Тюрьма (СИ)

Шелест оказался редкостным садистом. Видимо это был его способ получать удовольствие. Он бил её плёткой регулярно. Она уже даже не представляла, во что превратилась её спина и ягодицы.
Одежды на ней давно уже не осталось, всю давно срезал этот садист. Она всё также сидела привязанная у столба. Когда приходило время очередной экзекуции, то Шелест поднимал её и накидывал петлю на шею, чтобы она стояла, но потом неизменно снимал её, чтобы она села. Позволить ей умереть, было не в его планах.
В туалет она ходила под себя. Сначала терпела, сколько могла, но потом сдалась. И если поначалу испытывала жуткий стыд, то со временем эти чувства притупились, как и все остальные. Периодически Шелест вызывал кого-то из своих людей, и они убирали под ней. На эту, казалось бы, грязную работу, была большая конкуренция. Те, кому выпадало убираться, всячески норовили потрогать девичье тело, за что получали плёткой от Шелеста. Для него это было элементом той же самой садистской игры.
Король теперь старался держаться от неё подальше. Он вообще её игнорировал, не вступал ни в какие взаимодействия, только обходил по широкому кругу место, где она была привязана. Челюсть она ему, наверное, всё-таки не сломала, но повредила сильно. Она у него сильно распухла и как будто съехала на бок. Хотя, возможно, это только казалось. Говорил он поначалу с трудом, а когда ел, так вообще сильно мучился. Но постепенно опухоль спадала, речь становилась всё более внятной
После того, как она повредила Королю челюсть, Шелест хотел сразу объявить поход на долину, но немного успокоившись, поступил по-другому. У них, видно, был определённый план, и они не стали его нарушать. Как поняла Мина, прибыли ещё не все банды, которые они ждали. Они хотели ударить наверняка. Хотели захватить долину с одной попытки. Не считая первой, пробной атаки.
Они не знали точно, сколько сил у людей внутри долины. Они знали, что тысяча, которую туда послали, сумела пробиться внутрь, но на этом всё и закончилось. Их там перебили. Больше разбазаривать человеческий ресурс смысла не имело.
Шелест пытался выяснить у Мины, какими силами они располагают, но его план сломать её не сработал. Точнее сработал, но наоборот. Она ушла в себя и перестала реагировать на окружающее. Даже кормить её приходилось силой, запихивая ей в рот что-то из еды. Так же насильно её и поили.
Чтобы объяснить своим людям, что произошло с Королём, Шелест придумал историю про нападение. Якобы в лагерь проникли сородичи Мины, чтобы её освободить. Король с ними сражался и победил. Потом устроили даже ритуальное сожжение перед королевским шатром. Кого или что жгли на самом деле, осталось для неё неизвестным.
В тот момент Мина ещё следила за происходящим. Старалась узнать и запомнить как можно больше. Пыталась придумать способ освободиться и сбежать. Но постепенно надежда таяла, она всё больше уходила в себя и теряла интерес к окружающему, как будто она просто сторонний наблюдатель, который искренне сочувствует ей, но помочь ничем не может.
Это была защитная реакция. Так она пыталась сохранить разум, чтобы не сойти с ума от боли и стыда.
Внезапно сознание Мины очистилось и стало с кристальной чистотой воспринимать происходящее. Ей даже показалось, что так чётко и ясно она не мыслила никогда в жизни. Она вспомнила, что не так давно, возможно с час назад, в шатёр пришёл человек и разговаривал с Шелестом и Кролём.
Суть разговора была приблизительно следующая: это был гонец от довольно большой банды, которую они хотели присоединить к своему войску. Предводитель этой самой банды опасался ехать в их лагерь, и предлагал встретиться и обсудить сотрудничество на нейтральной территории. Шелест с Королём выпроводили его из шатра и обсудили произошедшее.
Им было необходимо присоединить эту банду к себе. Она представляла из себя серьёзную силу на этом острове и оставлять их за спиной было опасно. Если нападение на долину женщин окажется тяжелее, чем они рассчитывают, то эта банда может ударить им в спину, чтобы самим захватить власть. Такая опасность была. Поэтому было решено отправиться на переговоры. Ехать предстояло относительно далеко. Это было точно, потому что Шелест с Королём были этим особенно недовольны. Были недовольны, что не пришли к ним на поклон, а пытаются разговаривать на равных.
 
Но, взвесив все за и против, они всё же решили пойти на этот шаг, а потом, при случае, ликвидировать верхушку и подчинить эту банду себе. Вернуться они должны были только завтра.
Всё это вдруг вспыхнуло в мозгу Мины, несмотря на то, что от событий прошло уже больше часа. Подсознание обрабатывало информацию и наконец, осознав всю важность этого шанса, включило мозг на полную мощность.
Вместе с реальностью накатила большая волна боли и стыда, как будто прорвалась плотина, но Мина, теперь уже усилием воли, постаралась заглушить все эти чувства. Первое, что она решила, так это не подавать признаков просветления. Со стороны она должна выглядеть так же, полубезумной и униженной. Это было совершенно не трудно, учитывая её состояние.
Она постаралась восстановить все, что происходило после этого диалога с гонцом. Смутно вспоминались крики и сборы снаружи. Было совершенно очевидно, что Шелест с Королём поехали не одни, а взяли с собой часть войска. Скорее всего, это были самые преданные и проверенные люди, которые стояли лагерем вокруг шатра. Личная охрана.
Но часть этой самой охраны осталась. Были слышны голоса и смех. Конечно, ставка Короля не может остаться без присмотра. Мина сидела и ловила каждый доносившийся снаружи звук. Постепенно у неё стала складываться картина происходящего возле шатра.
Личная охрана, которая находилась поблизости, была всё время на виду и не имела возможности лишний раз расслабиться. Теперь же, когда Король уехал, у них намечалась гулянка. Запасы пойла у них были, они ждали только темноты, чтобы было меньше лишних глаз и ртов.
Это было и хорошо и плохо. С одной стороны это шанс для побега. С другой стороны, если они сильно перепьются, не завалятся ли они в шатёр? За это их могли сильно наказать, судя по местным нравам даже убить, но если они потеряют над собой контроль, от этого тоже нельзя зарекаться.
По прикидкам Мины, возле шатра было от десяти до двадцати человек. Точнее она определить не могла. Так же не знала она, насколько далеко находятся остальные стоянки. Судя по всему не очень далеко. Но ночью этого расстояния должно будет хватить, если она сделает всё тихо.
Как она будет выбираться из глубины стойбища варваров, она пока не думала. Задача номер один была освободиться, номер два решить вопрос с охраной. Она была далека от мысли, что сможет их перебить в таком ослабленном состоянии. Да и на шум схватки могут прибежать другие варвары, а тогда у неё шансов точно не будет. Для начала нужно освободиться.
Мина пошевелила руками. Она уже не помнила, перевязывали ей верёвки или нет, но если и перевязывали, то было это давно, они успели несколько разболтаться. Судя по всему, Шелест довольно сильно ослабил за ней контроль, решив, что она сломлена и почти безумна. Так оно и было. Если бы она захотела это сыграть, то у неё не получилось бы. Рано или поздно она бы прокололась. Она действительно на некоторое время потеряла рассудок. Но теперь он вернулся, и мозг работал отлично. Чего нельзя было сказать о теле, которое было сильно ослаблено. Но Мина решила, что лучше ясный ум при слабом теле, чем безумие при сильном. Весь остаток дня она перебирала и анализировала варианты, а так же пыталась освободить руки из верёвок.
Когда пришла ночь, верёвки по-прежнему были у неё на руках, их обманчивая разболтанность не дала возможности вытащить руку. Перетирать тоже было нечем. Она пыталась об столб, но это было нереально.
Попойка снаружи началась по плану. Охрана пила осторожно, стараясь не привлекать к себе излишнего внимания. Но со временем громкость разговоров повысилась вместе с агрессивностью. Вспыхнула даже ссора и потасовка, но потом всё успокоилось.