Крайние меры (ЛП)

— Твои конспекты? — подсказывает она.
Я испытываю огромное облегчение.
— Э-э, у меня такой неряшливый почерк, что я с трудом разбираю написанное, — заикаюсь я. — Я решила оставить их.
Бет смеётся, хотя я чувствую, что в её смехе есть резкость. Она наклоняет голову набок и пристально смотрит на меня. Я пытаюсь прочесть выражение её лица, но безуспешно.
Я пробую другую тактику.
  
— На самом деле, правда в том, что я отвлеклась, — признаюсь я. — Я проходила мимо пустой комнаты Мэтта, и это меня совершенно выбило из колеи. Такое ощущение, что он никогда не вернётся, и все уже смирились с этим.
Её глаза сужаются.
— Да, — соглашается она, — это немного нервирует.
«Но не так сильно, как обнаружение физической формы заклинания О'Ши, спрятанного под твоим кувшином с водой».
— Ты думаешь, он мёртв? — я спрашиваю.
Она пожимает плечами и выглядит так, будто испытывает дискомфорт.
— Я не знаю. Когда мы с ним виделись в последний раз, он был жив. Как новобранцы, мы не совсем в курсе событий. Ты много говорила о нём с психологом?
Внезапно я вижу выход.
— Нет, — медленно произношу я, — я этого не делала. Наверное, было слишком рано. Но, возможно, мне стоит поговорить об этом ещё. Всё, о чём я могу думать — это о том, какие у него были глаза… — я позволяю своему голосу сорваться. Мне не нужно притворяться, что я в ужасе от того, как Мэтт выглядел, свисая с насадки для душа.
Она кивает головой.
— Я думаю, что сейчас она свободна. Алан закончил разговор с ней, пока тебя не было.
— Я так и сделаю, — я и не подозревала, что поблизости есть настоящий психолог, и что это не просто уловка, чтобы я могла встретиться с Арзо. Я стараюсь не слишком обижаться на то, что мне так и не предложили с кем-то поговорить. Может быть, Майкл или Арзо слишком боялись, что я проболтаюсь.
Я выдавливаю из себя улыбку в сторону Бет, затем прохожу мимо неё, стараясь не набирать скорость и не бежать. Я начинаю паниковать по поводу её комнаты. Комбинезон был таким же мятым, как и тогда, когда я вошла? Я чертыхаюсь. Мне нужно найти этого чёртова Майкла и поговорить с ним как можно скорее, независимо от того, пытается он избегать меня или нет.
Я быстро сбегаю по лестнице как раз вовремя, чтобы увидеть, как мимо проходит тот самый мужчина, который мне нужен. Он окружён группой вампиров, большинство из которых кажутся мне знакомыми. Однако, в отличие от моих товарищей-новобранцев, все они сопротивлялись моим попыткам подружиться с ними. Думаю, не имеет значения, человек ты или вампир, ко всем новичкам во всём мире относятся одинаково отстранённо и подозрительно.
Когда Майкл замечает меня, его лицо застывает, и он быстро отводит взгляд. В чём, чёрт возьми, его проблема? Я решаю, что с меня хватит. К чёрту вампирские приличия, мне нужно с ним поговорить.
— Мой Лорд! — зову я.
Несколько его прихлебателей смотрят в мою сторону. Чёртов Майкл Монсеррат игнорирует меня и продолжает. Я настаиваю.
— Лорд Монсеррат! — я набираю скорость, приземляюсь с тяжёлым стуком у подножия лестницы и подбегаю к группе. Когда он продолжает игнорировать меня, я обхожу их и преграждаю ему путь, так что ему приходится остановиться. Я игнорирую оскорблённые выражения на лицах других вампиров. — Лорд Монсеррат, мне необходимо поговорить с вами.
На его гладком лбу появляется тонкая морщинка.
— Кто ты? — спрашивает он.
— Бо, — говорю я, продолжая притворяться. — Мы познакомились несколько дней назад. Я одна из новобранцев.
— Ах, да. Чем могу быть полезен, Бо? — его голос спокоен, но я чувствую, что за ним скрывается много более глубоких эмоций, и ни одна из них не очень позитивная.
— Я хочу подать жалобу.
Вампирша, стоявшая прямо за ним — безупречно причёсанная женщина — делает шаг вперёд.
— Тогда вам нужно обсудить это с директором программы. У Лорда Монсеррата нет времени.
Монсеррат поднимает правую руку, и женщина замирает. Я стараюсь не злорадствовать.
— Нет, всё в порядке, Сюзанна. Я могу уделить тебе несколько минут, — несмотря на спокойное выражение лица, в его глазах появляется мрачная тень. — Встретимся в моём кабинете через полчаса, — говорит он мне. — Надеюсь, ты сможешь найти дорогу?
Я киваю головой и бормочу «спасибо». Затем я вспоминаю о своём дедушке и приседаю в реверансе. Монсеррат смотрит на меня так, словно не уверен, шучу я или действую серьёзно. Прежде чем он успевает возразить, я отхожу в сторону и позволяю ему и его свите пройти мимо.
Сорок минут спустя я всё ещё прохлаждаюсь у дверей его кабинета. Раздражение постепенно перерастает в полномасштабный гнев. Как раз в тот момент, когда я собираюсь отправиться на его поиски, он появляется. На этот раз он один, но его лицо остаётся непроницаемой маской. Я знаю, почему он меня раздражает, но понятия не имею, почему он так сдержан со мной. Он открывает дверь и отступает в сторону, пропуская меня вперёд. У меня покалывает затылок, и я думаю, не почувствую ли я, как нож вонзается мне под лопатки. Однако нападения не происходит. Я сажусь на один из стульев напротив большого письменного стола и жду, пока он устроится поудобнее.
— Так в чём дело, Бо?
Я смотрю на него, не веря своим ушам.
— Ты шутишь, да?
Он отвечает мне непонимающим взглядом. Я встаю, отталкиваю ногой стул и свирепо смотрю на него, уперев руки в бока.
— Какой смысл искать себе шпиона, если ты собираешься игнорировать меня? Я уже несколько дней пытаюсь привлечь твоё внимание! Ты, кажется, вообще забыл о моём существовании! Я отдала свою жизнь за это дерьмо! — мой голос высокий и опасно близок к крику. Мне всё равно.
Он откидывается назад и невозмутимо смотрит на меня; если я — шипящая кошка, то он — хладнокровный лев, лениво наблюдающий, как кто-то из его прайда впадает в неистовство.
— Ты что-нибудь выяснила? — спрашивает он.
Я складываю руки на груди.
— Да, чёрт возьми, я выяснила. У Бет в комнате под кувшином спрятан какой-то странный порошок. Это явно контрабанда и, вероятно, физическая версия дурацкого заклинания О'Ши. Тебе нужно немедленно взяться за неё и выяснить, что именно происходит и кому она отвечает.
Его раздражающе не смущают мои новости.
— Которая из них Бет?
— Блондинка. Туфли на высоком каблуке.
— А-а, — на его лице мелькает улыбка, что ещё больше выводит меня из себя. — Мы это проверим, — говорит он мне. — Теперь ты можешь идти.
— Я никуда не собираюсь уходить. Несколько дней назад я попросила телефон и доступ в интернет. Мне это нужно, чтобы продолжить расследование, — я протягиваю руку, как будто жду, что он волшебным образом уронит в неё мобильный телефон. Я знаю, это смешно, но мне всё равно. Его апатия так злит меня, что я даже не могу нормально видеть.
Он пожимает плечами.
— Я посмотрю, что можно сделать.
— Почему у меня такое впечатление, что ты не будешь утруждаться? — настаиваю я. — Что именно здесь происходит?
— Ты мне скажи, Бо, — говорит он. — Что происходит?
— Что ты имеешь в виду?
— Я полностью доверяю Арзо, — говорит он. — И когда он предположил, что у тебя будет больше шансов внедриться в любую формирующуюся группу, я согласился из-за доверия к нему.
Осознание того, что моя вербовка была идеей Арзо, причиняет боль, но я стараюсь этого не показывать.
— И что?
— Мэтью пришёл в сознание.
— Значит, он жив?
Монсеррат не моргает.
— Тебя это беспокоит?
Я совершенно сбита с толку.
— Я пыталась спасти ему жизнь, помнишь?
— Да, это было удобно, не так ли?
Мне не нравится его тон.
— На что именно ты намекаешь?
  
— Мэтью произнёс одно слово, прежде чем снова впасть в кому. Бо.
— Что это было за слово?
— Я только что сказал тебе.
— А? — я потираю лоб, и до меня доходит. — Бо. Он сказал «Бо»?
Монсеррат не отвечает.
— Значит, теперь ты думаешь, что это я навела на него заклятие? Оно было в крови, которую он пил! Это единственное объяснение.