Варнак. Северный путь (СИ)
На следующий день нашел место, где носороги толпились стадами. Трава тут была погуще, носороги нашли укрытие в здоровенной яме, чуть не с километр в диаметре и благополучно паслись, ревниво прогоняя овцебыков, изредка приближающихся к выпасу. Журчал родничок на дне, бойко разбрасывая мелкие капли, а животные явно никуда не собирались. Идеально.
— Все, хватит тащиться, аки краб, — твердо решил я, внутренне укрепившись, — да начнется унылое задротство.
Носороги тут были жирнее, злее и отличались исключительно склочным характером. Родео оказалось жутко выматывающим и нелегким делом, но компенсировалось хорошим притоком опыта. Я плюнул на все, дал слово, что не выберусь отсюда пешедралом, а воспарю на собственной виверне, как настоящий герой и блистательный искатель приключений.
Семь проклятых дней я бился с носорогами под тусклым северным солнцем. Я убрал личку, почту и все остальное, и с упоением задрота, дорвавшегося до своей первой игры, лупил и лупил животных, огребая от них в свою очередь. Меня пробивали рогами, затаптывали тумбами ног и несколько раз коллективно, всем стадом, размазывали по траве. Периодически появлялся серый вожак, которого я шинковал плетением. И снова бросался на его подданных.
Из игры я выходил, когда кончались заряды камня воскрешения. Занимался в спортзале, пару раз выбрался на рыбалку, которая заключалась в том, что с утра самые трезвые камрады закидывали сети, возвращались на берег и продолжали бухать. Удочки валялись в багажниках автомобилей, рядом с банками засохших червей и мумифицированного мотыля.
На восьмой день чудо свершилось. Я с трепетом смотрел на надувшуюся от значимости Алиску, гордо щеголявшую пятидесятым уровнем. Грязный, ободранный, но воспаривший душой в самые багровые облака кровавых мечтаний о мести ворогам, я открыл окно питомца и нажал «Развитие».
Виверна скрутилась в огромный шар, покрылась пленкой, затряслась и выстрелила в небо, порвав кокон в клочья.
— Обалдеть! — выдохнул я, когда повзрослевший питомец величаво опустился на землю. — Ты только посмотри на себя!
Алиска прибавила в росте, разом став в холке мне по голову. Тело вытянулось в длину метров на десять, приобрело обтекаемые очертания и очень даже внушало. Чешуя потемнела и окрепла, от головы до кончика хвоста выросли шипы, на голове образовались короткие наросты, придав и без того хищной морде уж вовсе злобные черты. Длинный хвост с острым кончиком звучно щелкнул бичом, Алиска раскрыла пасть, усеянную длинными зубами и яростно взревела, перепугав овцебыков, жующих мох неподалеку.
— Красотка! — подвел итог я. — Просто прелесть!
Виверна покосилась на меня довольным глазом и задрала нос.
Солнце мутным глазом следило за нами сквозь дымку, похрюкивали носороги в отдалении, на горизонте клубился дым. Почему-то решив, что это будет подходящим ориентиром, я решил осуществить пробный полет именно туда.
— Ну полетели уже, что ли?
Я подошел, оглядел Алиску со всех сторон, вскарабкался по скользкой чешуе. В месте, где туловище переходило в длинную шею, имелось свободное от шипов пространство. Я уселся в него, поелозил задницей, умащиваясь. Вполне удобно, только держаться было не за что. Ну да ладно, в душе я уже предвкушал полет, стремительный и неутомимый. Воздушные налеты на врагов и обзор окрестностей с высот, куда там всяким орлам.
— Лети! — скомандовал я, важно простирая руку к дымам. — Вперед, верная спутница!
Алиска поджала лапы и прыгнула в воздух, взвившись чуть ли не до облаков. Я соскользнул с чешуи, втемяшился в землю и с проклятиями подскочил. Свидетелей такого позора не было, но все равно самолюбие прищемил знатно. Алиска вернулась с небес, сложила крылья и смотрела с легким недоумением.
— Повторный заход, — велел я, взбираясь на спину питомца. — Давай только осторожно, без закидонов. Не дрова везешь, а любимого хозяина.
На этот раз Алиска обошлась без выпендрежа. Аккуратно разбежалась и прыгнула вверх, хлопком разогнав воздух массивными крыльями. Я вцепился в шею, стараясь не шевелиться, но уже через секунду восторженно заорал. Алиска явно тоже радовалась новым возможностям, потому что тундра под нами проносилась стремительно, размываясь полосой. Крылья шарахнули еще раз и виверна набрала высоту.
Мы мчались в ледяном воздухе еще с полчаса, пока я совсем не задубел. Наконец, источник дыма раскрылся перед моими ошеломленными глазами во всей красе. Землю пересекала огромная трещина, теряющаяся по сторонам. Дымило в месте огромной впадины, что-то вроде воронки в этой трещине, но такого размера, что там запросто исчез бы Вольный целиком.
Спустившись на землю, я с опаской подобрался к краю разлома. Стены, испещренные багровыми трещинами, дымились и потрескивали, изредка выбрасывая багровые языки пламени. Неподалеку, прямо в стене, исчезали в чадном мареве гигантские каменные ступени. Куда они вели, я не разобрал, отшатнувшись от волны жара. На той стороне в клубах жара извивались размытые фигуры. Саламандры плясали, а то и демоны исполняли брачный танец, решил я.
— Местный филиал ада. Ну или аналог Тунгусского метеорита. — Я так объяснил Алиске, которая с любопытством оглядывала расщелину, положив массивную голову на мое плечо. — Ты сама только на плечо не залезь, по привычке.
Виверна фыркнула. Я задумчиво чесал ей подбородок и размышлял на предмет дальнейших действий. Спускаться вниз? Сгорю. Или под зельями и если очень быстро, то получится? Мысли вернулись к Трем Курганам. С высоты я ничего такого не заметил, но кто сказал, что это прямо целые холмы? Вполне может оказаться, что хваленые Курганы тушканчик перепрыгнет. Нужно было найти местных охотников или кочевников, как-то втереться в доверие и собирать информацию.
— Заглянем, — решил я и отозвал Алиску. — Любопытство, будь оно неладно.
Взяв в обе руки по зелью здоровья я бросился по ступеням. Слишком широкие, явно не под человеческую ногу, они здорово сбивали с темпа, но тем не менее я домчался до самого дна. Там текла река из лавы, выжигая кислород, плавя камни, а так же спалив, как спичку, нуба сорок третьего уровня. Ступени исчезали в этой реке, то ли растворившись, то ли продолжали спуск невредимыми.
Воскреснув, я одним движением обобрал свой кокон и понесся по ступеням перепуганной ланью, стуча горящими копытами и едва не блея. Горящий пукан способствовал выхлопом ускорению. Я тяжело дыша выпрыгнул из расщелины и рухнул на горячую землю.
— Засада! — прохрипел я, еще чувствуя горечь поражения и сажи в глотке. — Тут как надо? Тут… хрен его знает, как! И Алиску отозвал, идиот!
Сделав такой вывод, я отполз от расщелины на несколько метров, силясь сообразить, что делать и как быть дальше. Поодаль топтались носороги, но один их вид вызывал у меня тошноту, пополам с желанием убить их как можно изощреннее и с лютой жестокостью. Поэтому я отвернулся и принялся извлекать на свет ярлыки с почтой, глянул чат, привычно пробежал по личке и добавил с десяток персонажей в черный список.
Что меня подтолкнуло, я не знаю, но я залез в список друзей, радостно увидел значок онлайна и быстро отписал Алисе, решив отбросить конспирацию и чуть-чуть, самую малость, разузнать.
«Наше вам с кисточкой!
Алиса, подскажи, пожалуйста, где в этой долбаной тундре Три Кургана, какие-то знаменитые могильники? Я кроме мохнатых носорогов ни черта не нашел. И еще трещина в земле имеется. Я возле нее размышляю».
Алиса ответила почти сразу.
«Ого-го! Какие люди!
Ты почему так долго на связь не выходил?
Девушка ждет, ногти обгрызла до локтей, а они у меня красивые, между прочим!
Насчет Трех Курганов. Они не то, чтобы знаменитые, просто локация крупная и приметная. Но тундра при чем?»
«В смысле?»
«Они в степи вообще-то, Варнуля. Ты опять не зная брода и не покурив мануалы играешь? В степи они, там, где орки. А в твоей тундре вообще никаких могильников отродясь не было. Там огнепоклонники все поголовно, а локация — прослойка между Ледяным океаном и Северноморьем. Держи скрин, сам увидишь куда тебе нужно идти».