Музей магических артефактов (СИ)

- Не хочу молодую особу, - покачал головой граф.
- И что случилось с вами дальше? Вы заработали много денег на корабле?
- Вовсе нет. То есть – да, заработал, и должен был стать капитаном того корабля, и мне тогдашнему этого хватило бы надолго, да ещё и с отцом вместе, и я ещё жениться собирался, не поверите.
- Отчего же, поверю.
- На лучшей девушке на свете.
- А как иначе-то в восемнадцать лет?
- Вы правы, никак. Но вышло так, что в день свадьбы меня арестовали.
- Почему? – не поняла Рита.
- У меня было некое письмо, которое нужно было увезти в столицу – меня просили об этом. Я подозревал, что замешана политика, но не представлял, насколько. Вы нездешняя, да и здешние уже не слишком хорошо помнят, как оно было в те годы, и как опасно было показать, что хоть сколько-нибудь сочувствуешь отрекшемуся императору Наполеону. Я же, так вышло, видел его своими глазами. Письмо было от его близкого человека, другому близкому человеку, я до сих пор не знаю, что содержалось в нём – план ли вторжения, или что другое, но – этого оказалось достаточно, чтобы обвинить меня в измене и без суда и следствия определить в тюрьму. Тогда эти вопросы решались быстро, я даже не успел предупредить отца и невесту.
- Но… вы вышли из тюрьмы?
- Сбежал. Таким способом, который не посоветую никому. Но это случилось не сразу, до того момента прошло немало времени. Мне удалось – благодаря одному достойному человеку, за которым я ухаживал в тюрьме. Он же рекомендовал в случае успешного побега или вдруг освобождения явиться к его родне, и попросить от них на память некий молитвенник, который хранить и использовать по назначению. С господней помощью мне всё удалось, и молитвенник мне тоже отдали, а уже в нём я нашёл завещание. О нет, оно не делало меня наследником, оно просто рассказывало, где лежит то наследство и как его взять. Был назван остров Джилио, и мне доводилось раньше бывать на нём, но я не представлял, где там можно прятать сокровища, потому что это всего лишь небольшой клочок суши посреди моря, верхушка подводной скалы. Но документ не подвёл, и сундук с сокровищами нашёлся. Их хватило на многое, и я ещё приумножил доставшиеся мне богатства. И для удобства купил графский титул – по острову Джилио.
А дальше я принялся искать тех людей, кто был мне дорог. Отца моего не было в живых, не было в живых и невесты. Увы, она не захотела, или не смогла ждать меня, вышла за соседа и скончалась в родах через год.
Тогда я стал искать тех людей, кому был обязан всеми бедствиями моей жизни. Мой тюремный сотоварищ оказался человеком намного более образованным и сообразительным, нежели был тогда я, он и помог раскрыть тайну.
Уж конечно, я и вообразить тогда не мог, что внутри у Алоиза Марсо был артефакт, который придавал ему сил и толкал на гадости. Я служил помощником капитана на корабле, а он был помощником казначея, и мне доводилось ловить его на нечестных расчётах. Более того, я не намеревался оставлять его на корабле, сделавшись капитаном, и он догадывался, как мне кажется. Он всё это и устроил. Капитаном стал его знакомец, а он остался казначеем – и пошёл в гору, до некоторого момента. Ему, я слышал, прострелили ногу, и он под этим предлогом ушел со службы и вернулся домой, в Верлен.
- Алоиз Марсо? Тот самый здешний Алоиз Марсо?
- Именно он, дорогая госпожа Маргарита. Был ещё один судейский, по слову которого меня без разбирательства заточили в тюрьму, он слишком опасался, что в его ведении найдут изменников, сочувствующих свергнутому императору. И обезопасил себя – таким образом.
- И что же, вы желали отомстить?
Уж конечно, Рита в юности читала книгу с похожим сюжетом, и кино смотрела, и ей очень нравилось. И герой очень нравился. И что это – шутка судьбы? Восхищалась героем – получи?
- Не поверите, желал. Правда, оказалось, что жизнь сложная штука, и не всем удаётся построить что-то приличное не обмане и подлости. Тот судейский прожил недолго – его просто прирезали в подворотне уголовники. Сосед, который забрал деньги, оставленные мною для отца, ограбил и убил одного достойного человека, и угодил на каторгу, откуда уже не вернулся. Невеста моя тоже не дожила до моего возвращения. Оставался один Алоиз Марсо.
 
Мне очень хотелось посмотреть – как он живёт, ведь всё располагало, чтоб жизнь его стала устроенной и безбедной. Но моя репутация богатого оригинала в столице не позволяла просто так исчезнуть в направлении Верлена – ведь нашлись бы желающие узнать, куда я делся, и нельзя ли возле меня развлечься или заработать. Тогда я придумал пари – что найду разваливающйся дом в глухом месте и превращу его за лето в дворец. И отправился в Верлен. Алоиз не узнал меня, но он не выглядел богатым и преуспевающим, что-то грызло его изнутри, мне захотелось выяснить – что. И я остался в Верлене. А дальше вы знаете.
- Все захотели нажиться на вас, Алоиз в том числе.
- Верно. Ни у кого не вышло. И теперь я готов признать своё поражение в том пари, это не слишком скажется на моём кошельке, поверьте. Я приобрёл намного больше.
- Приобрели? – не поняла Рита.
- Ещё нет, конечно, но – надеюсь приобрести. Если вы позволите быть рядом с вами.
- Моя очередь рассказывать, да? – усмехнулась Рита. – Знаете, я читала книгу о таком вот герое, прямо как вы. Очень похожая история. Только там все обидчики остались живы, и герой им отомстил. И женился на молоденькой.
- Где это вы такое читали? – вскинулся он.
- Дома, и вот теперь мы подходим к тому – где этот мой дом. Не знаю, может быть, вы тоже читали о том, что миров на самом деле много, и иногда люди попадают из одного в другой. Попаданцы называются.
Он рассмеялся.
- Попаданцы? Забавное слово. И знаете, читал. О некоей достойной даме, попавшей в супруги к Великому герцогу Фаро – чуть ли не записки той самой дамы, сделанные на закате жизни. Это было давно, лет триста тому. А записки никогда не издавались и хранятся в Фаро, а мне довелось там бывать, и не раз.
- Нужно почитать. Так вот – я не знаю, как именно Валентин нашёл меня, но – нашёл и доставил сюда. Потому что, он сказал, я подхожу ему и дому. Может быть, и вправду подхожу, не знаю. Но я все свои сорок семь лет прожила совсем иначе, и одевалась иначе, и говорила, и делами занималась совсем другими.
- У вас был тот самый музей?
- Да, я работала в музее – двадцать пять лет. Была замужем, но когда дети выросли, муж тоже подался на вольные хлеба. Дочка вышла замуж, и за неё я спокойна, а вот за сына – не очень. И с конца мая я живу здесь. Наверное, здесь и помру.
- Может быть, это не так плохо? – спросил он.
- Может быть. Но скажите, вы довольны тем, как всё завершилось?
- Я понял, что судьба может распорядиться так, как не придумать никому, и любой план изощрённой мести может потерпеть неудачу. Но я не огорчён – потому что моим врагам досталось, их всех уже нет, а я – здесь, вот он. И если бы я не собрался проведать Алоиза Марсо, то не видать бы мне встречи с вами, дорогая госпожа Маргарита.
- Меня зовут Рита, если что. Просто Рита.
- В таком случае, меня зовут Раймон, - он взял её руку и церемонно коснулся губами. – И я буду счастлив, если вы не прогоните меня.
- Нет, не прогоню, с вами, оказывается, неплохо. Но… вы готовы не торопиться и посмотреть, как оно дальше пойдёт? Потому что…
Да потому что она отвыкла уже от мужиков! Она не понимала, что ей делать, как себя вести. Арсений в последние годы был чем-то между другом и соседом, а этот… Раймон хочет быть совсем не другом и не соседом, по ходу. И что делать-то?
 
- Спасибо за откровенность, Рита, - он смотрел, и она понимала – да, столько тепла и душевности для неё одной дома не случалось ни разу. – Говорят, вся мудрость человеческая заключена в двух словах – ждать и надеяться. Я готов.
Точно. Ждать и надеяться. Значит, так и будем. Ждать. И надеяться.
  
Глава 66. Задача по силам
 
Донатьен Дюваль вышел из экипажа возле старинного особняка на улице Сент-Антуан и велел кучеру ждать. В этом доме он всегда задерживался надолго, и сейчас есть, что рассказать, и о чём спросить совета. И вообще хорошо, что есть, у кого спросить совета. Потому что ситуации бывают ой какие разные. Он отдал трость и шляпу дворецкому, услышал, что господин герцог ждёт его, и пошёл знакомой дорогой в гостиную.