Псы войны (СИ)

— В чём дело? — спросил некромант.
Паромщик перевёл взгляд на жреца.
— Прошу… — проговорил он робко. — Пусть мне отдаст деньги этот человек.
— Я? — удивился Рад.
Старик кивнул, опасливо покосившись на некроманта. Усмехнувшись, тот передал монеты жрецу.
— Расплатись с нашим суеверным другом, — сказал он
Когда Рад вручил плату старику, тот поспешно сгрёб деньги и хотел поскорее уйти, но Эл остановил его. Паромщик замер.
— Я хочу, чтобы ты забыл о том, что видел нас, — проговорил он, сверля старика глазами. — Как думаешь, получится у тебя?
Старик часто закивал.
— Не беспокойтесь, господин, я никому не скажу! Я даже следы ваши на берегу замету, если хотите.
— Хочу, — согласился Эл. — А теперь прощай.
— Счастливого пути вам, господин! — отозвался паромщик, поднимая шест. — И да хранит вас Даргмут!
Эл и его спутники отъехали от северного берега Шардана на два десятка миль прежде, чем расположиться на ночлег. Солнце медленно садилось, постепенно исчезая за кромкой гор.
— Этот паромщик поклоняется Даргмуту, — сказал Эл, глядя, как Ирд поджаривает на костре мясо. — У храмов этого бога тоже есть рыцари?
— Да, — кивнул Рад. — В Карсдейле у каждого культа есть орден рыцарей, которые должны защищать его святилища. Храм, в котором я служу, содержит тридцать воинов. Кроме него есть ещё четыре храма Пайры, каждый из которых имеет по двадцать воинов.
— Значит, у культа всего сто десять воинов? — спросил Ирд.
— Было, — поправил Рад. — Неизвестно, сколько рыцарей погибло во время нападения на мой храм.
— Он ведь был главным, да? — спросил Эл. — А ты — Верховный жрец Пайры?
— Нет, — Рад покачал головой. — Я глава моего храма, но основное святилище Карсдейла находится в Альтадаиме, недалеко от королевского дворца. А Преподобный Крипсан живёт в Линдороне, при дворце короля Сиадора. У него своя гвардия, пятьдесят архирыцарей. Это лучшие воины в стране.
— А сколько воинов содержит культ Даргмута?
— Насколько мне известно, около семисот.
Ирд присвистнул.
— Почему так много? — спросил Эл.
— Вовсе нет, — покачал головой Рад. — Дело в том, что каждый бог входит в какой-либо пантеон, который или является в стране основным, или нет. Всего у храмов, посвящённых богам того пантеона, в который входит Пайра, на содержании находится тысяча воинов. И хотя мы в Ольтодуне поклоняемся именно ей, все служители, в какой бы стране они не жили, связаны друг с другом. Поэтому следует считать всех рыцарей пантеона вне зависимости от того, где храмы расположены. Но к чему все эти расспросы?
— Мне интересно, почему все эти рыцари не могут сделать работу, для которой ты нанял нас, — объяснил некромант.
— Потому что Рогбольд всё равно сможет выставить больше людей, а вы видели, как легко они расправились с рыцарями храма. Кроме того, собрать всех воинов невозможно, ведь часть из них должна остаться и охранять святилища.
— От кого? — спросил Ирд.
— Это неважно, — ответил Рад. — Такова часть ритуала. Его нельзя нарушать.
— Значит, на помощь рыцарей храма нам рассчитывать не приходится?
— Нет. Мы должны добраться до Альтадаима сами. В черте города воины, конечно, составят нам при необходимости эскорт. Но стоит ли привлекать внимание? Мы ведь не знаем, сколько наёмников Рогбольда могут скрываться в столице. Что, если они нападут на нас, не побоявшись сделать это прямо на улицах Альтадаима?
— Такую возможность нельзя исключать, — согласился Эл. — Хорошо, постараемся сделать всё как можно незаметней, а рыцарей придержим на крайний случай.
— До Альтадаима ещё по меньшей мере три дня пути, — сказал Рад. — Это при условии, что ничто нас не задержит, — жрец с беспокойством поглядел на юношу. — Ирд сможет сидеть на лошади? В последнее время он выглядит бледным и слабым.
Ирд покосился на Рада.
— Я в порядке, — сказал он.
— Когда мы всё расскажем королю, — проговорил Эл, — ему понадобится отдых.
— Конечно, — согласился Рад. — Любой из наших храмов предоставит юноше такую возможность.
Поужинав, путники легли спать. Вернее, легли Ирд и Рад, а некромант остался на часах.
  
В тёмном небе парил мёртвый кондор, обозревая окрестности. Гор дремал, положив уродливую голову на когтистые лапы и укрывшись кожистыми крыльями.
Эл думал о своём сердце и о том, готов ли он вернуть его и снова стать обычным человеком. Конечно, если это окажется возможным. Некромант вспоминал жизнь до Великой войны и годы, проведённые в Пустоши. Битвы, смена людей, городов, чудовищ — это стало его существованием на очень долгий срок. Смыслом его жизни. К чему он мог вернуться? Осталось ли что-то от той жизни, которую он вёл прежде — до того, как стать во главе Мёртвого легиона?
  
Глава 8
 
Ночь прошла спокойно, а утром путники наскоро перекусили и начали собираться в дорогу.
— Пока мы сидели у костра, я подумал о том, что Вайтандар мог быть уничтожен с определённой целью, — проговорил Эл, затягивая на Горе сложную, изготовленную на заказ подпругу. — Насколько я понимаю, он отделяет Карсдейл от Ольтодуна. Опустошив его, Рогбольд добился того, что связь между этими двумя королевствами прервалась. От Нордора же и Кальдорона они отделены Кар-Мардуном — так же, как и друг от друга.
— Верно, — согласился Рад. — Это не приходило мне в голову. Значит, Рогбольду нужно, чтобы сообщение между королевствами прекратилась. А это говорит о том, что его цель не только Карсдейл и Ольтодун…
— А вообще вся Синешанна, — докончил за него Эл, похлопав Гора по мощной чешуйчатой шее. — Должно быть, у армии Синего Паука больше людей, чем мы думаем. Едва ли Рогбольд решил осуществить свой план, имея только двадцать тысяч воинов.
— Но для чего ему понадобилась эта часть Пустоши?
— Не знаю. Но было бы любопытно выяснить.
Легионер подумал, что, кажется, сам раз за разом ищет повод отложить поиски сердца. Может, оно ему и не нужно вовсе? Не оставить ли его там, где оно сейчас? Что, если сердце лича на своём месте?
Эл едва заметно покачал головой. Его обуревали сомнения.
Когда лошади были взнузданы и осёдланы, а вещи собраны, путники двинулись в сторону Альтадаима. Тропинка вела сначала вверх, а затем, свернув на восток, шла вниз, сильно петляя и становясь то уже, то шире.
— Почему бы нам не выехать на какую-нибудь дорогу? — предложил Ирд. — Наверняка здесь есть приличный тракт.
— Не следует попадаться лишний раз на глаза, — объяснил Рад. — Чем меньше людей нас видит, тем лучше. Мы не знаем, сколько соглядатаев у Рогбольда. Кажется, он далеко распустил невидимые щупальца.
— Совсем не обязательно кому-то знать, что мы направляемся в Альтадаим, — согласился с жрецом Легионер.
— Ладно, — пожал плечами Ирд. — Я просто подумал, что по тракту мы бы добрались быстрее. Мы ведь спешим?
— Верно, — согласился Рад. — Но лучше доехать живыми позже, чем умереть в миле от цели.
На третий день после переправы вдалеке показались сторожевые башни города, и путники вздохнули с облегчением. Однако теперь следовало быть особенно осторожными. Люди, кто хотели их остановить, ввиду близости столицы могли пойти на отчаянные шаги.
Выехав на большую дорогу, троица остановилась, чтобы обсудить, что делать дальше. Эл предлагал ехать прямо, не прячась, поскольку на тракте всегда много народа, и на них не посмели бы напасть. Рад же вполне резонно возражал, что те, кто ворвался в храм Пайры в центре города, не постесняются нескольких крестьян на дороге.
Наконец, решили проехать деревнями. В конце концов, до городских ворот оставалось не так много — около двух миль.
* * *
Дарон легко и стремительно бежал через лес. Мёртвое тело не знало усталости. Справа и слева от вампира мелькали огни: тёмные причудливые силуэты сновали между деревьями. Они несли в руках факелы, чьи длинные оранжевые хвосты трепетали на ветру подобно мантиям крошечных комет.