Музей магических артефактов (СИ)

- Не вышло, господин Марсо, - сурово произнёс Валентин.
Рита и не думала, что он так умеет.
- Могли бы и своему присудить, - Марсо смотрел на Валентина в упор.
- Не мог бы. Вы мне не более свой, чем любой другой житель этого города, прав никаких у вас нет, а я нашёл владельца в соответствии с волей господина Люсьена Бодуана, о которой знает каждый житель нашего города – если он ещё не выжил из ума, конечно.
И выразительно так глянул на Марсо – мол, ты-то, приятель, как раз очень похож на сумасшедшего.
- Мой дед был бастардом Люсьена Бодуана! – заявил Марсо. – И в доме должны быть о том бумаги!
- Нет там таких бумаг, - покачала голвой Рита.
- С чего это вдруг? – поинтересовалась молчавшая до того госпожа Фонтен. – Господин Люсьен был приличным человеком, и ни за что бы не оставил ребёнка на произвол судьбы. Тем более – я своими ушами это слышала – он горько сожалел о том, что не имеет наследника, и ему не было важно, был бы тот наследник рождён в законном браке – или же нет.
- Откуда это вы могли слышать? Совсем из ума выжили, да? – огрызнулся Марсо.
- Господин Люсьен был большим другом моего отца, - сказала госпожа Анна. – И частенько бывал у нас дома. И они говорили о многом… а я присутствовала при тех разговорах. Мне было пять лет, когда скончался господин Люсьен, но я всё отлично помню.
Все уставились на госпожу Анну, будто впервые увидели, а Дюваль негромко сказал:
- У меня нет причины сомневаться в словах госпожи Фонтен. А вот откуда взялась легенда о происхождении семейства Марсо – я бы послушал.
- Мне о том говорил мой отец – до самой его смерти, - глухо сказал Алоиз. – И говорил, что раз я всё же стал немного магом, то это тоже доказательство!
- Вот-вот, расскажите, как так вышло, что вы стали немного магом, - кивнул ему Дюваль. – Потому что мне кажется, что от рождения вы никаким магом не были.
- Ну… - почему-то смутился Марсо. – Давно это было.
- И что случилось – давно?
- Мне было восемнадцать лет, я только поступил служить на торговый корабль, и это был мой первый рейс – на Восток, за пряностями, красителями и другими редкостями. Там-то я и встретил того мага, а он искал человека, которому нечего терять. Ну, мне было нечего терять, я и домой-то возвращаться тогда не думал, потому и согласился. Он провёл надо мной этот, как его? Эксперимент. О том, что в особых условиях даже простец может воспринять магическую силу. Это потом уже я узнал, что был далеко не первым подопытным того мага, и все остальные не выжили. А я выжил, не знаю, почему, но – выжил. Наверное, потому, что был предрасположен к магии с рождения, вот! Он вживил мне внутрь эту штуку, которая позволила видеть магию. Теперь я всегда мог точно сказать, где есть магическая сила, а где – нет. И отличить простеца от мага. И смог увидеть в доме господина Гийома открытые окна, и забраться внутрь тоже смог – ну, когда вернулся домой, тянуло меня туда, как магнитом. И деньги сами в руки шли, не поверите, ничего для того не нужно было делать. Ну, может, немного обмануть, немного глаза отвести, чутка внушить – но ведь работало, в самом деле, работало! Правда, в последний год – всё хуже и хуже, а вчера и вовсе плохо стало, после бойни в доме колдуна. Наверное, это девка, та, вторая, которая внутри пряталась, выпустила наружу силищу, и нас знатно поболтало! И пожгла же ещё, не постеснялась! И вот после того мне как-то совсем худо, и магии уже не вижу, никакой. Почти.
- Глупцом ты был, Алоиз Марсо, глупцом и помрёшь, - отрезал Валентин. – Сколько раз тебе было говорено – не лезь? И госпожа Эмильенна тебе твердила, и я говорил, и ещё кое-кто, кажется. Вчера ты обманом заставил Бабетту позвать тебя внутрь, а твой сын ударил её по голове. А Бабетта, в отличие от тебя, была магом, принесшим клятву, и эту-то клятву она и нарушила, послушавшись тебя. Удар по голове спровоцировал стихийный выброс силы, и эта-то сила вас и помотала, госпожа Клодетт уже в конце немного от себя добавила, для верности. Но Бабетта поплатилась за беспечность и доверчивость, а чем поплатишься ты?
 
- Видимо, тем, что вскоре помру, - мрачно усмехнулся Алоиз. – А уж кем помру – про то тебе неведомо, ты-то вовсе не человек!
- Так это что, выходит, в вас вживили артефакт-накопитель? – Дюваль смотрел на Марсо как-то по-новому, как на интересное явление. – Тогда всё становится понятным о вашей странной ауре, которая то есть, то её нет. Живой артефакт, надо же! Но похоже, он разряжается, ваш артефакт. Вам что-нибудь говорили о подзарядке?
- Нет, - покачал тот головой. – Ничего. Потому что это невозможно.
- Маг может принять силу другого мага. А вы? Вы можете?
- Нет, не могу. Поэтому говорю сейчас, а вы слушайте и запоминайте. На старуху Фонтен Северин напал по моему слову, потому что если бы она померла, не успев передать имущество, которое хранила – то чары скрытности рассыпались бы, и в дом смог бы попасть всякий, кто захотел. И я тоже. И можно было бы взять там магические штуки, и к делу приставить. А когда оказалось, что Валентин притащил откуда-то никому не известную женщину и назвал её хозяйкой, я понял, что надо торопиться. Но потерпел неудачу – Северин думал, что старуха умерла, после таких ран не выживают, но она почему-то выжила.
Почему-то выжившая старуха переглянулась с Ритой. Рита улыбнулась и подмигнула ей.
- И после того, как эта новая хозяйка рассказала всему городу о том, что собирается сделать в том доме, я понял, что нужно ехать и брать всё в свои руки – пока я ещё могу. Я думал, у них там никого не осталось, все в городе, а там оказались две девки! Ну, может, и не надо было одну из них по голове бить, но она ж нас дальше дверей бы не пустила!
- И как вы думали ходить по дому? – поинтересовалась Рита.
- Напоил бы стены своей кровью. И попросил. Я думаю, дом принял бы меня.
- Если бы ты проделал это до того, как дом признал госпожу Маргариту – то могло бы получиться. Но не теперь, увы, зря ты меня не слушал, - презрительно сощурился Валентин.
- Я думал, что в стенах дома Бодуанов мой артефакт снова наполнится и заработает, как в молодости!
- А вот это вряд ли. Если ты не можешь воспринять силу от других, не смог бы и от дома, - покачал головой Валентин.
- Так что, вся твоя магия – это было враньё? – вдруг спросил у Марсо молчавший до того Северин. – И я подставился ни за грош, нам всё равно ничего не светило?
- А ты никогда не узнаешь, светило или нет, так и помрёшь в неведеньи, - мрачно усмехнулся Марсо. – Никогда нельзя знать, к чему приведёт то или иное дело. Не выставь меня отец из дома без гроша – я бы никогда не нанялся во флот. Не служи я на корабле – не попал бы в далёкие края и не получил бы силу. Не было бы у меня силы – не рискнул бы сделать ничего из того, что сделал. Не оговорил бы нашего казначея – деньги прибрал я, а досталось ему. Не засадил бы в темницу нашего помощника капитана – если бы я этого не сделал, капитаном стал бы он, а не я. Не стал бы капитаном – не заработал бы денег, и ни Эмильенну бы мне её родители не отдали, ни гостиницу, да и вас троих, оболтусов, не было бы на свете, ясно? – взглянул Марсо на сына.
- Ясно и достаточно, - кивнул Дюваль. – Ламбер, я думаю – вернуть обоих под стражу. Я выскажу свои соображения о том, как быть с ними дальше, но – решать вам. Я думаю, что молодому человеку не миновать исправительных работ, а со старшим пока повременим. Понаблюдаем.
Рита и прочие молча смотрели, как обоих Марсо увели, а потом Дюваль вернулся к ним.
- Благодарю вас за помощь, - коротко поклонился он. – Господин граф, будете непредвзятым свидетелем. Вы не маг, и ваше слово имеет вес и здесь, и в столице. Расскажете, если вас спросят. Всех же остальных я прошу молчать обо всём, что было здесь сегодня сказано, особенно – если дома вас будут об этом спрашивать. А сейчас я готов проводить вас – кто куда пожелает.
 
Госпожа Анна пожелала домой – перевести дух. А Рита и компания – тоже домой. День ещё не закончен, и можно ещё что-то успеть.