Подземный мир Агхарти: Тайна энергии вриль!
Если мы признаем достоверность того, что видел и о чем написал Жаколио, — а свидетельства, препятствующие нам сделать такое предположение, отсутствуют, — тогда вполне может оказаться, что он испытал на себе странную силу, известную как энергия вриль, — которой, по преданиям, владели люди Агхарти, — в действии! Верно наше предположение или нет, мы еще будем обсуждать эту странную силу в подробностях.
И хотя упоминания Жаколио об Асгартхе и были краткими — если рассматривать их в контексте широкого охвата им древней истории Индии в 21 томе, — они все же были достаточно интригующими, чтобы привлечь внимание двух его современников, которые очень сильно отличались Друг от друга и от самого Жаколио. Первым из них был странный, помпезный французский оккультист по имени Сент-Ив д’Альвейдр, а второй — экстравагантная русская женщина, основательница Теософского общества мадам Елена Блаватская. Каждый по-своему, но они оба искали Агхарти и послужили развитию интереса к этой теме.
Жозеф Александр Сент-Ив д’Альвейдр был выдающимся человеком, который, вероятно, так и остался бы неизвестен потомкам и уж точно не смог бы удовлетворить свой неистребимый интерес к древней истории и оккультной науке, развившийся у него в юности, если бы ему не повезло жениться на очень богатой даме. Родившийся в 1842 году в Париже и имевший весьма скромный материальный достаток, он по невыясненной причине провел молодые годы в своего рода ссылке на острове Джерси, а затем вернулся во Францию и снова поселился в Париже.
Здесь он заключил брак с графиней Келлер — «удачный», как сообщает один из его современников, «но породивший много злословия», — что принесло им титулы маркиза и маркизы, а также весьма приличное состояние.
Огражденный от обычных жизненных неудобств, д’Альвейдр погрузился в изучение древних языков, текстов и оккультных наук. Чтобы способствовать своим занятиям, он изучил санскрит, иврит и арабский, собрал обширную библиотеку, содержавшую древние и современные тексты. Очевидно, особенно его манила легенда об Атлантиде. Он был сторонником теории, которая гласила, что белая раса отличается от других рас и пришла с затерянного континента, что люди этой расы представляют высший тип человечества. Кроме разработки этой расистской выдумки, д’Альвейдр занимался также и изобретениями и предложил план относительно того, как можно прокормить человечество водорослями, а также конструкцию машины, названной археометром [9], которая, по словам маркиза, предоставляла ключ ко всем наукам и религиям прошлого. Как пишет Андре Шале в «Великих Посвященных нашего времени», это был
…инструмент, созданный из знаков Зодиака, планетных знаков, музыкальных нот, цветов, букв арабского, иврита и санскрита, чисел, которые служили для системы универсальной связи. Он позволял человеку визуализировать мыслеформы, а поэту сочинять стихи, основанные на связи между буквами и цветами.
Маркиз также предложил новую социально-политическую систему, названую синархией; согласно которой общество следует рассматривать как живой организм, подобный человеческому телу. Он писал: «Первая функция относится к питанию — и это экономика. Вторую можно определить как волю — и это законодательная деятельность и политика. И наконец, третья относится к духу и включает в себя науку и религию». Комментируя это высказывание, Андре Шале пишет:
Синархия, как ее понимает Сент-Ив, является давнишней мечтой собрать левых и правых, рабочих и капиталистов, ученых и священнослужителей под одним знаменем и объединить их общим духом. Это уже, в некотором смысле, миф о защите Запада от самого себя пред лицбм угрозы анархии, или государства без всяких принципов.
Многие из теорий д’Альвейдра наверняка приводили в замешательство читателей, а некоторые, вероятно, считали, что он безумец — в том числе и его собственный отец, который написал: «Из всех помешанных, которых я знавал, мой сын — самый опасный!» Со своей стороны, маркиз, казалось, намеренно способствовал распространению подобного мнения о себе, заявляя, что многие из идей пришли к нему свыше, когда он находился в состоянии транса и диктовал их своей секретарше!
На первый взгляд, легко принять (Дент-Ива за автора, страдающего излишней помпезностью и манией величия — какими были многие в его время, — но он был добросовестным исследователем, всегда готовым изучать неизвестное и никогда не боявшимся высказывать собственное мнение. Просто его причудливый образ жизни вызывал разные слухи. Как заметил Жан Сонье в своей книге «Синархия» (1971): «Сент-Ив д’Альвейдр — не такой уж странный автор, как можно было бы предположить. Напротив, разве не мог он оказаться одним из последних утопистов XIX столетия?»
Итак, это был тот человек, который наткнулся на упоминание Луи Жаколио об Асгартхе в бесконечном поиске новой информации — в особенности той информации, которая относилась к «утопическим» обществам любых типов. А какую более подходящую характеристику можно было найти для сокрытого царства, что описал Жаколио? Сент-Иву эта страна тут же представилась еще одним элементом, который можно было использовать при разработке теории синархии.
Со времен своей романтической юности Сент-Ив интересовался гипотезой о тайных пещерах, где, как говорили, были скрыты древние загадки, но именно утверждение, что это не просто пещеры, а целый подземный мир, разожгло его воображение. Это стало отправной точкой, и в итоге появилась книга, которой он дал характерное для него цветистое название: «Миссия Индии в Европе и вопрос Махатмы и его решение». Эта работа была опубликована в 1886 году.
«Миссия» — выдающаяся во всех отношениях работа, тем более что д’Альвейдр заявил, что значительная часть информации была передана ему посланником из страны под названием Агартхе! (Еще один распространенный вариант имени Агхарти, по-видимому впервые употребленный именно д’Альвейдром.) Согласно утверждению одного из современников, д’Альвейдр объявил, что ему нанес визит «загадочный посланник», афганский царевич по имени Хаджи Шариф, которого отправил к нему сам «Царь Мира». Этому высшему существу, очевидно, было известно об интересе маркиза к Агартхе, и принц готов был раскрыть ему некоторые тайны. Что же касается остальной информации, сказал он, то она была получена телепатически от тибетского Далай-Ламы, которому также было известно о подземном мире.
Истина же состояла в том, что Сент-Ив действительно контактировал с индийским брамином, который после восстания уехал из родной страны и поселился во Франции, Этот человек уже однажды помог маркизу в изучении санскрита, а теперь предложил информацию об Агартхе. К несчастью, француз не смог устоять перед соблазном устроить сенсацию из этой информации, что, до некоторой степени, способствовало успеху его книги.
Брамин рассказал д’Альвейдру, что Агартха — великий центр Посвященных; она находится в Азии; население ее исчисляется миллионами. Руководят Агартхой двенадцать адептов «Высшего Посвящения» и «Царь Мира», который «управляет всей жизнью планеты скрытно и незаметно».
Старый индус рассказал также, что существует несколько входов в царство, но все они тщательно укрыты от посторонних взглядов и лишь избранным обитателям «верхнего» мира дозволяется войти в них. У подземных людей был свой язык — ваштан — форма речи, неизвестная ученым-лингвистам. Они также создали «тайный архив человечества», куда поместили «самые совершенные машины и образцы человеческих существ и животных, которые уже исчезли, и все это — Потенциальная гарантия сохранения человечества в его духовной и политической сферах». И наконец, там существовали обширные подземные библиотеки, в которых хранились тома, написанные тысячелетия тому назад. (Как эта мысль, должно быть, взволновала такого книжного червя, каким был д’Альвейдр!)
Анализируя собранную им информацию, маркиз пришел к не такому уж и удивительному — для него — заключению, что в Агартхе в действительности создано синархическое общество. Он описал его устройство таким образом: