Музей магических артефактов (СИ)
Рациональное в ней вообще никак не хотело согласиться с тем, что она в каком-то там другом мире, и не сможет вернуться домой. Потому что Сенька – бес с ним, а дети? Что сказали Надюшке – уж наверное, отец ей позвонил и сообщил, что она потерялась? Как там Ванька – кто его кормит, поит, стирает футболки и штаны, гладит рубашки на работу и вообще? Будет же ходить неухоженным, Рита его знала в этом плане очень хорошо. А утром кто его поднимает? Будильника он отродясь не слышал, так крепко всегда спал. И не дай бог, будет опаздывать, и ещё с работы прогонят, если совсем уж зарвётся. Ох, лучше не думать, совсем не думать.
И ещё свалившиеся на голову здешние дети! Один скрывается не пойми от кого, и Рита вдруг осознала, что ведь ничегошеньки не знает ни о том, как тут всё устроено в плане законов и правил – кто правит, что от жителей хочет и всё такое. И за что, или против чего, борются эти здешние революционеры? Валентин производил впечатление человека, которому всё равно – ну да человек ли он вообще? Человек бы никак не прикинулся котом и не улёгся бы в ногах – кстати, Рита немного пошевелила ногой, там и лежит, тёплый и мохнатый. Его можно спросить, но она подозревала, что нужного ответа не получит.
Девочка, дочка мэра, пока выглядела непонятной. История о мечте, конечно, звучала привлекательно, но – неужели и впрямь нет другой мечты, кроме старого дома? О чём сама Рита мечтала в таком возрасте? О друзьях, о любви, и приключениях. О том, о чём читала в книгах. А что читают здешние девочки? Тоже нужно расспросить – если не сбежит, конечно.
Поспавши, Рита уже не горела таким же желанием прогнать всех незваных гостей, как вчера. Вчера её здорово взбесили с утра мэр и компания, и этот таинственный граф, которому тоже для чего-то сдался дом. Хорошо бы выяснить – для чего? И вот ещё интересно, если дом зафиксировал их пари, будет ли он пускать графа внутрь и позволять ему делать, что тому заблагорассудится? Граф-то никаких магических договоров не подписывал!
Вообще все эти невероятные штуки, которые Валентин объяснял магией, были по-прежнему непонятны. Рита была готова верить в какую угодно технологию и даже в инопланетян, но какая ж там может быть магия, скажите? Магия – это выдумка. Просто, ну… ей снова не всё сказали. Потому что если дом можно привести в порядок одним лишь словом, то почему никто этого до сих пор не сделал? Почему Валя вчера ни слова ей не сказал, когда она своими руками мыла окна, зеркала и полы? В чём опять подвох?
В общем, нужно вставать, умываться, допрашивать кота и работать дальше.
Может быть, она здесь всё сделает, и потом уйдёт обратно домой? Там, наверное, Сенька уже делся куда-нибудь, а одного Ваню она уж прокормит как-нибудь. Или всё же он сам научится, пока её нет?
Рита спихнула кота с ног, проигнорировала его попытки забраться обратно и отдёрнула занавески кровати. И обомлела.
Первым делом ей бросились в глаза обои – они стали новыми. Вот просто новыми, да. Цвет ткани, ещё вчера выцветший, оказался приятным глазу голубым, а цветочки и птички – яркими.
Она продолжала оглядываться, и заметила новую раму окна, сверкающие в лучах солнца медные ручки, посветлевший паркет пола, блестящий свежим лаком, и розу в одном из флаконов на туалетном столике. С ума сойти можно.
Рита встала с постели и, как была, босиком, подошла сначала к окну – трогать раму, и ручку рамы, попробовала открыть – да, открывается, а за окном – уже знакомый вид на лес и горы. Потом осмотрела зеркало, и розу – настоящая роза, алая, очень красивая. И ткань на стенах, и ящички туалетного столика с расписными вставками. Эх, красота!
Проснувшийся кот вылизывался на постели.
- С добрым утром, Валик. С добрым утром, домик, - Рита погладила стену. – Кисонька-мурысонька, скажи-ка мне – а чего я тут вчера спину гнула, да не одна, а ещё и с вами вместе, если оно вот так теперь? Может, так и сразу можно было?
- Ну что же вы, дорогая госпожа Маргарита, - укоризненно проговорил кот, даже не пытаясь принять человечий облик. – Магия магией, а сила – силой. Да, в этих стенах заключено большое количество магической силы, тут и бытовые заклинания, и защитные, и ещё кое-какие другие. Но вы должны понимать, что из ничто не возьмётся нечто, никак. Именно вы пробуждаете и запускаете эти силы – вашим трудом, вашим неравнодушием, вашим искренним интересом. И они – пробуждаются и запускаются. И – с добрым утром, - он соскочил с постели, подбежал к Рите и потёрся о её ногу мягкой шерсткой.
В принципе, это было понятно. Видимо, действие равно вложениям, так? Сколько вложишь сама, столько и получишь? Справедливо.
Но оставался ещё один вопрос, он беспокоил. Рита сходила умыться, оделась – платье, к слову, за ночь тоже посвежело, и это хорошо, но Валя прав – нужно заняться подбором местной одежды, чтобы в городе, когда она до него доберётся, на неё не смотрели, как на местную сумасшедшую. Рита осмотрела туфли – ого, каблук-то за ночь на место прирос! – но надела вчерашние тапки. В них удобнее шуршать по хозяйству. И отправилась вниз, в прихожую.
Что же, это была иллюстрация на тему «Не бери того, чего сам не клал». То есть – сначала сама сделай ну хоть что-нибудь, а потом уже тебе помогут. Люстра вновь была в паутине, краска стен покрылась трещинами, а пол – многолетним культурным слоем. А вчера что было? Иллюзия? Эх, значит, начинать сегодня будем здесь, все, сколько нас есть. Потому что эту прихожую уже видели в красивом виде, и показывать вот такое теперь уже никак нельзя.
- Домик-домик, покорми нас завтраком, пожалуйста, - говорила Рита, поднимаясь наверх.
Наверху она постучалась в комнату Эрмины Руа, и услышала оттуда, что девы пробудились, понялись и готовы выходить наружу. Открыла дверь и пожелала им доброго утра, и получила в ответ радостное приветствие.
- Госпожа Маргарита, у вас так хорошо спать, - сообщила Эрмина. – Тихо и спокойно. Бабетте даже жених приснился, - хихикнула она.
- А вам, барышня Эрмина, что ли нет? – усомнилась Бабетта. – На новом месте всегда снятся, так положено.
- Не помню, - отмахнулась Эрмина, но потупила взгляд.
В столовой дам уже поджидали кавалеры – они здоровались, кланялись и отодвигали стулья. Стол был накрыт, можно было приступать.
- Госпожа Маргарита, - сказала Эрмина, завершив завтрак. – Мы с Бабеттой подумали и решили – мы готовы дать клятву, что не причиним вреда ни вам, ни этому дому.
- И что же подтолкнуло вас к этому? – поинтересовалась Рита.
- Чудесам нужно помогать случаться, - пожала плечами девушка. – Так всегда говорит моя бабушка. И если я могу помочь – то я готова это сделать.
- Хорошо, - Рита растерялась. – Делай.
- Я, Эрмина Руа, клянусь не причинять вреда госпоже Маргарите и дому господина Гийома. Я сделаю всё, что от меня потребуется, и не пожалею о содеянном ни мгновения, - серьёзно произнесла Эрмина.
- Я, Бабетта Сен-Жан, клянусь не причинять вреда госпоже Маргарите и дому господина Гийома, - повторила служанка. – И сделаю всё, что от меня потребуется.
- Принимается, - кивнула Рита. – Помогу чем смогу, и защищу, как смогу.
И снова где-то в недрах дома тренькнули часы.
- Посмотрите, барышня Эрмина, дверь-то - вот она, - зашептала Бабетта. – И ещё! И вон там!
- Что же, вы сказали своё слово, и дом сказал своё. А теперь пойдёмте вниз – нас там ждут великие дела, - сказала Рита и поднялась из-за стола.
Глава 9. Ленты, иголки, булавки, тесьма
Дети очень изумились, когда увидели, во что за ночь превратилась ещё только вчера сверкающая чистотой прихожая.
- Это как же, госпожа Маргарита? – тихонько спросила Эрмина.
- Ничего себе чудеса, - качала головой Бабетта.
Филипп не мог поверить, ходил и дотрагивался до облупившейся краски.
А Валентин, паршивец такой, только, знай, разводил руками.
- А это, дорогие мои истинное лицо этого жилища. Вчера же нам всем просто картинку показывали, - вздохнула Рита. – Лапшу на уши вешали, очень качественно.