Фрикшоу (СИ)
— А как он относится к Геном-Модифицированным людям, ты не выяснила?
— Ты в каком мире живёшь? Нормально, конечно. На словах все нормально относятся. Давай постоим.
Мы остановились. Младшая тяжело дышала, я увидела, как на её болезненно — белоснежной коже на лбу проступили капли пота. Впереди и позади нас метрах в тридцати шли люди из отряда её телохранителей. Я залезла рукой в сумочку и вытащила небольшую бронзовую фигуру лошади на постаменте.
— Это тебе, с днём рождения, — протянула я ей статуэтку, вспоминая сколько лет младшей. Разница у нас 6 лет, значит 32.
— О, вечно бесишь меня своими поздравлениями, Милл Риф, где ты её нашла?
— Один коллекционер скончался, выкупила на аукционе. Ты ведь сейчас всё ещё с этой кличкой?
— Да, ещё не было повода менять. Спасибо, — она рассматривала прекрасную детализацию скакуна и наездника.
— Хочешь, могу выяснить, — сказала я, выждав паузу.
— Что выяснить? — сестра переключила внимание на меня, открывая большие голубые глаза с длинными ресницами.
— Как он относится к ГМ людям.
— Ах ты сука! — нарочито зло протянула она. — Хочешь переспать с ним раньше меня?
— Если ты запретишь, то не буду, — ответила я, улыбаясь её искренним эмоциям.
— Запрещаю, — королевским тоном сказала она и улыбнулась. — Он будет в городе N двадцать второго числа, свяжется с тобой, как с секретарём, и будет следить за тем, чтобы стройка клуба шла по проекту.
— Так, — остановила я её, шокированная развитием событий. — Ты что, знала, что я тебя спрошу о нём?
— Нет конечно, балда. Но раз уж ты заговорила об этом, то расхлёбывай, — кажется, Младшая отдышалась и готова была идти дальше. Мы пошли. Я заметила, что она идёт аллюром шаг, тогда как раньше в детстве, ходила иноходью, переставляя поочерёдно левую сторону ног и правую. — Сегодня с трапа самолёта из Америки сошла очень похожая на тебя девушка по имени Лана Давыдова. Она должна напиться в каком-нибудь баре, разбить посуду, покуролесить и, переодевшись, под именем Анна Столина отправиться обратно в Америку. Напомни, зачем ты мне устроила эти трудности?
— Просто надеюсь, что Эйп ничего не будет угрожать, когда я уеду. Может удастся сбить со следа ищеек в случае, если меня захотят прижать.
— А тебя можно прижать, угрожая её жизнью? — слишком заинтересованно спросила сестра. Она очень не любит уязвимости и пресекает их на корню.
— Не уверена, — растерянно ответила я. — Думаю, что нет.
— Когда едешь?
— Завтра. Билет на скоростной поезд уже куплен, по пути найду что-то из жилья.
— Хорошо, тогда я сообщу твоему учителю, что завтра приедешь, и она встретит тебя. Только не подведи, её было трудно уговорить. Я не хочу за тебя краснеть, извиняясь.
Я фыркнула, но промолчала, зная, что мои возражения сработают подобно палке на осиное гнездо.
— Собираюсь зайти в бар к Эйп, хочешь со мной? Познакомлю вас, — спросила я, зная что она откажется, но вдруг ей будет приятно, что я предложила.
— Конечно хочу. Но если ты мечтаешь пробираться через толпу папарацци, выходя из бара, то обязательно возьми меня с собой.
Мы подошли к высокой каменной ограде лесопарка кладбища с коваными воротами. Перед выходом на территории уже ждал чёрный лимузин с открытой дверью. Я помогла Младшей забраться внутрь.
— Тебя подвезти?
— Нет, спасибо. Хочу прогуляться. До встречи, сестра, — я положила руку на её щёку, и она прикрыла глаза, выражая нежность моей ласке.
— До встречи, — ответила она и проводила меня взглядом, пока я отходила от лимузина. Две машины сопровождения как раз подъехали и забрали отстающий отряд охраны.
1―2
Около двух часов я бесцельно блуждала по улицам города, наслаждаясь июньским теплом, стараясь избегать загруженных дорог и больше идти по набережным. Носить обувь без каблука я не могла из-за особого строения ступни, которым меня наделили генными модификациями, но на каблуке было более чем комфортно, а мощные щиколотки надёжно удерживали стопу в необходимом положении, не оставляя шанса подвернуть ногу. Если уж зашла речь, то думаю стоит сказать, что на голове у меня к 30 годам начали прорезаться рога. Пока ещё совсем небольшие, так что их легко было спрятать под покровом светло-русых волос до плеч с чёлкой, скрывающей лоб, но к 38 я всё больше задумываюсь, какой головной убор выбрать, чтобы не привлекать внимание. Ещё кожистый хвост с помпоном жёстких волос на конце, но прятать его чуть проще, чем рога. Достаточно обвернуть вокруг одной ноги и не носить обтягивающие штаны. Наверное, мои ногти тоже можно назвать отклонением, так как они толще и прочнее, чем у обычных людей, и если на руках можно реже их обрабатывать, щеголяя длинным маникюром, как сейчас, то на ногах приходится каждую неделю стачивать пилкой. Ножницы их не берут, а специальных кусачек для животных я боюсь. Есть и другие отклонения, но они более интимного характера. О них я расскажу позже. А пока пробило 3 часа дня, и я остановилась у пешеходного моста рядом с остановкой, рассматривая людей.
Молодые парочки и лёгкие, по виду, бегуны заряжали меня романтическими мыслями. А может быть это неизвестность предстоящей поездки накладывала на мой нос очки уверенности, что грядёт что-то новое, не обязательно хорошее, но наконец-то я делаю шаги к долгожданной цели. Также проходили мимо школьники, обсуждая кого-то из супер героев. Мне показалось немного страшным то, как они похожи друг на друга лицом. Словно это клип, где певец наложил своё лицо на все лица прохожих. Двое мужчин рассматривали меня, стоя у набережной, и один из них что-то воображаемое взвесил в обеих руках, я улыбнулась, заметив это, но не стала смущать своим взглядом. Хотелось стоять так и радоваться солнцу, но рано расслабляться, ещё не все дела доделаны. Я запрыгнула в электробус, идущий в сторону моей квартиры. Вещи я отправила в город N ещё вчера, оставив самое необходимое. Сейчас же я хотела принять душ и пообедать где-то вместе с Пружинкой.
В семь тридцать я заходила в ресторан под названием «Гроздь». В зале было немного людей: одна пара, занятой с виду мужчина и две супер стандартной красоты девушки. При виде меня они переглянулись и одна презрительно покачала головой. Я заняла свободное место на двоих в углу зала и заказала пасту с двумя стаканами джина для себя и Эйп. Надев гарнитуру, я ткнула в телефоне на первую попавшуюся новость и, не вникая особо, слушала, краем глаза наблюдая, как шушукаются девушки за столиком.
К сожалению, они могли смотреть на меня свысока. Последние нормативы по внешности и развитию, которым необходимо было соответствовать, чтобы в паспорте гражданина поставили отметку «Без отклонений», были совсем неутешительными. С каждым годом они ужесточались, и теперь достаточно даже иметь слишком большую грудь, широкие плечи или скажем длинную шею, чтобы завалить медкомиссию. И если с тестами на общее развитие можно подтянуться, то физические отклонения никак не исправить. В личной карте всё будет указано и даже пластические хирурги не помогут. Придётся подчищать слишком большой пласт информации за жизнь до операции. Гарантий никаких, а за фальсификацию медицинских показателей можно попасть в тюрьму.