Монгольские степи. Халхин-Гол (СИ)
Рука на привязи болтается, потому особо ни чем полезным заняться не мог. Пришлось организовывать свадьбу Федьки Лешего, или Франческо … Нет, теперь будет Фёдор Пак. Кореянку восемнадцатилетнюю из крестьянской семьи ему нашли. Пришлось, правда, родителям два велосипеда в качестве калыма выдать. Такого обычая у корейцев нет, но чтобы не настраивать людей против такого брака, почему не завести его. Семья у Паков большая. Пятеро детей и самому хозяину и старшему сыну средство передвижение не помешает, кроме того Брехт ещё и лошадь Паку старшему купил, пусть товарищ радуется, что такого зятя заполучил. Зато у корейцев есть, как и у русских, выкуп невесты, пришлось ещё и пару тысяч рублей Федьке всучить. Там ведь родственники плотной стеной стоят, и пока каждому в карман монетку не сунешь, не пропустят. Сразу и дом молодожёнам заложили, и даже оплатил Иван Яковлевич доставку четырёх небольших кедров из-под Уссурийска, пусть у людей растут. К полевым работам не успели со свадьбой, но кроме трёх гектар земли, которые осенью Федьке на тракторе распашут, выделили рядом с домом тридцать соток земли. Картошку сажать. И прочую морковку с арбузами. Вот, по краям этого участка, молодые корейские кедры и посадили. И вешки и, когда вырастут, дети Федькины будут за шишками лазать.
В доме чуть спокойней стало. Теперь ещё как-то Ваньку Жирова пристроить, При цементном заводе есть техникум с общежитием, но сейчас каникулы и там пусто, ремонт идёт. А вот с родителями его пока проблема. Фриновский твёрдо пообещал, что переправит их сюда, соберёт по разным лагерям всё конструкторское бюро с Владимиром Марковичем Дорошенко во главе и отправит в Спасск-Дальний в Брехтовскую шарашку, но пока бюрократическая машина раскачается. Тем более что сам Михаил Петрович ещё не уехал. Ждёт в Хабаровске, что ему Светлов поведает по Люшкову, отправил его всё же по следам пройтись. Смешно. Отправлять искать убийцу того, кто его и застрелил. Не нравилось это Брехту. Не сможет же он никого найти, а значит, придётся как-то выкручиваться и это ведь не Васька Пупкин поручил найти убийцу, а Начальник Главного Управления НКВД СССР.
Событие восемнадцатое
Штирлиц, если Вы не заплатите за электричество, мы отключим вам рацию.
Нет, отдохнуть не дали. Пришлось наоборот Брехту крутиться. Только справили свадьбу Франческо дель Боско, как организовалась проблема. Сам привёз. Артель, вернее кусочек артели, что притащил с собой из Киева, нужно было трудоустраивать и выдавать обещанное, то есть дома. Поначалу Иван Яковлевич хотел влить коллектив в уже имеющуюся артель «Маяк», что выпускала радиолампы и телефонные аппараты, но переговорил с Дворжецким и решил, что нужно создавать новое предприятие с узкой специализацией по выпуску радиостанций.
В СССР радиостанции делали. Даже нескольких видов, в том числе и для самолётов. Например, в полку у Брехта все самолёты были укомплектованы новейшими радиостанциями РСР-2бис. Вот только это не маленькая штука, которую можно впихнуть в шлемофон, Это, мать его, аппарат. Общий вес радиостанции составлял 33 килограмма. Показатели при этом были очень даже не плохие. Дальность связи с наземными типами радиостанций в зависимости от различных условий достигала 300 километров телефоном и до 2000 километров телеграфом. Да, радиостанция кроме голосовой связи имела и телеграфный ввод. Передатчик телефонный был самой проблемной часть. Приёмник УС-4 являлся восьмиламповым супергетеродином на одном типе металлических ламп 6К7. Мог принимать модулированные и немодулированные колебания. Он имел автоматическую и ручную регулировку громкости и кнопочный переключатель диапазонов.
Приёмник был рассчитан наработу до 10 часов, и к нему, кроме веса, претензий не было, что же касается передатчика, то он эксплуатировался на кратковременных режимах. Например, 5 минут осуществлялась передача, и потом 10 минут перерыв. При этом запрещалось вести непрерывную передачу дольше 15 минут.
Всё это было громоздко и неудобно. СССР не хватало качественных образцов военной техники, производственных мощностей для массового выпуска, а самое главное ещё и понимания со стороны высшего командного состава РККА и наркомата Обороны о важности роли качественной радиосвязи в современной войне. Брехт точно помнил, что читал про бои на Халхин-Голе и там, у японцев, в каждом самолёте была рация, а у нас их не было вообще, буквально перед этим по армии вышел приказ снять все радиостанции с самолётов. Может, и не зря врагов народа искали и расстреливали, такой приказ только враг и мог отдать. В результате, в Монголии во время боёв, на земле из материи расстилали стрелки, чтобы показать пилоту, куда нужно лететь. В советской истребительной авиации команды отдавались визуальными сигналами — покачиванием крыльями и жестикуляцией, следовательно, в воздушном бою управление группой было затруднено.
Ну, это в той истории, Брехт лишать свои самолёты, как и танки связи не намерен был, наоборот, с появлением новых людей, которые вполне себе способны собирать более продвинутые радиостанции и, опираясь на свой опыт, когда вёл кружок юных радистов во Дворце Пионеров, он решил создать гораздо более компактную и удобную радиостанцию и всю свою технику, вплоть до последнего автомобиля, оснастить до войны в Монголии этими радиостанциями.
Сказать легко. Сели они с Олегом Олеговичем Ракитным — радиолюбителем из Киева и инженером Самойленко и стали копаться в схемах и пытаться их улучшить. Брехт рассказал товарищам о печатных платах и продемонстрировал одну. Это он пытался Уоки-Токи ещё три года назад сделать. Оказалось, что с использованием ламп, а не транзисторов и микросхем аппарат получался приличным. Попытался тогда Брехт пойти проверенным в СССР путём украсть у Штатов образец. Китайцы за деньги достали новейшую штатовскую носимую УКВ радиостанцию SCR-194. Привезли за пять тысяч долларов не одну, а две. Одна, зачем нужна? Хрень. Но всё же легче нашей тридцатикилограммовой. Эта умещалась в небольшом рюкзаке. Вот только было одно но. Для самолётов она не годилась. Радиус действия всего 8 километров. Так и валялись они на складе в части. Тогда руки по переделке не дошли, а потом отправили сначала в Туву, а потом в Испанию. Сейчас достали, разобрали, подумали. Ну, принцип понятен, как увеличить радиус действия тоже понятно. Только при этом вес опять возрастает. Не до тридцати килограмм, но за пятнадцать. Всё дело в питании и дебильной телефонной трубке. Радиостанция в таком виде и для истребителей не годилась. Как себе представить лётчика ведущего бой в истребителе с телефонной трубкой в руках. Нужны наушники в шлеме. И нужен микрофон под подбородком. Качество особого значения не имеет, в бою не песни поют. И не Глинку слушают. Хотя. Командиром и первым пилотом на «Фанере» у него Олег Глинка. Там, в бою воздушном, команды, и чем она короче, тем лучше.
В Испании Брехту приходилось работать с французской УКВ радиостанцией ER-40. Ну, носимой её назвать сложно. Это два приличных ящика, сама радиостанция и ящик с батареями, которые поддерживали напряжение накала строго 4 В даже при довольно прилично разряженной батарее. И ещё плюсом телескопическая антенна почти метр длиной. Одну такую радиостанцию Иван Яковлевич тогда в Испании разобрал и схему перерисовал. Сейчас показал специалистам. Не впечатлились.
Сидели, думали, схемы рисовали. Чего-то родили, и Брехт, под строгими взглядами жены, товарищей отправил восвояси. Дворжецкий обещал за две недели дома всем построить. А Баграмян, что взвод строителей «спат» и «ест» не будэт пока дома киевлянам не построят.
— Всё Катя, больше сегодня никаких гостей. Давай чего-нибудь вкусное вместе приготовим. Вот, пельмени, например. — Чувствуя вину, решил подольститься Иван Яковлевич.
— Пельмени? С одной рукой?! — фыркнула принцесса.
— Точно. Давай вечером всех соберём детёнышей, и будет все вместе, всем нашим колхозом, пельмени лепить, а я буду за переводчика и руководителя. Совместный труд, для моей пользы — он объединяет. — Вспомнил Иван Яковлевич Матроскина из Простоквашино.