Вик Разрушитель 9 (СИ)

Он вытянул руку, показывая, куда нам нужно лететь. Сквозь снежную круговерть просматривался силуэт красивой четырёхпалубной яхты. Её белый цвет постепенно блекнул с наступлением сумерек.
— Команда Арбуза на позиции, — раздался голос майора Веретенникова на общей частоте. — Жду разрешения на атаку.
— Атаку разрешаю, — прилетел ответ незнакомым голосом и с сильным акцентом. Координатор из скандинавов, но рядом с ними и наши люди.
  
— Погнали! — выдохнул командир. — Атака уступом. Волхв — первый. Гусь и Вареник прикрывают фланги. Я в арьергарде. Дистанция — пятьдесят метров. Ты в норме, кадет?
— Так точно, — сдерживая крупную дрожь, ответил я, переводя ядро в экономный режим. Не хватало ещё во время боя слиться.
— Не ссы, всё получится, — своеобразно подбодрил меня Веретенников и ткнул железным кулаком в плечо. — Пошёл!
Я врубил маршевый двигатель на ранце, взмыл вверх на сто двадцать метров, где проходила нижняя кромка рукотворного шторма. Всё было рассчитано до мелочей. Мы могли видеть яхту, а наблюдатели из «Корсаров» не имели возможности разглядеть в сливающихся серых красках моря и неба четыре приближающихся к яхте точки.
От стремительного рывка вверх у меня заложило уши, но я привычно проглотил слюну, чтобы привести давление в норму, и перевёл полёт в «горизонт». Яхта начала приближаться с неумолимой быстротой. В голове по кругу повторялась последовательность действий. Фаза один — уничтожение купола. Фаза два — захват капитанской рубки и верхней палубы. Фаза три — удержание позиции до подхода основных сил. «Арбалет» и «Рагнар» начнут очищать нижние палубы. Мы им будем помогать, если возникнут проблемы.
Магический купол я увидел при сближении с судном. Снежная крошка, затянувшая серой круговертью небо, чётко обрисовала контуры магической защиты. Мерцающий серебристо-фиолетовой плёнкой купол возвышался над судном метров на двадцать, а в ширину выдавался на тридцать-сорок метров, как мог на глазок определить я. Значит, мощностей у вражеских чародеев не хватает, чтобы расширить зону гарантированного укрытия. Иначе бы я уже давно влетел в него.
— Вижу сферу, — доложил я по общему каналу. — Вхожу горизонтально.
— Принял, Волхв, — откликнулся Арбуз. — Идём за тобой.
Падать сверху с пикированием расхотелось. Я уже просчитал свои действия. Разбиваю купол, приземляюсь на палубе и начинаю зачистку. Кулаки налились тяжестью, ядро стало перекачивать в руки как можно больше энергии, появилось ощущение, что меня раздувает, как воздушный шарик. Не разорвало бы на тысячи мелких Андреек, — немного нервно хихикнул на периферии мой голос.
Стекло шлема слегка потемнело. Это оно автоматически среагировало на ставшее ярким мерцание защитной сферы. Три секунды, две, одна! Я намеренно уменьшил порог «антимага», чтобы маячившие на палубе четыре фигуры в меховых пятнистых куртках не заподозрили неладное. Ага, увеличили охрану в связи со штормом. Возможно, находящиеся в составе наёмников маги поняли, что непогода сотворена людьми, а не природой.
Меня словно гигантской хрустальной дубинкой огрели. В ушах зазвенело, в глазах поплыли чёрные круги, а «Бастион» даже повело куда-то в сторону. Паника на какое-то мгновение окатила меня жарким огнём, но я постарался взять себя в руки, тем более, «скелет» никуда не упал, хотя с траектории слегка сбился. Тут же поправил её, пробормотав, что со мной всё в порядке (на случай, если командир заметил неладное), и плавно «воткнулся» в бликующую защиту. Сразу же почувствовал неладное.
Такое ощущение, что продираюсь сквозь несколько плотных слоёв, сотканных из разнообразных конструктов. В мозгу включился перфоратор, долбящий хрустальным буром по вискам. Я заорал и поддал жару. Ядро раскалилось, не только заливая энергией каналы, но и выплёскивая её наружу, помогая мне удерживать траекторию, заодно ломая остаточные магические плетения. Без этого я вряд ли бы прорвался на палубу. Что это за хрень происходит, а?
К счастью, «антимаг» сработал штатно. Купол нехотя «рассыпался» на мириады фрагментов, падающих на палубу и в море мерцающими искорками. Приземляться пришлось, регулируя мощность двигателя. Такая посадка отрабатывалась на тренировках, поэтому всё произошло штатно. Но сам прорыв дался нелегко — я почувствовал неладное. Чернота в глазах после преодоления щита исчезла, а вот что-то липкое потекло из носа. Шмыгнул, понимая, что это значит. Антимагия встретилась с очень прочным конструктом, и на его ликвидацию потребовался весь ресурс ядра и частично — организма, отчего полопались кровеносные сосуды, да и меня самого зашатало от навалившейся слабости. Энергия ядра оказалась полностью обнулённой.
Чтобы не потерять остатки ментального мощи, я поспешно врезал кулаком по воздуху, формируя воздушную волну «закрытого удара». Всколыхнувшееся пространство понеслось в сторону вскинувших автоматы охранников, стоявших на «фишке». Да, удачно! Снесло их в сторону правого борта, изрядно протащив по палубе и смяв, как бумажный лист.
В то же мгновение я почувствовал три чувствительных толчка: в левое плечо и грудь дважды. По мне стреляли! Но меня уже прикрыл Вареник. У ППД броня гораздо прочнее, а мой «скелет» рассчитан на манёвренный бой, не допускающий постоянного огневого воздействия. Да и не мог по-другому поступить офицер, взрослый мужчина, когда в мальчишку стреляют матёрые наёмники.
Арбуз и Гусь, находясь за пределами «антимага», разошлись не на шутку. Они разом ударили по двум оставшимся на ногах «корсарам» огненными и водяными «плетями», едва не разорвав их пополам. Этой молниеносной атаки было достаточно, чтобы очистить палубу.
— Ракета! — рявкнуло в шлеме.
Из раскрытой двери рубки полыхнуло огнём, и на нас понеслась «сигара», пышущая выхлопами огня. В то же мгновение с плеча Арбуза сорвалась огненная стрела противоракеты и влетела во вражеский снаряд. Яркая вспышка взрыва на мгновение раздвинула сгущающуюся вокруг нас темноту, по «Бастиону» что-то прилетело, не нанеся никаких повреждений. Экран отреагировал на попадание, спокойно помаргивая шкалами зелёного цвета.
Бойцам «Стилета» такая наглость не понравилась. Вареник развернулся и направил своё оружие в сторону рубки. Ствол гранатомёта дважды выплюнул небольшие снаряды. Грохнуло. Стекло осыпалось, пропуская внутрь сотни мелких стальных шариков. Те, кто там находился, оказались нашпигованы ими с головы до ног. Кровавый кисель. Жуткое зрелище.
— Верхняя палуба чистая! — раздался голос Арбуза. — Высылайте «птичек»! Волхв, ты в порядке? Чего тебя шатает, как будто пол-литра коньяка засадил? И чего так орал? Ранен?
— Контузило при входе в «сферу», а так — в полном порядке, — я постепенно приходил в себя, привалившись к какой-то палубной надстройке. Надо было срочно разгонять подсевшее ядро. Источника рядом не было, и восполнять потерю пришлось задействовав внутренние резервы, перекачивая из каналов энергию обратно в «печь», заодно впитывая дополнительные мощности из окружающего пространства. Этакая аналогия с разгоном севшего аккумулятора.
Вареник и Гусь уже активно отбивались от рвущихся на верхнюю палубу наёмников. Мы заранее отключили фильтры шлемов, чтобы слышать звуки боя и контролировать всё происходящее вокруг. И теперь я имел счастье слышать частые взрывы ВОГов вперемешку с автоматными выстрелами, не дававшими пиратам подняться наверх.
Пока ядро заряжается, я тоже могу принять участие в бою. Рука метнулась к правому бедру, на котором прикреплена кобура с «Орлом-М». Выпросил-таки у Кондора пистолет, именно такой, который мне и был нужен: со скошенной ребристой рукоятью, как раз для экзо-перчатки. Не знаю, где мой непосредственный начальник его нашёл, но подозреваю, на Готланд вместе с нашей большой командой летел приличный арсенал. Сразу вспомнились уроки покойного Сидора, когда мы с ним отрабатывали навыки стрельбы на полигоне Булгаковых.
  
Перебежав к разгромленной рубке, я спрятался за стеной, контролируя часть палубы, под которой проходила лестница наверх. Мало ли, вдруг среди наёмников окажутся паркурщики?