Грешна и в Ад дорога (СИ)

- Эмма… нет…
- Тссс. - Свон опустилась к обнаженному животику и поцеловала участок кожи чуть выше пупка. Под этими прикосновениями Миллс начала дрожать, чувствуя ноющую боль. Эмма не стала заходить губами дальше пояса обтягивающих лосин, вместо этого она вернулась к шее Реджины и, взяв её за запястья, завела руки той за голову. Шаловливая ручка очертила бедра брюнетки через ткань, сжимая в руках сладкую попку.
  
- Эмма… постой…
Девушка промолчала, в ответ она начала опускаться рукой к поясу обтягивающей ткани, проводя по ней большим пальцем в области лобка.
- Эмма, пожалуйста.
- Я не могу остановиться, ты слишком горячая.
- Мы должны.
Взяв всю свою волю в кулак, Реджина отодвинула от себя Эмму, принимая сидячее положение.
- Мы должны поговорить об этом.
- Зачем?
- Эмма, я понимаю, что у тебя бушуют гормоны, но…
- Но что, Реджина? - Эмма попыталась поцеловать брюнетку, но Реджина отстранилась.
- Послушай меня, пожалуйста. Мы не должны этого делать. Во-первых, ты несовершеннолетняя. Во-вторых, я твой учитель…
- Второе уже вовсе не аргумент.
- Ладно. В-третьих, я…. Я… Ладно, мои аргументы закончились. Но мы все равно не должны.
- Реджина, пожалуйста, - Свон приблизилась и всё-таки получила свой поцелуй. - Я не понимаю, почему я так остро на это реагирую. Я чувствую, что завожусь даже глядя на тебя.
Миллс слегка покраснела, она явно не ожидала, что влияет так сильно на блондинку.
- Ты когда-нибудь до нашей с тобой встречи испытывала те же чувства? Тянуло ли тебя к кому-то другому… физически?
- Нет.
- Вот поэтому твоя потребность ярко выражена. Обычно с 12 лет начинается половое созревание. Девочек тянет к мальчикам… Или же другим девочкам. Играют гормоны, кто-то удерживает себя от ранней половой жизни, а кто-то начинает ею жить. А твои гормоны пропустили 4 года и бушуют сейчас в 4 раза сильнее.
- И когда это все закончится?
- Созревание? К 17-18 годам.
- 2 года, Реджина! Я не смогу! - Эмма подпрыгнула на диване и ударила мягкую обивку кулаком.
- Сможешь.
- Помнишь, что я тебе говорила по поводу недотраха?
- Помнишь, что я говорила по поводу того, что оторву тебе руки? - Миллс угрожающе посмотрела на девушку, вызывая у той приступ ярости.
- Но! Реджина!
- Эмма, я тоже была в твоём возрасте и тоже через это проходила.
- Ну, наверное, твой парень был очень рад, когда ты на него бросалась.
- Я не бросалась, милая. Мой первый раз был в 23 года.
- Когда?? Реджина, я не выдержу, я уже сейчас готова лезть на стену.
- Милая, надо подождать. - Реджина положила свою руку на колено девушке, поглаживая его.
- Вот сейчас ты мне вообще не помогаешь. - Миллс моментально отдернула руку.
- Прости. Ты голодна?
- Смотря о чем ты. - Реджина выгнула бровь, удивляясь этой самодовольной ухмылке напротив.
- Я о еде, дорогая.
- Зная, как ты готовишь завтрак, я бы не отказалась от ужина.
- Тогда пойдём, будешь мне помогать.
Достав из холодильника все необходимые ингредиенты, брюнетка начала учить девушку готовить, рассказывая, что и за чем следует. Эмма сидела на кухонной тумбе и болтала ногами, пока Реджина не дала ей задание. Пока Эмма резала лук, Миллс достала из холодильника открытую бутылку вина. Иногда во время готовки она могла позволить себе выпить один бокал, чтобы было немного веселее и интереснее. Закончив с резкой лука, Эмма повернулась в сторону брюнетки. Женщина оперлась телом на стол, держа в руке бокал с красной жидкостью.
- Эй, я тоже хочу.
- Ещё чего.
- Ну, Реджина. Мне уже 16, хотя бы немного. - Миллс ухмыльнулась, сейчас девушка вела себя как капризный ребёнок.
- Ты не умеешь пить.
- Умею.
- Конечно. Я бы тогда не забирала тебя из баров. - Эмма отложила нож и приблизилась к брюнетке, оставляя между их носами расстояние в несколько сантиметров.
- А если я хорошо попрошу?
- На меня не работают эти штучки.
- Я в этом сомневаюсь. - Эмма припала к алым губам, чувствуя кислый привкус вина. Реджина поставила бокал на стол, кладя руки девушке на плечи.
- Эмма, лазанья.
- Такое ощущение, что не я тебе помогаю, а ты мне. - Свон демонстративно надула губки и закатила глаза.
- Мне очень нравится за тобой наблюдать. - Реджина сделала ещё одни глоток из бокала, осматривая девушку с ног до головы.
- А что тебе ещё нравится во мне?
- Дай-ка подумать. Мне нравится, когда ты ревнуешь, - Миллс сразу заметила приподнятую бровь девушки. - Что? Это слишком мило.
- Тебе нравится, когда я злюсь?
- Очень.
Допив остатки вина, Реджина подошла к девушке сзади и, положив поверх её руки, в которой был нож, свою ладонь, начала направлять Эмму. Теперь у девушки получалось нарезать помидор тонкими ломтиками.
- Реджина.
- Ммм?
- Ты издеваешься?
- Ты о чем?
- О тебе, - поняв, в чем дело, Миллс поцеловала Эмму в шею и только потом сделала два шага назад. Только сейчас она поняла, что знала вкус только губ блондинки, в то время как Эмма уже частично изучила её тело. - Дай, угадаю, тебе нравится меня дразнить? Потому что если я не получаю то, чего хочу, я начинаю злиться.
- А я то, чего ты хочешь? - Миллс только потом поняла смысл своей фразы.
- Если ты будешь продолжать, то хорошим это явно не кончиться.
- Ладно, милая, давай уже закончим с готовкой. Я голодна.
Когда лазанья стояла в духовке и ожидала своего приготовления, Реджина и Эмма сидели в гостиной. Миллс взяла тетрадь Эммы и начала прочитывать текст. Блондинка восхищалась женщиной, она была слишком увлеченной, заинтересованной, не обращая никакого внимания на Эмму. В очках брюнетка выглядела строго и сексуально.
Эмма получила свою заслуженную 4, и как раз к этому времени был готов ужин.
За столом Свон узнала про семью Реджины. Её родители жили далеко от Бостона, но женщина выбиралась к ним пару раз в год во время отпуска. Её отец когда-то работал учителем истории, именно он и привил любовь дочери к этой науке. Мать всю жизнь делала карьеру, и даже в свои 64 года она возглавляла небольшую компанию.
Эмма пыталась, как можно больше узнать о брюнетке. О её детстве, школе, друзьях, иногда они говорили об учителях их школы. Реджина услышала много хорошего о своём коллеге Робине Локсли. Было понятно, что девушка его невзлюбила, причём конкретно.
Эмма была просто потрясена блюдом. Горячий сыр таял во рту, попадая в пищевод. Эмма сделала много комплиментов Реджине от её готовки до её внешности. За ужином Миллс пригубила ещё один бокальчик, но на этом брюнетка остановилась.
После ужина, Реджина взяла блондинку за руку и повела в домашний кинотеатр. Эмма выбрала какой-то фильм и показала его Реджине. Миллс его не смотрела, поэтому было решено смотреть это. Свон села рядом с брюнеткой, переплетая их пальцы.
Спустя половину фильма, Эмма положила свою голову на плечо брюнетки. Девушка ещё никогда не ощущала себя в такой безопасности, не ощущала себя просто счастливой, находясь рядом с Миллс.
Выпитое вино немного разморило Реджину, отчего её веки закрывались сами собой. Миллс немного задремала, и лишь через несколько минут ей пришлось открыть глаза от того, что её ладонь сильно сжимала Эмма. До слуха женщины доносились стоны и крики. Сначала брюнетка подумала, что ей кажется, но когда картинка перед глазами стала отчётливой, она увидела весьма откровенную сцену. Найдя быстро пульт, Реджина выключила экран.
- Зачем? Я хотела посмотреть.
- Нет, мы это смотреть не будем. Что это вообще за диск? Надо его убрать.
- Тебя смущают постельные сцены?
- Меня смущает то, что я смотрю их с озабоченным подростком. - Реджина щелкнула Эмму пальцем по носу, а после поцеловала в кончик.
  
- Что будем делать?
- А что ты хочешь?
- Я бы сказала, но промолчу.
- Боже, Эмма, - Миллс закатила глаза и встала с дивана. - Я хочу кофе.