Крайние меры (ЛП)

Мой желудок сжимается, и я слышу шум крови в ушах. Я разминаю мышцы и осторожно снимаю крышку с коробки Питера. Я наклоняюсь и принюхиваюсь. Запах лосьона после бритья и мужского мускуса впитался в одежду и другие вещи внутри, но ничто не напоминает о розах.
Я возвращаю крышку в исходное положение и подхожу к коробке Никки. Я делаю глубокий вдох и открываю её. Сильный запах сразу же ударяет мне в ноздри, и я отшатываюсь, зажимая рот рукой и в ужасе глядя на неё. Я знаю, что с тех пор, как прибыла в дом Монсеррат, я сделала много неправильных предположений. И это всего лишь запах. Я уверена, что многие люди используют розовую воду в качестве аромата. Я делаю ещё более нелепые выводы? Я мысленно перебираю всё, что я о ней знаю. Она была прикована к инвалидному креслу в результате жестокого нападения, в ходе которого погибли её родители. Она молода и кажется хрупкой. Она не похожа на человека, который мог бы подойти на роль маньяка, затеявшего геноцид вампиров. И всё же… Я думаю о том, как она реагировала на присутствие Питера. Она объяснила своё отвращение к нему тем, что он напоминал ей кого-то, кто на неё напал. Может быть, всё гораздо проще: возможно, он ей не нравится, потому что он мужчина и не находится под действием заклинания пассивности. Похоже, жажда крови не затронула и её тоже. Хотя я не понимаю, как она может быть связана с кем-то вроде Бориса. Как бы то ни было, мне нужно поговорить с ней, и мне нужно поговорить с ней немедленно.
  
Я бы хотела сказать, что сразу же бросаюсь действовать. К сожалению, это скорее медленная прогулка. Я не потрудилась выключить свет в подвале. Да, я понимаю, что это вредно для окружающей среды, но вероятность упасть лицом вниз, если я буду карабкаться обратно в кромешной тьме, слишком велика. Я поднимаюсь и в конце концов возвращаюсь в тихую кухню. Я заставляю свои дрожащие конечности продолжать двигаться. Если повезёт, я найду Никки в одном из конференц-залов на первом этаже, так что мне больше не нужно будет карабкаться по лестнице.
К сожалению, госпожа Удача по-прежнему неуловима. Никки там нет. Заглянув в одну из комнат, я замечаю Риа, которая, прищурившись, смотрит в мою сторону. Я не могу сейчас беспокоиться о ней, Никки — мой приоритет. Медленно, с трудом я добираюсь до главной лестницы как раз вовремя, чтобы увидеть, как Бет, спотыкаясь, спускается вниз.
— Привет! Как дела? — учитывая, что она теперь превратилась в полноценного вампира, выпив крови, у неё удивительно здоровая внешность. Я не могу сдержать раздражения, хотя и испытываю облегчение, столкнувшись с ней.
— Мне нужно найти Никки.
Бет серьёзно смотрит на меня.
— Это как-то связано с делом о предательстве?
— Пожалуйста, Бет. У меня совсем нет сил, и мне необходимо поговорить с ней сейчас. Ты не могла бы найти её для меня? Быстро?
— Эти туфли совсем не предназначены для того, чтобы в них бегать, — комментирует она, ободряюще улыбаясь мне, и направляется обратно наверх.
Я сажусь на нижнюю ступеньку и прислоняюсь головой к перилам. Я не могу избавиться от головокружения. Должно быть, я задремала, потому что в мгновение ока Бет снова оказывается рядом со мной.
— Я не могу её найти.
Я беру себя в руки, пытаясь не обращать внимания на тревогу.
— Её комната?
— Она пуста. Её нет ни в общественной зоне, ни в туалете. Её никто не видел уже пару часов.
— Она должна где-то быть.
Бет пожимает плечами.
— Я понятия не имею, где.
Я пытаюсь сообразить.
— Как насчёт сада?
— Это, по сути, единственное оставшееся место.
Я выпрямляюсь. Я слегка пошатываюсь, и Бет встревоженно хватает меня за руку.
— Ты останешься здесь, — говорит она. — Я проверю снаружи.
— Я пойду с тобой.
— Бо, ты едва можешь ходить.
— Я сказала, — повторяю я сквозь стиснутые зубы, — я пойду с тобой.
Бет закусывает губу.
— Хорошо, — она берёт меня под руку. — Только не падай на меня, ладно?
Я заставляю себя улыбнуться.
— Хорошо.
Время уже близится к полуночи, и после моей встречи с Урсусом и Риа в саду появилась какая-то зловещая атмосфера, которой я раньше не ощущала. По крайней мере, с Бет рядом со мной эта парочка дважды подумает, прежде чем набрасываться на меня. Воздух кажется тяжёлым и гнетущим, как будто надвигается гроза. Ясное небо теперь затянуто облаками. Даже яркая луна едва видна.
Бет открывает рот, чтобы позвать Никки, но я останавливаю её.
— На всякий случай, — бормочу я.
Она приподнимает брови, как будто хочет спросить, какой такой всякий случай я имею в виду, но, вероятно, понимая, что я не дам ей удовлетворительного ответа, вместо этого помогает мне сойти на траву рядом с дорожкой.
— Гравий может быть шумным.
Я улыбаюсь, радуясь, что она воспринимает меня всерьёз. Мы обходим весь участок. Кажется, что сад пуст.
— Её здесь нет, — комментирует Бет.
Я качаю головой. Что-то не так.
— Давай пройдёмся ещё раз.
Мы начинаем сначала. Деревья и кусты отбрасывают длинные тени, и время от времени кто-нибудь из мелких диких животных шмыгает туда-сюда. В остальном всё кажется тихим. Я останавливаюсь, когда мы добираемся до той части сада, через которую мы крались, чтобы сбежать в ночной клуб.
— Те охранники всё ещё здесь?
— Конечно. Не думаю, что Лорд Монсеррат оправился от нашей небольшой вылазки за стены.
Я хмурюсь. Если здесь есть охранники, которые следят за тем, чтобы новобранцы не вели себя плохо, то почему они не вмешались, когда Риа и Урсус напали на меня? Никто из нас не вёл себя тихо, а считается, что вампиры обладают исключительным слухом: они не могли не заметить эту стычку. Глаза Бет отражают мои мысли: если в саду выставлена охрана, то где же они, чёрт возьми?
Я тащу Бет к просвету в кустах, ведущему к тому месту, где несколько дней назад мы забрались на дерево, чтобы улизнуть. На этот раз пробираться сквозь заросли оказывается сложнее. Она шипит у меня за спиной:
— Лучше бы ты не планировала снова перелезть через стену.
Это последнее, о чём я думаю, когда смотрю на знакомое дерево. Бет подходит ко мне и резко втягивает воздух, когда видит, на что я уставилась.
— Ни хрена себе.
Их двое. Их лица, несмотря на мертвенную бледность, узнаваемы: вероятно, это несчастные охранники, которые были на дежурстве. Неудивительно, что они не вмешались, когда Риа и Урсус напали на меня. Их тела привалились к стволу дерева, замёрзшие пальцы каждого вцепились в колья. Только колья, которые они держат, были с силой воткнуты в тело друг друга, а не в их собственное.
Бет отшатывается.
— Как будто они одновременно убили друг друга, — шепчет она. — Это не имеет никакого смысла.
Я пристально смотрю на них. В этом есть смысл, если вы настолько пассивны, что готовы принять любое предложение. Я присаживаюсь на корточки и внимательно осматриваю их. Их тела холодные и окоченевшие; они явно пролежали здесь уже пару часов.
— Как кому-то удалось проникнуть в особняк Монсеррат и убить двух вампиров так, что никто этого не заметил? — выдыхает Бет.
— Потому что она не проникала, — говорю я ей. — Она сбегала отсюда.
***
Обнаружение трупов вызвало у меня прилив адреналина. Я вытаскиваю своё тело из зарослей и бросаюсь бежать обратно к особняку. Бет остаётся со мной, хотя я понимаю, что она могла бы намного опередить мои усилия.
Войдя внутрь, я направляюсь прямиком в комнату для совещаний. Риа всё ещё там, и я устремляюсь к ней.
— Где Лорд Монсеррат? — кричу я.
— Тебе-то какое дело, новобранец? — рычит она.
Другие начинают подниматься, встревоженные нашей агрессией. Я не обращаю на них внимания и наклоняюсь к ней.
  
— Где. Он. Чёрт. Возьми?!
Прежде чем Рия успевает что-либо сказать, вмешивается Бет.
— В саду два мёртвых вампира.
Настроение в комнате резко меняется. Я не отрываю взгляда от Риа.
— Ты должна сказать мне, где он. Ты сказала, что он встречался с другими Главами Семей.