Фрикшоу (СИ)

― Вколите это себе в шею, пожалуйста. ― с идеальной улыбкой сказала она мне наклонившись и моё сердце сдавила боль.
Затем она прошла к Милл, повторив, сказанное мне, вручила шприц и удалилась в свою дверь.
Я сидела молча, рассматривая на ладони поблёскивающий синим флакон, когда сестра подошла и села рядом.
― Просто сделай это и всё. Может мы все умрём, а может и нет. Но ты пролила столько слёз, принесла столько жертв, не для того, чтобы в последний момент отказаться. ― говорила она, положив руку на плечо, но её слова не возымели успеха.
«Мы живём, пока не умерли. Настолько же глупая фраза, насколько корова повторяющая её сейчас раз за разом» ― крутилось в моей голове, когда сестра взяла шприц с моей руки и сделала укол мне. После чего вколола себе, снова разрыдавшись в объятиях Айзека.
Закрыв лицо ладонями я тоже заплакала, не было больше сил держать это в себе. «Юджин, Талия, Гролш, Мери… неужели мы прошли через всё это, чтобы вы остались там? Я ведь просто хотела рассказать историю, как стала счастливой мамой… Я не хотела всего этого» ― думала я, жалея себя слезами.
А когда я успокоилась, подняла голову, желая уйти отсюда поскорее, то увидела перед собой его.
Создатель.
Он смотрел на меня отеческим взглядом и улыбался. Точно такой же, как в моих детских воспоминаниях. Огромное тело с большими руками и кулаками величиной с четыре моих. Заплывшая жиром шея, лысая голова и выцветшие глаза, проникающие в самую душу. Не способная уже ни кричать, ни удивляться, не плакать, я просто смотрела на него.
― Старшая, ты молодец. Я знал, что ты справишься и проведёшь сосуд через все испытания обряда. Жаль что ты не видишь меня и я не могу похвалить тебя лично. ― пробасил он, продолжая улыбаться.
― Дай ка и я на неё посмотрю. ― раздался женский голос из мантии и две женские ножки спустились на пол, после чего очень тощая фигура высокой фотомодели вынырнула целиком из-под мантии Создателя. ― Ах, как выросла и окрепла.
Лицо женщины было замотано волосами, оставляя одну лишь щелку для глаза с длинными ресницами. Тонкие руки она держала так, будто лак на её длинных ногтях ещё не высох. Белоснежная, почти прозрачная кожа голого тела, полные груди и широкие бёдра и всё её тело внушали не меньший страх, чем тело Создателя.
― Входите, Демиурги! ― громко произнёс Создатель и я заметила как из стен выплыли три бестелесных существа, едва уловимых сиреневым отблеском.
Бездействие.
Похоть.
Страх.
Это совершенно точно были они. Те боссы, что мы победили. От Страха был виден только один глаз и иногда второй. Бездействие с прошитым нитками телом вниз головой. Похоть, насаженная на каменный столб и в позе лотоса.
― Может купим дом где-нибудь у озера? Я бы могла поручить все дела директорам, а сама отдать всё своё время семье. Что скажешь? ― ворковала Милл с возлюбленным и я посмотрела в её лицо не в силах выдавить из себя ни одной эмоции кроме слёз.
Беззвучно они стекали по моим щекам, собираясь у подбородка, чтобы оттуда упасть туда, куда им суждено.
― Это было бы великолепно, любимая. Подальше от этого города. Вообще от всех городов. ― отвечал ей Айзек целуя в щёку.
― Конечно, я не скоро это забуду, но… может разденемся? ― игриво взглянула Младшая на Айзека и он потянулся к ремешкам её доспехов.
― О великие Демиурги, бросившие вызов… ― начал было Создатель с поклоном.
― Оставь это, Тюремщик! Рассказывай, ты успел в срок? ― произнесла та, из еле видимых сиреневых оболочек, что олицетворяла Похоть.
― Вы, в последние четыреста лет меня сильно торопили, потому мне пришлось ускорить процесс модифицируя сосуд искусственной эволюцией, однако, я уверен это тело, наделённое силой моей половины, ― Создатель махнул рукой в сторону своей худощавой спутницы. ― Сможет удержать вас до рождения из него идеальной тюрьмы, в которой вы будете страдать до тех пор, пока Всемогущий вас не простит. Пришлось спешно увеличить массу сосуда, чтобы вместить вас и нашу силу. Не было времени даже начать всё с нуля, учитывая ошибки, потому, я вносил правки в уже созревшее и окрепшее создание. Дополнительно, потребовалось подобрать тело с большой массой проводника внутрь тюрьмы, но я уверен всё пройдёт как надо.
 
― Уж потрудись! Мы разорвём ваши сущности, если не проведём в тюрьме достаточно долго. Всемогущий должен простить нас и кстати, что насчёт удовольствия? Эта тюрьма способна получать его? ― поинтересовалась Похоть, подлетая ближе к почти голой Милл.
― Лишь в той степени, в которой вам вечно будет хотеться ещё, но никогда ― достаточно! ― горделиво произнёс Создатель с поклоном.
― А созерцание? Эти оболочки способны растворяться в бытие? ― не спеша произнесло Бездействие, пролетев сквозь меня.
― Разум этих созданий постоянно заполнен мыслями. Они не затыкаются, ежесекундно общаясь сами с собой или вспоминая прошлые разговоры. Пока вы в этой тюрьме, Демиург, покой будет недостижимой мечтой. ― повернулся Создатель в сторону собеседника и снова поклонился.
― Хорошо, хорошо. ― ответило Бездействие и отлетело в сторону.
― А они уязвимы? Их тяжело убить? Или принести боль? Они болеют? ― вмешался в разговор Страх, своим внимательным глазом осматривая влюблённых.
― Более чем! ― воскликнул Создатель, наслаждаясь своим произведением. ― Ничего нет проще, чем сломать физически этих существ! От большей части болезней я выработал в них иммунитет, но болеть и страдать при этом они могут, потому, как только сосуд родит для вас идеальную тюрьму, я возьму опеку над вами. Всемогущий по достоинству оценит те муки, что вы выбрали для себя по моему совету. Столетия томиться в слабом, терзаемом болезнями, болью, сомнениями и пороками теле, не имея возможности ни на что повлиять! И так раз за разом перерождаться в новом поколении, пока их род не прервётся!
― Мы поняли, Тюремщик. Достаточно. Это четвероногое создание сосуд. ― произносило Бездействие подлетев к Милл. ― Это, с твёрдым отростком, проводник. А какую роль выполняет это существо?
Бездействие подлетело к моему лицу почти вплотную, подрагивая изуродованной, безглазой головой.
― Это хранитель, который успешно провёл сосуд через все испытания необходимого обряда. Но так же, оно было нашей страховкой, если по каким-то причинам мы не сможем использовать основное. Масса его тела абсолютно не соответствует расчётным, из-за необходимости быть мобильным и боеспособным, потому использовать его очень рискованно. ― ответил Создатель, посмотрев на меня.
«Это ведь безумие? Я сошла с ума? ― начала размышлять, как только происходящее вокруг обратило на меня внимание. ― И Милл не видит его? Не видит их всех? Моё искалеченное воображение создало их? Но что если это реальность, тогда Милл будет носить в себе этих существ? А потом и её дети? И мы созданы только ради этого? Пройти жуткий, наполненный болью путь, ради того чтобы тебя называли сосудом. Если это всё реальность, то… То это просто до оцепенения жутко.»
Подняла повязку на правом глазу и прикрыла левый. Всё верно, обычный глаз не способен увидеть ни сущности, ни Создателя.
― Так как попасть туда? ― спросила Похоть, щелью поедая свои руки.
― Вам необходимо смешаться с семенем в этом проводнике и ждать. ― ответил Создатель, указывая на громадный член Айзека, который жадно вылизывала и обсасывала Милл. ― Как только его семя устремиться в сосуд, вы отправитесь с ним к запечатывающей сфере. Мы закроем вход и вы уже не сможете выбраться по собственной воле, а прерывать обряд ни в коем случае нельзя до завершения. Когда Всемогущий простит вас, я уничтожу тюрьму и вы освободитесь.
―Ясно. Тогда начнём. И помни: твоё будущее сильно зависит от успеха мероприятия. Справишься и станешь в один ряд с нами. Провалишься и будешь кормом на нашем столе. ― зловеще проговорила Похоть, заставив Создателя и его спутницу склонить головы.
― Я всё понимаю, Демиурги. Можете положиться на нас. ― ответил Создатель, всё так же не поднимая головы.