренировочное одеться. Лекция же была по расписанию.
– Зачем нам тренировочное? К наргу младший курс всё равно никто не подпустит. Хоть бы успеть места занять поближе к арене. Интересно, кого из старших выберут для боя.
Мы всё-таки успеваем, и мы не последние. По ступеням вниз спускаемся уже не одни. И впереди, и позади нас адепты. Все возбуждённо переговариваются. И я сама невольно заражаюсь общим настроением. Лестница заканчивается большой площадкой, освещённой магическими светильниками. И здесь очередь.
Из-за спин других адептов я не вижу, что происходит на входе, но пропускают довольно быстро.
– Руку, – командует мужчина в форме, преграждающий путь к высокой окованной металлом двери.
Ничего не подозревая, я послушно протягиваю кисть, и на ней защёлкивается браслет. Охаю от неожиданности. И дело не в браслете, а в том, что внутри моментально воцаряется пустота. Моя ледяная магия заблокирована так же надёжно, как и огненная.
– Что вы…?
Но Нейма подталкивает меня в спину, не позволяя задержаться. Она протягивает руку и получает такое же украшение, как и я, а потом хватает меня за локоть и тянет по длинному коридору вглубь.
– Нейма, зачем нам перекрыли магию? – спрашиваю я её спину.
Но она лишь отмахивается:
– Так надо, потом объясню. Давай быстрее.
Коридор заканчивается ещё одной окованной металлом дверью.
Снова охранники, на этот раз из адептов. Нейма, идущая впереди, сама протягивает руку с браслетом жилистому блондину.
– Проходи, – говорит он неожиданно низким для его комплекции голосом.
Второй, высокий горбоносый парень с тёмными волосами до плеч, бесцеремонно берёт за руку меня, проверяет, как закреплён блокиратор. Удовлетворённо кивает, но руку не спешит отпускать: поглаживает подушечкой пальца моё запястье.
– Увидимся вечером, рыженькая? – мурлычет он, наклонившись ко мне.
Отшатываюсь. Молча пытаюсь вывернуть из захвата руку.
– Да брось, малышка, я же по-хорошему, – парень неохотно разжимает пальцы.
Вскинув голову, прохожу мимо него и вздрагиваю, получив увесистый шлепок по попе. Не больно, но обидно. Да ещё и смех за спиной. Кажется, это веселится блондин.
Внутри закипает. В иной ситуации из меня бы выплеснулась магия и подпалила бы наглецу что-нибудь, ну или заморозила. Но мои стихии, увы, надёжно заблокированы, и это бесит.
Огрызнуться тоже не успеваю, потому что Нейма снова хватает меня за руку и дёргает вперёд.
Хотя, может, и хорошо, что магия недосягаема. Применила бы сгоряча и снова стала бы посмешищем.
Это же, скорее всего, старший курс, кто их знает, насколько они продвинуты в изучении магии. Вспоминаю, как легко небрежным движением руки смёл мою защиту капитан Рэйгард там, в таверне.
Натренировались они тут на наргах и совсем обнаглели из-за собственной безнаказанности.
М-да, похоже, мне с моим уровнем знаний лучше не выпендриваться какое-то время.
Послушно следую за Неймой. Круги тёплого жёлтого света, которые бросают на стены масляные светильники, перекрываются голубыми бликами. И этих холодных пятен всё больше. Проход расширяется. Сначала я думаю, что это продолжение коридора. И, только когда перед нами открывается огромное пространство, я понимаю, что мы шли между трибунами. С обеих сторон – длинные дугообразные скамьи, ступенями поднимающиеся к потолку. Трудно сосчитать, сколько здесь рядов, потому что они заполнены адептами. Но всё это я замечаю позже.
Останавливаюсь и замираю при виде открывшегося передо мной зрелища. Не знаю, что я ожидала увидеть, скорее всего, просто не думала об этом, пока бежала вслед за Неймой к корпусу и спускалась по крутым ступеням.