Карусель душ (ЛП)

После десяти лет отношений с мужчиной, который заставлял меня чувствовать себя виноватой за то, что я такая, какая есть, это было более чем освежающе. Это приносило удовлетворение, о котором я и не подозревала.
Я обнаружила, что охвачена волнением от всего этого. Более того смеюсь и шучу со своими новыми друзьями-нежитью, пока мы разыгрываем наши карты. Тони курил свою сигару и пил «Эйфорию» маленькими глотками, как воду, в то время как Элли хлопала ресницами при каждом удобном случае.
Когда Рой раздавал карты для следующей раздачи, я не могла не почувствовать укол тоски в животе. Но на этот раз это была не тоска по той жизни, которая у меня была раньше, а скорее стремление стать постоянным участником здесь, с этими новыми душами, которые действительно приняли меня.
— Почему ты такая серьезная? — Рекс спросил меня, приподняв брови. Я моргнула, вынырнув из своих мыслей, осознав, что все смотрят на меня. Рекс был дородным мужчиной с бородой, добрыми карими глазами и клоунской раскраской по всему лицу.
— Не стесняйся поделиться с классом, малышка-призрак, — добавил Рой. Он подмигнул мне своим серым глазом — тем, который не был скрыт повязкой. Это был почти единственный способ отличить двух братьев-клоунов друг от друга.
Я снисходительно улыбнулась.
— Я просто подумала, что это место может оказаться не таким уж плохим — ну, знаете, если я решу остаться.
— Если, она говорит… — раздался дразнящий голос у меня за спиной. Руки ласкали верхушки моих плеч, нежно массируя, пока аромат Баэля окружал меня. Его губы ласкали раковину моего уха. — Как будто там, сзади, тебя ждет что-то столь же захватывающее, как это. — Остальные засмеялись, и я поймала себя на том, что ухмыляюсь, когда внутри меня поднялось головокружительное чувство.
Я повернулась лицом к Баэлю, мой пульс учащенно забился в предвкушении этой маленькой игры, в которую ему нравилось играть со мной. Его красивые черты лица были освещены мягким сиянием неоновых ламп, а тело все еще было покрыто остатками сценического блеска.
— Я пока не даю никаких обещаний, — сказала я застенчиво, пытаясь скрыть тот факт, что его прикосновение посылало электрические разряды по каждому нерву моего тела.
Я врала сквозь зубы. В душе я знала, что уже приняла решение остаться. Разговор с Элли и Тони только укрепил его. Я пока не собиралась говорить Баэлю или Тео. С таким же успехом я могла бы заставить их повозиться еще немного.
Баэль усмехнулся, его руки обвились вокруг верхней части моего тела и притянули меня ближе к нему.
— Что ж, тогда я просто должен сделать так, чтобы это стоило твоего времени, — прошептал он, когда его губы коснулись моих.
Он поцеловал меня сначала нежно, но потом более крепко, как будто провоцируя меня отстраниться, поскольку у нас была небольшая аудитория. Его язык дразняще высунулся наружу, когда я слегка приоткрыла губы, позволяя ему проникнуть внутрь. Вокруг нас происходило так много эротических и рискованных действий, что этот поцелуй казался целомудренным по сравнению с ним.
Поцелуй был наэлектризованным; казалось, что ничто другое не имело значения, кроме нас самих, в этот момент здесь, вместе, под эти мигающие огни и приятную музыку. Мои руки зарылись в его волосы, притягивая его ближе, пока между нашими телами больше не осталось пространства.
— Почему бы тебе не показать ей, чего ей не хватает, а затем вернуться к нам с вердиктом? — Поддразнил Тони.
— Ты заставляешь нас краснеть, малышка-призрак, — добавил Рекс, толкнув локтем брата, который громко рассмеялся.
Баэль отстранился от наших страстных объятий с ухмылкой на лице, прежде чем приподнять единственную бровь.
— Значит, теперь они могут давать тебе прозвища? Я думал, то, что у нас было, было особенным, грустная девочка?
— Почему ты ее так называешь? — Спросила Элли после долгого глотка «Эйфории». Ее глаза блестели, а конечности были расслаблены, когда она положила ноги на колени Тони.
Баэль играл с моими кудрями, рассеянно поглаживая непослушные пряди.
 
— Потому что глаза — это окно в душу, и моя грустная девочка никогда не могла скрыть эту прекрасную грусть.
Элли выглядела смущенной, но остальные кивнули. Я покачала головой, закатив глаза от уникальной манеры Баэля танцевать вокруг да около и говорить загадками.
— Это потому, что у меня один голубой глаз, а другой карий. Он просто драматизирует это.
Элли наклонилась вперед, прищурившись на меня.
— Почему я раньше этого не замечала? — Тони, Рекс и Рой рассмеялись над Элли, и она обратила на них свои прищуренные глаза. — Продолжайте смеяться, и мы посмотрим, кто завтра наденет пылающий обруч на ваши пустые головы.
Это только заставило их смеяться громче, и я увидела, как Элли борется с усмешкой, опрокидывая остатки своего напитка обратно.
— Давай дадим им повод для сплетен, — прошептал Баэль мне на ухо. Протянув руку, он переплел свои пальцы с моими и поднял меня со стула, положив другую руку мне на поясницу.
Я помахала остальным, когда их волчий свист и улюлюканье последовали за нами.
Мы вышли из палатки, прохладный ночной ветерок коснулся моего раскрасневшегося лица, когда мы вышли наружу. Баэль вышел, увлекая меня за собой. Я смеялась, пока мы пробирались сквозь толпы серых лиц, перемешанных с блуждающими, полуживыми душами тут и там. Теперь, когда я знала, что ищу, их было легче идентифицировать.
Танцовщицы махали нам из своих кабинок и станций, некоторые просто кивали головами или приподнимали шляпы в нашу сторону. Карнавал представлял собой головокружительное буйство красок, звуков и запахов.
Мы снова добрались до Колеса обозрения, и воспоминания о нашей последней поездке всплыли у меня в голове. Раньше я панически боялась высоты, но теперь, зная, что технически я мертва, это что-то успокоило во мне. На самом деле я не могла пострадать там, наверху, так о чем было беспокоиться?
Мы запрыгнули на сиденье, окруженное чем-то вроде клетки с маленькими окнами, которые позволяли вам создать некое подобие уединения и любоваться карнавалом сверху. Она раскачивалась взад-вперед, пока мы кувыркались на месте. Сильные руки Баэля обвились вокруг меня, прижимая к своему телу. Внутри было на удивление чисто — позолоченная клетка с красными сиденьями.
Он притянул меня к себе на колени, проводя руками вверх по моим ногам, пока они не уперлись в мои бедра. Его губы были шершавыми на моих губах, жадно пожирая каждый дюйм моего тела. Я тихо застонала, когда он соскользнул рукой мне под платье, лениво обводя внутреннюю поверхность бедра. Аттракцион начал двигаться, медленно поднимая нас в воздух.
Он оторвался от моих губ, чтобы проложить дорожку горячих поцелуев по моей шее, прежде чем хрипло прошептать мне на ухо.
— Чувствуешь, что ты делаешь со мной? Я без ума от тебя, грустная девочка.
Я чувствовала, как он твердеет под кожаными штанами, его член идеально упирался в мою киску. Я уже была влажной для него, переполненная желанием.
— Мне нужно быть внутри тебя, — сказал он, его голос стал глубже, его английский трудно было понять, поскольку акцент усилился. Он отстранился, его темно-синие глаза стали почти черными. — Позволь мне трахнуть тебя на высоте, в небе…
Пока мы продолжали наш подъем, я стянула платье, пока оно не собралось вокруг талии. Я была обнажена, и теперь моя грудь была открыта прохладному воздуху снаружи. Баэль выругался, приподнимая меня выше, беря в рот один из моих сосков. Его язык проколол чувствительный бутончик, заставив мои бедра дернуться, а голову запрокинуться. Я закрыла глаза и застонала.
Он лизал и сосал меня, пока одной рукой расстегивал молнию на штанах, освобождаясь. Я почувствовала прикосновение его члена к своей киске и содрогнулась от предвкушения. Наслаждение достигло своего пика, и на мгновение мы были невесомы. Баэль расположился у моего входа и одним быстрым движением вошел в меня, полностью заполнив меня. Я ахнула, когда он начал двигаться длинными, медленными движениями.