Тюрьма (СИ)

– Фантастика! – сказала Лиана, – я много луков повидала, и это, наверняка, не лучший, но учитывая его размер, он будет моим любимцем.
– А ты попробуй стрельнуть! – сказал Оружейник, он гордился тем, что произвёл впечатление.
– Не стоит, – ответила Лиана, здесь некуда, если в стену, то просто испорчу стрелу. Мне и так хватает опыта понять, как он будет стрелять.
– А ещё есть такой? – спросил Папаша.
– К сожалению, нет, – сразу загрустил Оружейник.
– Могу отдать этот, – сразу сказала Лиана, – мне не принципиально.
– Нет, это твой, я вижу, как он тебе по душе пришёлся и не смогу его забрать. Не беда, что-нибудь другое подберём, так ведь?
Оружейник энергично закивал.
– Конечно, тут много чего есть, просто этот трофей в единственном экземпляре. Я его берёг, никому не показывал, но если сам Папаша пришёл вооружиться, то достану из загашников всё самое лучшее! Колчан не забудь, там, наверное, стрел двадцать.
– Спасибо, – сказал Лиана, и сняла его со стены.
– Ну, мне тоже, хоть что-нибудь надо! – сказал Рыба.
– И не мечтай, считай высшей степенью доверия то, что тебя взяли с собой в арсенал. И то, потому, что оставлять тебя без присмотра я побоялся.
– Я вообще-то думал, что наши отношения построены на взаимном доверии, – сказал Рыба.
– Доверие, вообще-то, нужно сначала заслужить, – парировал Папаша.
Сёма ничего такого себе брать не стал, поскольку с таким оружием был знаком не очень хорошо. Стрелять мог, но привычная лазерная винтовка была привычнее и надёжнее. Единственное, чем он обогатил своё снаряжение, был приглянувшийся ему цельнометаллический небольшой топорик в чехле, крепящийся на пояс.
Игорь взял набор из дести метательных ножей в ленте по типу патронташа. Оказалось, что он неплохо владеет этим оружием. Сёма подумал, что Лиане это тоже бы очень подошло, он видел, как она кидает ножи. Но решил промолчать. Хватит ей и лука.
Папаша взял себе классический лук. Он был металлический, довольно большой, но лёгкий. К нему шёл здоровенный колчан на сорок стрел. Подумав, винтовку он сдавать не стал, а всё-таки оставил у себя.
Они все обновили себе боезапас, благо патроны нашлись для всего оружия, которое у них было с собой. И когда уже собирались уходить, Оружейник их остановил.
– И всё? Больше ничего не возьмёте? – удивился он.
– Мы и так лишнего нагрузили, хотели налегке идти. Думаю, хватит, – сказал Папаша.
– А как же последний довод? – спросил оружейник.
– Что за последний довод? – спросил Сёма.
– Идите за мной, – сказал Оружейник, и, не вступая в дискуссию, заспешил по коридору.
Все были вынуждены последовать за ним. Он привёл их в комнату, где стояли ящики с гранатами.
– Без этого никак нельзя, если прижмут.
– Постараемся, чтобы не прижали, да и тяжеловато тащить, – скептически сказал Папаша.
– Нас они выручали, – вдруг сказала Лиана, – я, пожалуй, возьму парочку, на всякий случай, в качестве последнего довода. И вам тоже рекомендую. Какие посоветуете? – спросила она у оружейника.
– Ну, если вас интересует малый вес, для вашего дела, то возьмите вот эти, – он подошёл к ящику с тёмно серыми цилиндрами, – в торце крышечка, под ней кнопка, нажал и кидай. Шесть секунд у вас, в руках лучше не задерживать после нажатия. Долетит раньше, взорвётся от удара о землю. Такие дела.
Лиана взяла один цилиндрик и взвесила в ладони.
– Лёгкие, я тогда, пожалуй, штук пять возьму, но у них, наверное, и зона поражения маленькая?
– Небольшая, но достаточная. Я же говорю, последний довод. Если в угол загонят, – сказал Оружейник.
Все столпились возле ящика и стали набирать себе эти цилиндрики. Проблема была в том, чтобы разместить их в своём снаряжении без угрозы взрыва. На это ушло минут пять.
– Теперь вроде точно всё, – сказал Игорь, – можно идти.
Все направились к дверям.
– Стоять! – сказал вдруг резко Папаша, – а ну иди сюда! – он ткнул пальцем в Рыбу.
Тот понурил голову, но подошёл. Папаша похлопал его по карманам и достал четыре цилиндра из куртки, два были в одном кармане и два в другом.
 
– Ты что же, думал, я не замечу? – спросил Папаша.
– Я оправдываться не буду, не получилось, так не получилось. Но попытаться ведь стоило? Ты же знал, что я попытаюсь, поэтому и следил за мной, – спокойно сказал Рыба.
– И о каком доверии мы можем после этого говорить? – спросил Папаша.
– Это всё ерунда, доверие в другом проявляется. Помогу ли я тебе, если ты умирать будешь, вот в чём вопрос. А стащить гранаты, так это ерунда. Просто рефлекс.
– Так ты ещё и приворовываешь? – спросила Лиана и демонстративно поправила рюкзак, проверив на месте ли он.
– Тебе, Лиана, опасаться нечего, могу же я по имени обращаться?
– Можешь, – кивнула Лиана, – иначе, зачем оно нужно? А почему мне такая честь? Только я застрахована от воровства?
– К особам противоположного пола я испытываю некоторую слабость. Я ни на что не намекаю, – он взглянул на Сёму, – расклад мне понятен, но это никак не уменьшает моего трепетного отношения к барышне. Ко всем барышням, если быть более точным. Я стараюсь не причинять им вреда, без крайней на то необходимости.
– Значит, в принципе можешь причинить вред? – уточнила Лиана.
– Если от этого будет зависеть моя жизнь, то да. Эта ценность для меня является доминантой. Но когда есть выбор, то я предпочту обидеть кого-нибудь моего пола.
– Вы его не особо слушайте, это его метод, запудрить мозги. Он вам наплетёт с три короба. Не принимайте за чистую монету.
Для начала экспедиции им пришлось вернуться на вокзал. Там как раз шла погрузка женщин, которых отправляли на мужской остров. Женщин было гораздо меньше.
– Женщин тоже в клетках повезут? – спросил Сёма.
– Да, – ответил Папаша, – но им объясняют необходимость этой меры, нет у нас разных вагонов для каждого случая. И им клетки обычно не запирают.
– Ну, им вы доверяете гораздо больше, – сказал Игорь, – неужели среди них нет тех, кто не согласен играть по вашим правилам?
– Оооо, есть, конечно, есть удивительно отмороженные. Но когда они узнают про альтернативу, то становятся более покладистыми. У нас целая система фильтрационных лагерей, где проходит адаптация и изучение новых членов общества. Всё наше общество состоит из людей со сложным прошлым. Есть, конечно, и те, кто попал сюда случайно, как ты, например. Бывает, убирают ненужных свидетелей или конкурентов. Среди женщин, кстати, много любовниц влиятельных людей, которых они ссылают сюда при необходимости, чтобы их грешки не выплыли наружу. Таких действительно много, сейчас видно мода в определённых кругах, таким образом от них избавляться. Если приглядеться, то большинство женщин довольно молодые и ухоженные. Но это как раз хороший для нас контингент, без криминального прошлого. Когда они понимают, где оказались и что обратной дороги нет, то со временем смиряются и начинают обустраивать жизнь здесь. Они становятся хорошими жёнами для наших мужчин, в большинстве своём.
– А не боитесь их отправлять сейчас? – спросила Лиана, – вдруг на них тоже нападут?
– После нашего приезда, два раза состав с солдатами сгоняли туда и обратно. Всё вроде тихо. Да и не должно сейчас быть нападений, между большими атаками обычно приличная пауза, – ответил Папаша.
– Мне тут мысль пришла, – сказал вдруг Сёма, – а не стоит ли машинистам поезда вести состав в респираторах? Ну или противогазах, есть у вас тут такие штуки?
Папаша задумался.
– Вообще есть, но можно и что-то специальное придумать. Главное чтобы поезд шёл, так ведь? Я отдам распоряжения. Молодец, соображаешь, хорошая идея, – и он одобрительно похлопал Сёму по плечу.
Папаша их повёл с вокзала в какой-то боковой тоннель. Он был довольно широким, и там их ждала повозка с кучером.
– Часть пути проедем, но дальше эта пещера сужается, придётся идти пешком.
– Эх, жаль место, где высаживают заключённых, не увидели, – вдруг сказал Сёма.