Серия "Афган. Чечня. Локальные войны". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)
Так вот с Мухой и Лёхой я дружил. А остальными? Да в общем-то то обычные отношения были. С земляками традиционно товарищеские, с большинством приятельские, кого то терпеть не мог, с некоторыми частенько дрался. Не было у нас в роте большой и дружной армейской семьи. Большая и дружная армейская семья…. здоровый воинский коллектив… басни это все. А уж если об армии как о семье говорить то уместно другую поговорочку вспомнить, вот эта житейская мудрость как выстрел хорошего снайпера в «яблочко» попадает: «В большой семье еб…лом не щелкай!» Ничего, все нормально как и в любом армейском коллективе.
— Не могу больше эту парашу жрать, — я брезгливо посмотрел в термос который наряд по роте притащил с батальонной кухни и убрал свой котелок. Каша сечка без масла, каждый день одно и тоже.
— Не хочешь не жри, — безразлично ответил помахивая черпаком наголо стриженный рослый боец с моего взвода Витек, он сегодня раздатчиком был.
— Отойди — предложил он, — не задерживай народ.
У четырех принесенных термосов собирались вечно недовольные едой бойцы.
— Так что мне голодным что ли ходить? — ища сочувствия заорал я и посмотрел на соседей. Муха и Лёха промолчали, а вот еще один боец с нашего взвода:
— Хочешь ходи, — разрешил Филон, усмехнувшись посоветовал, — не хочешь не ходи все в твоих руках.
В моих руках был только пустой алюминиевый котелок и совет высокого дочерна загорелого и бритого на лысо Филона я воспринял как оскорбление. Уставился в его серые глазки и заявил:
— А вот ты в своих руках только х…й, удержать можешь.
— Думаешь, тебя земляки защитит? — засопел Филон.
— Да я сам за себя отвечу! — явно нарываясь на драку вызывающее бросил я.
Вечером за ужином было скучно, хотелось развлечений, хотя бы и просто подраться, тем более худощавый Филон впечатление сильного противника не производил.
— Ты что, — останавливая дернул меня рукав х/б Муха и предупредил, — он же тебя враз отмудохает.
— Кто? — я презрительно посмотрел на Филона, и пнул ногой по термосу, — Этот что ли?
— Филон оставь его, — попросил Лёха пытаясь протиснутся между мной и Филоном.
— Филон, — вмешался подошедший замкомвзвод Фаик, — проучи этого шнурка, а то я смотрю он совсем оборзел.
— Пошли, — буркнув предложил Филон и первый не оглядываясь пошел на ристалище.
Договоренные драки у нас за батальонной кухней всегда проходили. Там удобная площадка была. Всякими там боевыми искусствами я не владел, бил как умел. Вот только Филон умел намного лучше. Впоследствии довелось мне всякие боевики иноземные смотреть с участие разностилевых боевых мастеров. И вот что думаю, доведись Филону с ними схлестнуться, шансов у этих мастеров просто не было бы. Оказалось, что парень владеет самым совершенным боевым искусством, дворовой дракой, стиль широко известный в России. Это искусство наши бойцы с младенчества изучают, детский сад, школа, танцы, рубка стенка на стенку и конечно армия.
Скорость, координация движений и реакция у Филона были такие, что я только два раза успел взмахнуть рукой намериваясь провести прямой правой в челюсть и оба раза приходил в себя на земле. Как Филон серии ударов проводил я даже заметить не успевал. Губа разбита, набухает по глазом фингал, ноет челюсть, болят ребра, еле двигаюсь. Хотел поразвлечься? Вот и получай!
— Еще хочешь? — даже не запыхавшись спрашивает Филон.
— Здорово, ты бьешь, — тяжело дыша признался я.
Проверяя языком целость зубов и вспомнив о том, что такт и вежливость лучшее оружие цивилизованного человека, скромно попросил:
— Поучишь, а?
— Тебя что каждый день пи…ть? — скалится Филон.
— Да ладно тебе Филон, — примирительным тоном я признавал своё поражение.
Потом до дембеля Филона то есть год, он обучал меня приемам дворового боя. В дворовой драке все работает: руки; ноги; корпус; голова. И очень быстро мне эти навыки пригодились. Не думайте не в бою с духами, там до рукопашной дело просто не доходит, а в драках. Разные бывают обстоятельства и всегда помня о том, что такт и вежливость лучшее оружие цивилизованного человека, очень-очень полезно уметь бить: рукой; ногой, головой.
— Кстати насчет жратвы, — небрежно заметил мне Филон, когда мы вернулись в расположение роты, — могу показать как это делается, мне как раз напарник нужен, а ты вроде как ничего…
Умываясь и смывая кровь с разбитого лица я вопросительно глянул на льющего мне воду Лёху.
— Не ходи с ним убить могут, — сливая мне в подставленные ладони воду из котелка шепнул Лёха.
— Э… — вняв его предостережению стал отказывать я.
— Ну и жри до дембеля одну парашу, — разозлился Филон.
— А что хоть делать то надо? — заинтересовался я уже не обращая внимания на предостерегающе толкнувшего меня Лёху.
— Склад с пайками у лётунов ломанем.
— Как?
— Если пойдешь то увидишь.
Ну что ж далеко не первый из сынов человеческих я внял демону искусителю. Хотя как раз демоном то Филон совсем и не был. Он предложил, я согласился, все по честному, просто не мне одному совсем уж обрыдла войсковая пайка.
Воровство, грабеж, разбой вот как это в уголовном праве называется. Хотя если подумать то можно и иначе, ну например: отработка учебно-боевой задачи: «проникновение на охраняемую территорию, посредством нейтрализации часового, и преодоления технических средств защиты». Как хотите так и называйте. Если вы сытый законопослушный гуманист — тогда это безусловно разбой, если вы полуголодный обозленный солдат — тогда это умелое применение военной выучки в обстановке максимально приближенной к боевой.
Летчиков снабжали великолепно, кормили разной вкуснятиной как на убой, а их сухие пайки, это вообще мечта армейского гурмана. Были они нашими соседями, просто рукой подать, а их склады охраняли доходяги из БАО — батальон авиационного обслуживания. Вот туда мы и намылились с дружеским так сказать визитом.
Ночью взяв из каптерки трофейные ватные халаты и захватив два вместительных общевойсковых мешка приходим на продовольственный склад авиаторов. Склад — сборный модуль, территория ограждена двумя рядами колючей проволоки. У ворот склада «грибок», под «грибком» мается от скуки часовой.
— Ты почему сука тыловая, честь советскому десанту не отдаешь? — начинаю я отвлекать внимание вооруженного БАОошника.
— Да пошел ты! — воспрянув и радостно ожививший подается на провокацию часовой.
— Да я тебя сейчас… — грожу я и упоминаю разнообразные способы при помощи которых можно заставить БАОшника отдать свою честь.
Но твердо знает часовой, что согласно уставу караульной службы его «честь и достоинство охраняется законом» и ничуть меня не боится. Смотрит он на меня, грозит автоматом и ведет пылкую дискуссию о том кого следует считать п…сом и тыловой «крысой». Пока мы значит демонстрируем друг другу свои познания в матерном приложении к русскому языку, с тыла склада заходит Филон, перебрасывает через колючую проволоку грязные уже давно все изорванные ватные халаты и успешно преодолевает оба ряда колючей проволоки.
— А еще ты… — не сводя с меня негодующих глаз увлеченно ведет свою ругательную арию часовой и не закончив фразу падает. Это Филон подкравшись бьет его кулаком в затылок. Жалко конечно пацана, но ведь не до смерти же.
Все остальное дело техники. Пломбы с двери склада срываются, замки взламываются штык-ножами, и все твое…
Быстро доверху набили два мешка, оставили в качестве вещественного доказательства преступления обрывки халатов на колючей проволоке и домой.
Ну а дома, в палатке то есть… так вот мы же не «крысы» что бы под одеялом втихоря жрать, мы как и положено со всем взводом поделились, а я со своей доли еще земляками пару банок сосисочного фарша отнес да печенья с шоколадом, еще пачку сигарет «Золотое руно». Накрыли в палатке стол, сели от души поели. Завистливые взгляды и явные намеки наших соседей по палатке ребят со второго взвода молча проигнорировали. А пайки у летчиков отличные, такая вкуснятина просто пальчики оближешь.