Гимн шута 5 (СИ)

— Павел, ты занят?
Клановец вздохнул. Но оборачиваться не спешил. Впрочем, и молчать тоже не стал.
— Приветствую, Матвей, — вздохнул он, продолжив наблюдать за играющими абитуриентами.
— Я заметил, что ты закончил разговор, — сообщил Воронцов. — А потому…
Однако фразу он свою не закончил. Присмотревшись к лицу собеседника, сын графа негромко поинтересовался:
— Павел, у тебя озабоченный вид. Могу я чем-то помочь?
Волконский удивленно вскинул брови. Ничего себе вопросы и предложения! Первая часть на грани оскорбления и вмешательства в личные дела, однако вторая… это сильно! Предложение помощи. Добровольное. И ведь собеседник прекрасно представляет теперь, какого именно уровня молодой человек может решать вопросы… В общем, вторая часть его речи искупала все.
— Нет, спасибо, — хмыкнул он. — Просто…
И как тут объяснишь, что именно его беспокоит?
— Тяжелый разговор? — попробовал помочь с формулировками собеседник.
— Ну, не каждый день договариваешься, когда и куда тебя придут убивать, — пожал плечами молодой человек.
Воронцов, приняв ответ за шутку, продемонстрировал легкую улыбку.
Разубеждать Волконский никого не стал. Зачем? У урожденного Воронцова, наверняка, и своих дел хватало, чтобы забивать себе голову делом, на которое он, в любом случае, никакого влияния не имел.
Зато неожиданно в голове всплыл немного другой вопрос.
— Вот скажи мне, Матвей, — негромко спросил клановец. — Где мы это все потеряли, а?
Взгляд его до сих пор был устремлен на играющих «мальков». И было в нем нечто такое, что его собеседнику невольно вспомнилась старая шутка: «Если у тебя в детстве не было роликов, а сейчас есть глайдер, то… в детстве у тебя все равно велосипеда не было!».
Однако эту мысль он удержал в себе.
— Известно где, — коротко пожал плечами Воронцов, взглядом указав на компанию «небожителей», уже успевших познакомиться друг с другом и неодобрительно поглядывавших на веселящихся одноклассников. — Эти еще не поняли, что правила в Классах устанавливают именно они. Скоро догадаются. Или старшие подскажут. И вот тогда все это прекратится. Молодые «небожители» будут копировать атмосферу, что впитали на этажах. Большинство будет подчиняться. Кое-кто даже попытается копировать, ухватившись за внешние проявления, без какого-либо понимания сути.
— Да, — согласился Волконский, хмыкнув.
«Детишки» как раз принялись делиться на команды для игры «флаг на себя».
— Матвей Александрович, — необычайно серьезно произнес клановец. — Пока у нас нет возможности поправить друг другу физиономии…
Воронцов… Расхохотался, заставив очень многих обернуться в сторону беседующих товарищей. Он лишь недавно понял, насколько весело выбивать окружающих из колеи нетипичным поведением, и теперь пользовался новыми возможностями время от времени.
— Ну-ну, продолжай, Павел Анатольевич! — подбодрил он.
— Не желаете ли вы размяться?
В этот раз хохот графского сына был слышен куда дальше. Во всяком случае, многие обернулись на смех. Во многих взглядах читался тщательно скрываемый интерес.
— А почему бы и нет! — решил он.
— Тогда пошли, — предложил клановец и куда громче крикнул. — Эй, молодежь! А для нас место найдется⁈
Естественно, двум «старшим» никто не отказал. А «небожители», родовые гербы Волконских и Воронцовых считавшие на раз, немного ошалели от такого поворота, но… тоже решили присоединиться к игре.
А отчего бы и нет, в конце концов?
Раз уж Воронцов и Волконский спокойно сбрасывают пиджаки и закатывают рукава форменных белых рубашек, то и им не зазорно!
* * *
— Да что же это⁈ — воскликнула негромко Юсупова.
В ее картине мира никак не могли уместиться Волконский и Воронцов, чеканящие мяч.
Чуть раздраженная Светлана, к которой «Уралочка» прицепилась не хуже банного листа к известному месту, улыбнулась.
— Кажется, это «флаг», — ровно заметила девушка, узнав популярную среди детей игру.
Нет, самой ей играть не доводилось. И даже видеть вживую — тоже. Однако в детских фильмах и постановках она упоминалась довольно часто. Конечно, у клановки было не так много времени на просмотр художественных передач и постановок… Однако в ее обязательном учебном курсе «история кино» и «литература» значились в обязательном порядке. Широкий кругозор при ее специальности был жизненно необходим.
 
— Т-ты… серьезно⁈ — распахнула глазки «уралочка» в непритворном ужасе.
Как же!.. Ее «будущий муж» у всех на глазах роняет престиж «будущей семьи». Такого допустить было никак нельзя!
— Ага, — коротко кивнула собеседница. — Как считаешь, кто посмеет предъявить Воронцову и Волконскому за умаление клановой чести разом?
Юсупова задумалась. Посему выходило, что гипотетический «предъявляльщик» психом должен быть на всю голову. Заиметь ТАКИХ врагов разом — это путь не к самой счастливой и долгой жизни.
Света негромко рассмеялась. И, поймав недоумевающий взгляд «Уралочки», кивнула в сторону поляны.
— Как… как это возможно⁈ — выдохнула та негромко.
Это действительно не укладывалась в голове, но… к играющим начали присоединяться и другие однокашники. Вот мелькнула мощная фигура Голицына (выпускника, на секундочку!), скинул пиджак Скуратов, вышли в центр сразу трое представителей Трубиных…
Светлана хотела бы ответить. Но не стала. «Уралочка» явно восприняла бы ответ за издевательство. И звучал бы он: «Ну вот так вот!».
— Но… это же… — попыталась выдать хоть что-то осмысленное Виктория.
Не привыкла, бедняжка, к выходкам Павла еще. Волконская негромко хихикнула, постаравшись сделать так, чтобы этого никто не заметил. Просто представилась ей на миг «принцесса» на кухне Фила! Вот где впечатлений бы кое-кому на три жизни хватило бы!
— О, я тебя понимаю, — коротко кивнула Светлана, прекрасно помнившая сколько ей за последнее время пришлось пережить вот таких вот «инсайтов». — Пошли, посмотрим? Заодно за наших поболеем!
— Побо… что? — не совсем поняла «принцесса».
Нет, со спортом Юсупова дружила. И очень даже. В ее Семье считали искренне придерживались правила «в здоровом теле здоровый дух». Девушка даже видела мельком спортивные передачи, где толпа на трибунах яростно поддерживала кумиров. Но вот представить такую картину в Классах… Нет, это было выше ее сил и понимания.
— Волконский, рви их! — послышался радостный клич.
Кошкина решила поддержать своего молодого человека не слишком заботясь о том, как это воспримут другие. Тем более, у нее и самой за спиной стояла довольно плотная «группа поддержки». К такой не вдруг и какой-нибудь родовитый подступится нахрапом.
— Воронцов — чемпион! — тут же откликнулся хор из трех голосов с другого конца поля.
— Пожарские, огонь! — завопили третьи.
— Но это же… — обернулась к Ледяной королеве Юсупова.
Та дослушивать не стала. Лишь поднесла «рупором» руки к губам.
— Паша, жги! — разнесся над полянкой ее чистый и сильный голос.
Брат услышал. Даже обернулся на миг и показал какой-то знак, заставивший его сестру негромко рассмеяться.
Удивленных лиц прибавилось. Ледяная королева… может быть живой⁈ Это новость!
— Так, я пошла! — сообщила Волконская приняв твердое решение хорошенько повеселиться.
— Подожди, Света, — неожиданно чуть хрипло попросила Вика.
Клановка не смогла бы сказать после, что именно в голосе «уралочки» заставило ее проглотить уже готовые сорваться с языка пожелания… ну, скажем, хорошего дня, и остановиться.
— Я слушаю, — коротко выдала она.
— Я отправила запрос Павлу на встречу в рамках гостевого визита…
— Ох ты ж…
С какой-то грустью и жалостью выдала девушка, добавив такое, что Юсупова, за отсутствием свидетелей, твердо решило, что ей все послышалось и… вообще ни к ней относится. В противном случае, она должна была бы вызвать собеседницу на дуэль. И что-то ей подсказывало, что прямого противостояния она не вывезет.