Псы войны (СИ)

Жрец нервно пожал плечами.
— Может, час, может, два. Кто знает? Возможно, василиск вылупится с первыми лучами солнца, — он невольно взглянул на горизонт, но небо там ещё было тёмным.
— Значит, мы не станем дожидаться рассвета, чтобы напасть?
— Помните, — сказал Тагор, заново смазывая чесноком свои метательные ножи. — Рубите вампирам головы. Иначе ваши мечи будут бесполезны.
— Мы знаем, — отозвался Рад.
Он тяжело дышал и поминутно отирал с лица катившийся градом пот. Впрочем, возможно, это был просто дождь.
Лиина поправила промокшие повязки себе и остальным раненым.
Ирд смотрел на вершину, словно ждал, что там появится кто-нибудь из их врагов. Лицо у него было бледное, мокрые волосы прилипли ко лбу. Эл легко прочитал в глазах юноши смятение.
— Я чувствую себя так, словно готовлюсь окунуться в ледяную прорубь, — признался Ирд, ни к кому конкретно не обращаясь. — Мне кажется, мы решились на этот поход от отчаяния, а не от храбрости, — он медленно покачал головой. — У нас нет шансов! — в его голосе прозвучала неприкрытая горечь.
— У меня похожие ощущения, — сказал Тагор. — Наверное, это и называется «отчаянной храбростью», — он попытался изобразить улыбку, но вместо неё вышла гримаса. — И всё же, — добавил он, хлопнув Ирда по плечу, — шанс есть всегда! Конечно, не все из нас уцелеют, но давайте думать о хорошем и надеяться… — Тагор замолчал, подбирая слова, но так и не нашёл.
Махнув рукой, он снова принялся старательно натирать ножи чесноком.
Эл почувствовал, что отдых затянулся, и его товарищами начали овладевать мрачные мысли. Нужно было немедленно их отвлечь.
— Пора, — сказал он, вставая. — Мы все знаем, зачем пришли, и что нас ждёт. Сделаем последние шаги так, как хотели.
С этими словами он начал подниматься к жерлу вулкана. Остальные, обнажив оружие, последовали за ним.
  
Глава 44
 
Дождь становился всё сильнее, на небе не было ни единого просвета. Ветер хлестал со всех сторон, развевая плащи и полы одежды. С трудом люди выбрались на вал, окаймлявший жерло Мальтана. Он был довольно широким — футов пятнадцать. Его покрывала магматическая порода — гладкий чёрный базальт образовал здесь подобие волн и складок. Люди подошли к краю, вглядываясь в темноту.
Воронка оказалась не очень большой — около трёхсот футов в диаметре. Внутри неё виднелась застывшая лава, казавшаяся чёрным застывшим озером. Обломки скал лежали грудами, образуя несколько более или менее удобных спусков.
В центре кратера стояли Грингфельд, Ирдегус, Дарон и ещё двенадцать вампиров. Все они наблюдали за установленным на плоском камне яйцом, на котором по-прежнему восседала огромная красно-синяя жаба. Однако на этот раз скорлупа светилась изнутри грязно-багровым пульсирующим светом.
— Это бьётся его сердце! — прошептал Рад, глядя на дно кратера.
Грингфельд, стоявший к Элу и его спутникам спиной, тотчас резко повернулся и издал тревожный крик. Вампиры подняли головы и увидели незваных гостей. Переглянувшись, они бросились к людям.
— Вперёд! — скомандовал Эл негромко, но так, что все его слышали.
Он поднял меч и помчался навстречу упырям. Те были вооружены короткими клинками, но не менее страшным оружием были их крепкие, как сталь, когти и длинные клыки.
Завязалась битва. Ирд встретился со своим первым противником на краю жерла, ударив носферату мечом сверху вниз. Тот подставил свой клинок и отклонил атаку, мгновенно вскарабкавшись на бесформенную груду шлака. Ирд взмахнул оружием, целясь в ноги, однако, носферату подпрыгнул и опустился позади юноши. Прежде, чем тот успел развернуться, страшная боль обожгла его спину. Ирд покачнулся, и в глазах у него потемнело от боли. Опасаясь, что упырь пронзит его мечом, он перепрыгнул через кусок застывшей лавы и приземлился внутри кратера. Тут же его обступили трое вампиров. Со всех сторон на юношу посыплись удары, некоторые из которых достигли цели. Одежда Ирда мигом промокла от крови, но ему некогда было думать об этом. Он едва успевал отражать всё новые яростные атаки. Постепенно упыри загнали его в расщелину между двумя обломками. Ирд понял, что здесь они его и прикончат, если он ничего не предпримет. Он часто слышал, что если животное оказывается в безвыходной ситуации, оно бросается на своих преследователей невзирая на их численное превосходство. Хотел бы он почувствовать подобную звериную ярость, но ум отказывался подчиняться инстинктам. Поэтому, когда Ирд бросился вперёд, нырнул под просвистевший над его головой меч и, развернувшись, рубанул ближайшего вампира сверху вниз, он действовал расчётливо, а не слепо.
  
Раненый носферату прогнулся назад, но не упал. Ирд выдернул меч из его плоти и, описав им дугу, изо всех сил рубанул по шее. Голова слетела и со стуком покатилась по засыпанному шлаком дну кратера. В тот же миг Ирд почувствовал резкую боль в плече, а затем сразу же чуть повыше виска. Его взгляд затуманился, и он пошатнулся, инстинктивно расставив руки, чтобы сохранить равновесие. Один из вампиров метнулся вперёд и сильным ударом когтей распорол его одежду сверху донизу. Резкая боль обожгла Ирду грудь — мышцы были разорваны! Юноша увидел перед собой бледное костистое лицо вампира, замахивающегося для следующего удара, и, мысленно попрощавшись с жизнью, собрал последние силы и резанул мечом воздух почти наугад, потому что руки едва слушались его. Лезвие снесло носферату верхнюю часть черепа вместе с правым глазом. Упырь взвыл, закачался и через мгновение начал дымиться, превращаясь в зловонный разлагающийся труп. Ирд упал, понимая, что через секунду потеряет сознание, и тогда для него всё будет кончено.
Эл едва успел опустить свой меч на голову твари, собиравшейся разорвать Ирда. Покрытое колдовскими рунами лезвие мигом превратило носферату в груду гнилого мяса. Оглядевшись, демоноборец обнаружил, что Грингфельд и колдун не вступают в схватку. Они встали перед яйцом, готовые в любой момент защитить его. Губы Ирдегуса беззвучно шевелились. Было ясно, что он готовит заклинание. Эл поднял меч и бросился к нему, однако Грингфельд заступил ему дорогу, выбросив обе руки вперёд столь неуловимым для глаз жестом, что Эл не успел отразить нападение. Когти царапнули мёртвую плоть лича. В тот же миг Кровопуск, взметнувшись снизу вверх, оставил на груди вампира глубокий порез. Тот зашипел и отскочил. В смотревших на Эла глазах мелькнула дикая злоба.
— Давай быстрей! — крикнул он Ирдегусу. — Этот человек колдун! Я встретился с ним в Кёлтебруне, когда он пытался отобрать яйцо. И он сжёг моих Слуг в Иральтахейме.
Руки Ирдегуса вспыхнули синим светом, и два пылающих шара устремились к Элу. Тот легко увернулся, и они ударились о дно кратера, оглушительно взорвавшись.
— Какое тебе до всего этого дело⁈ — крикнул Грингфельд, обнажая двуручный меч. — Хочешь забрать василиска себе⁈
— Ошибаешься, — ответил Эл, не выпуская из виду Ирдегуса. — Я хочу уничтожить его.
Лицо вампира исказилось в ухмылке.
— Ты лжёшь! — выкрикнул он. — Эта тварь может принести такую власть, о которой большинство только мечтает!
В это время Ирдегус опять бросил в Эла шаровые молнии. Одна пронеслась всего в футе от его головы, другая взорвалась возле ног. Колдун взмахнул руками, и на кончиках его пальцев заплясали зелёные огни. Они начали быстро собираться в клубы ядовитого тумана.
Вдруг Ирдегус вздрогнул и захрипел. Глубоко посаженые серые глаза остановились, тело неестественно прогнулось, а из уголка рта показалась тёмная струйка крови. Перед тем, как закутанная в мантию фигура упала, Эл заметил торчавшие из груди Ирдегуса рукояти метательных ножей Тагора.
Вулкан вздрогнул, по дну кратера побежали мелкие трещины, где-то в глубине тяжело ухнуло, и раздался скрежет перемещающихся пород.
— Это ещё что⁈ — воскликнул Грингфельд, от неожиданности с трудом удерживая равновесие.
— Не надо было твоему приятелю играть с огнём! — отозвался Эл. — Похоже, его взрывы разбудили Мальтан.