Музей магических артефактов (СИ)
- В моей – не взялся никак. Ему интересен дом, мне тоже. Вот и всё, - Рита постаралась сказать это так, чтобы стало понятно – говорить более не о чем. – Скажите, как долго вы планируете оставаться в Верлене?
- Ещё пару дней, нужно кое-что завершить, - сказал журналист.
Вот и отлично. Если, скажем, назначить презентацию для прессы в четверг, она ведь успеет всё придумать?
- Вы будете нужны мне в четверг. То есть – я хочу пригласить вас на мероприятие, здесь, в городе. Ориентировочно… в шесть пополудни. Встречаемся на площади.
Туда же позовём мэра, банкира, судью, госпожу Анну, графа, и кто тут ещё есть из важных и нужных.
- Что это вы задумали? – изумился Лекок.
- Узнаете, - улыбнулась Рита и ещё похлопала ресницами. – Но прошу прощения – ко мне идёт следующий посетитель, и он тоже желает всего моего внимания, - она поднялась, вынуждая его тоже подняться, и вежливо ему кивнула. – До встречи, господин Лекок. И здравствуйте, господин…
- Шене, Франсуа Шене, - со вздохом подсказал подошедший журналист из Совилье.
Лекок откланялся, для Шене – и для остальных – попросили арро, и его подали, со сладким пирогом. Второй журналист оказался намного более мягким и податливым – он не желал знать, что связывает Риту с графом, и откуда она вообще взялась, ему был интересен волшебный дом как таковой и дела департамента.
- Скажите, господин Шене, а как здесь в целом с развлечениями для жителей? – спросила Рита.
- Развлечениями? Что вы имеете в виду? – нахмурился тот.
- Какие бывают, ну, массовые мероприятия? Что интересного случается?
- Праздники, - с готовностью ответил тот. – Рождество, Пасха, день рождения его императорского величества, праздник урожая в августе, наступление весны в начале марта. Когда в Совилье протянули железнодорожную ветку, и когда пришёл первый поезд, был праздник, и ещё когда приезжал наследник престола.
Наследник престола, значит. Ох, нужно хоть что-нибудь узнать о правящей фамилии.
- Что ж, значит, я пока просто приглашу вас на некое мероприятие, не очень массовое. В четверг, в шесть часов.
- Благодарю вас, непременно буду, - сказал долговязый Шене. – Тогда я сейчас отправлюсь домой, а в четверг приеду снова.
- Значит, так. До встречи, - кивнула Рита, поднимаясь.
И когда на площади её поймал третий журналист – Морель – она только вздохнула. Устала уже, но нужно, наверное, заглянуть в дом, проведать его и осмотреться на предмет будущей экспозиции.
- Жорж, вы уверены, что желаете сейчас со мной туда идти?
- Ещё как желаю, - поклонился тот.
- Хорошо, идёмте, - поклонилась она в ответ.
Глава 47. План экскурсии
Уже подходя к дому, Рита задумалась: а получится ли у неё? Вот хотя бы сейчас – послушается ли её дом, покажется ли на глаза? Потому что они шли по улице, и никакого дома не было. Дом госпожи Анны, и сразу за ним – ещё чей-то дом, кстати, нужно узнать, кто там соседи, не проблемные ли.
Она подошла к примеченному ещё в прошлое посещение выпуклому камню мостовой и прошептала:
- Домик-домик, появись. Я в гости пришла, журналиста привела. Он посмотрит и расскажет, какие мы с тобой крутые.
Заклинание сработало – раздвинулись плети плюща, и сами соседние дома тоже как будто встряхнули плечами и раздвинулись, выпуская из какого-то дополнительного измерения дом господина Гийома. Появилась дверь, по обе стороны от неё и над ней – окошки. Жорж Морель смотрел на всё это с реально разинутым ртом.
- Господи, вот чудо-то! Я всю свою карьеру писал об интригах, магических преступлениях и потустороннем, а рядом жило что-то такое, что пройди мимо – и не заметишь вовсе, а оно – есть, - качал он головой.
- То ли ещё будет, господин Морель, - кивнула довольная Рита и толкнула дверь. – Проходите.
Он шагнул в тень и прохладу следом за ней, и потом уже – Валентин.
- Свет, пожалуйста, - попросила Рита. – Нет, ставни можно не раскрывать.
Свет послушно зажёгся. Рита прошла на кухню – осмотреться, вдруг здесь тоже можно предложить гостю кофе? По её слову появился графин с холодной водой и три стакана, а кофе она попросила материализовать в гостиной – скажем, через четверть часа.
За эту четверть часа она быстро провела Мореля по первому этажу – смотрите, мол. Чистота, красота, ни пылинки, ни соринки, как будто хозяева только утром в отпуск уехали. Куда-куда? Ну, на море. Или в столицу. Куда тут у вас добрые люди ездят?
- И что вы желаете здесь сотворить, госпожа Маргарита? – мальчик взял в руки чашку кофе и уставился на неё.
- Я желаю сделать здесь музей. Музей фамилии Бодуанов и магии. Мне кажется, люди, которые сумели на сто лет так зачаровать свой дом, что он сохранился в идеальном состоянии – заслуживают, чтобы о них рассказывали. О них, о том, что они делали и чем знамениты, о той эпохе, в которую они жили, и об их магии – как она помогала им жить и достигать желаемого.
- Звучит интересно, но как вы это себе представляете?
- Детали я обрисовала сегодня Дювалю, он согласился, что идея стоящая, и готов помочь. И я ещё поговорю с ним о магии – потому что на моей родине о ней только сказки рассказывают. Вот смотрите, например, в гостиной можно рассказать легенду о господине Гийоме и его госпоже Маргарите – гобелен нам в помощь. Подскажи-ка, Валечка, гобелен просто так или имеет отношение к хозяевам дома?
- Обижаете, госпожа Маргарита, - фыркнул кот. – Здесь ничего не просто так, а всё по какой-либо причине. Конечно, на этом гобелене изображена охота господина Гийома – вот он сам, - Валентин показал на мощного всадника в средневековых одеждах во главе кавалькады, - вот госпожа Маргарита, - показал на даму в ярко-синем сюрко, - вот их дети – Гийом-младший, Антуан и Оливье, и их жёны тоже здесь же, и их люди.
- Вот, отлично же, - восхитилась Рита. – А что у нас с другими изображениями господина Гийома? Они сохранились?
- Только портреты, нарисованные в начале прошлого столетия – так, как художники могли его себе вообразить.
- И где же они? – нахмурилась Рита, в загородном доме не было никаких портретов.
- На чердаке, отдельно сложены, - пожал печами кот.
Уж конечно, где ещё быть предметам живописи? Только на чердаке, отдельно сложенными.
- Хорошо, я туда схожу завтра утром или даже сегодня вечером, если ещё буду что-нибудь соображать, когда вернусь. А пока продолжаем: где ещё я могу почитать более-менее связную биографию господина Гийома и его потомков? Кто-нибудь из них увлекался семейной историей?
Она отлично представляла себе, что сейчас, скорее всего, ей скажут «никто», и пойдёт она, солнцем палима, в библиотеку, или ещё в какой местный приход – читать записи книги рождений, смертей и венчаний, если ей вообще кто-то разрешит такую книгу читать.
- А как же, - ответил Валентин. – В библиотеке есть записки господина Люсьена, того самого, чьё завещание.
- И есть шанс, что Филечка их нашёл и занёс в какой-нибудь список, - удовлетворённо кивнула Рита.
Отлично, будем читать. Сегодня вторник, завтра среда… ой, мало времени. Но в конце концов, на первый раз можно сделать урезанную презентацию. На полчасика, потом фуршет с шампанским, и до свидания. А регулярные посещения начать… через какое-то небольшое время, когда она, Рита, сумеет нормально подготовиться. Потому что вот в этой комнате начнём, затем пойдём в столовую… нет в столовой, как раз, нужно завершать тем самым фуршетом, да ещё с какими-нибудь магическими эффектами, вроде «скатерть-самобранка, накрой нам на стол», то есть, конечно, домик-домик. Выйти в сад тоже можно перед тем, значит – в гостиную, а потом наверх.
Рита не осознавала, что ходит по комнате от окна к двери и говорит всё это вслух. Ей так лучше думалось – когда на ходу и вслух, и мужчины изумлённо за ней наблюдали. И думали, наверное – вот ведь сумасшедшая!
- Так, пойдёмте наверх. Там у нас четыре спальни. Валечка, друг мой любезный, подскажи – четыре самых знаменитых представителя рода? Кроме основателя, конечно?