Вик Разрушитель 9 (СИ)

— Идея с тяговым движком хорошая, — подытожил я. — Петрович, на тебе тщательная проверка пустыря, прокладка маршрута, расчёт точки, где будет ждать фургон. Я свяжусь с дядей Матвеем, опишу проблему.
— Сделаем, — ответил Сыч.
— Куан, нужно проверить, кто задействован в контроле за усадьбой. Сегодня вряд ли спецы появятся, а вот завтра ночью надо повторно прощупать соседей.
  
Наставник промолчал, но согласно склонил голову.
— На этом всё, — я поднялся. — Пойду обедать, а то соскучился по Оксаниной стряпне.
Все рассмеялись и стали расходиться.
— Виктор Олегович, а давайте, присоединяйтесь ко мне, — обратился я к управляющему. — За обедом и поговорим, обсудим проблемы.
2
Вечером заявился дядька Сергей. Он приехал на своём роскошном «Хорсе» в сопровождении охраны на внедорожнике. Его смех и громогласные восклицания я умудрился услышать даже за закрытыми дверями кабинета. Наверное, опять с Петровичем шутками перекидывается или Оксану переманивает к себе. Хитрый какой. Я свою кухарку никому не отдам. Да и Куан не переживёт расставания.
Усмехнувшись, я направился к двери, чтобы встретить дядюшку на пороге, но он уже сам ворвался внутрь, особо не церемонясь с предупредительным стуком. Видит во мне ещё мальчишку, которого надо опекать, а не спрашивать разрешения на что-либо.
— Здорово, племяш! — загудел князь Сергей, прижав к себе с такой силой, что в глазах потемнело. От него резко пахло одеколоном, будто половину флакона на костюм вылил. — Ты куда пропал, акаары табах[1]?
— А вот ругаться не надо, — я усмехнулся, ловко выкручиваясь из объятий Сергея Яковлевича. — Проходи в кабинет, будь как дома, но не забывай, что в гостях.
— Намёк понял, — хохотнул дядька, скидывая пальто прямо на диван. Пригладив волосы ладонью, он тяжело опустился в стоящее напротив рабочего стола кресло и огляделся по сторонам. Приглядывался, насколько обстановка кабинета соответствует характеру хозяина. Был у него такой психологический бзик. Якобы, интерьер позволяет правильно понимать собеседника и выстраивать стратегию переговоров. Но я пока не оброс теми вещами, что чётко показывают мой внутренний мир. Здесь ещё было немало казёнщины.
— Рассказывай, что произошло, — закинув ногу на ногу, потребовал Сергей Яковлевич. — Как ты до такой жизни докатился? И почему со мной не посоветовался?
Я пожал плечами и коротко рассказал предысторию своих отношений с «Технобронёй», потом так же быстро обрисовал картину нападения на «Северную виллу». Дядька слушал внимательно, покачивая ногой, одновременно с этим постукивая пальцами по подлокотникам кресла. Оживился он, когда услышал про хитрость воеводы Иртеньева, а вот разговор с цесаревичем заставил повторить дважды.
— Интересно-интересно, — хмыкнул князь. — Значит, Мстиславские втайне одобрили твою выходку, поэтому и не стали выжимать из тебя масло. Воевода грамотно поступил, быстренько пригасил разгорающийся конфликт. Кстати, знаешь, как тебя обозвали писаки? Доморощенный ганфайтер!
Он захохотал, как будто это была шутка века. Весёлый у меня дядька. И хорошо, что не Глава Рода. А то бы так и веселились, пока не прослезились.
— Короче, племяш, — оборвал смех Сергей Яковлевич. — Ты кинул слишком много дрожжей в яму с дерьмом. Забурлило так, что во все стороны понеслось. Ко мне поступила информация о предстоящей встрече Шульгина с князем Оболенским…
— «Экзо-Сталь», — догадался я. — Князь Артемий Степанович является фактическим Главой предприятия.
— Да. Завтра тверской князь приезжает в Москву как бы по своим делам, но на самом деле — на переговоры с Шульгиным. Моё мнение таково: испугались появления нового конкурента. Твоя выходка с пулемётами — это как намёк, чтобы не лезли в чужие дела?
— Вообще не так, — я откинулся на спинку кресла. — Мотив был другой.
— Другой, да не другой, — не согласился со мной дядька. — Я же говорю, ты всполошил рынок бронекостюмов. Если к этим гигантам подтянутся «Имперские Доспехи», нас попытаются сбить на самом взлёте. Самое хреновое, племяш, в том, что кто-то пронюхал о договоре с американкой. И тиснул охрененно большую статью в «Нью-Йорк Сан» про то, как неуступчивая Арабелла Стингрей вдруг продалась русским с потрохами и теперь пытается вывезти из страны оборудование и людей. Статью тут же перепечатали «Чикаго Трибьюн», «Джеральд», хренов таблоид «Нью-Йорк Трибьюн» и куча более мелких газетёнок и журналов. Не знаю, какова там сейчас ситуация, но папаша твой рвёт и мечет. Меллоны насели на него и требуют объяснений, каким образом Арабелла оказалась в России. Полагают, что мы вывезли её насильно…
— Ну, так и было, в ящик затолкали и тайком переправили через пролив, — я почесал переносицу. Н-да, точно забродило дерьмо. — А Дик уже улетел в Америку?
— Да, он уже в Фениксе с парой моих ребят. Даже не знаю, что ему теперь делать. Шумиха может очень навредить эвакуации оборудования. Американцы запросто создадут проблемы, подкрепляя их законами.
— Оборудование полностью принадлежит Арабелле, — возразил я. — Они не имеют права указывать ей, как распоряжаться личным имуществом.
— Ой, племяш, ты о чём? — фыркнул Сергей Яковлевич. — Задержат груз на таможне, найдя тысячу причин, чтобы не выпускать его за границу, а в это время примут закон о запрете вывоза высокотехнологичного оборудования. Так что у нас появились проблемы.
— Пока ничего ещё не появилось, — возразил я, хотя в душе неприятно заскребли кошки. — Надо дождаться звонка Дика или твоих парней.
— Буду ждать, — кивнул князь. — Ничего иного не остаётся.
— А почему отец мне не позвонил? За двое суток, что я на «губе» просидел, в пропущенных нет его телефона.
— Устал, наверное, от твоих выходок, — усмехнулся Сергей Яковлевич. — Но с цесаревичем у него разговор был, это точно. Наследник, видимо, сам с ним связался, успокоил. Потому что Жора сказал мне действовать по собственному усмотрению. Некогда ему, от Меллонов отбивается. От матери привет, кстати.
— Спасибо, — кивнул я, размышляя о сложившейся ситуации. — А ты в курсе, что меня под домашний арест определили? На целый месяц. И мастерскую закрыли. И компенсацию потребовали.
— Жестковато, конечно, — задумчиво проговорил дядька. — Я про мастерскую. Ареста хватило бы за глаза. Но виру сам выплачивай, раз попался. А как же с учёбой?
— Буду ездить в лицей в сопровождении императорской кавалерии. Дядя Сергей, а что по строительству завода?
— Строится. Я туда езжу два раза в неделю, сам контролирую. И американку с собой беру. Ей-то виднее, как лучше всё обустроить.
— Тётя Галя приехала? — поинтересовался я, покосившись на осветившийся экран. Звонила Арина. Ну, вот всегда так. Мне надо с ней поговорить, а не могу.
— Приехала, — с лёгким недовольством в голосе откликнулся дядька, к моему счастью, поглядев на часы. — Жил себе спокойно, а теперь по всему особняку детишки носятся. Может, к тебе их отправить? Пообщайся с сёстрами и братом…
— Ты что? — испугался я. — Забыл, в каком я положении? А если Шульгин в отместку устроит нападение? Не-не, я лучше потом сам в гости приеду.
— Я услышал, ловлю на слове, — ухмыльнулся князь, вставая. — Ладно, племяш, поехал я. Чую, неспокойные времена наступают. Как бы нам американцы кислород не перекрыли. У нас есть план «бэ» на такой случай?
— Если удастся переправить документацию, то мы сможем пережить блокировку оборудования, — подумав, ответил я и встал, чтобы проводить дядю-князя. — Займёт это больше времени, но ничего страшного.
Мы расстались на крыльце, пожав друг другу руки. Я проводил взглядом «Хорс» и массивный внедорожник сопровождения, потом вернулся в кабинет, чуточку продрогший. Осень затянулась, но в её холодных нотах уже чувствовалось приближение долгой зимы.
  
Развалившись на диване, который впитал в себя парфюм дяди Сергея, я позвонил Арине.
— Привет, красавица! — улыбаясь, бросил я в трубку, услышав взволнованный голос княжны. — Не соскучилась?