Жила-была в сказке принцесса Варвара (СИ)

— Пока что да.
Дракон, оставив рыцаря в покое отполз подальше.
Мужчина, увидев это успокоился, расправил плечи и облегченно вздохнул.
— Так вот... Я, Печальный пришел сразить вас своим мужеством, и достоинством, — объявил Рыцарь.
— Я сражен, — хрюкнул от смеха ящер.
Мужчина улыбнулся, завернул копье в серенькую тряпочку и собрался уходить.
— Вот сразу бы так, — сказал он, — Знаешь же, что мы рыцари народ доблестный и бесстрашный. Ну что, до следующего четверга?
Не став ждать ответа доблестный Рыцарь посеменил подальше от холма.
— Может ты все-таки скажешь почему именно четверг? — вдогонку спросил у него дракон.
— По четвергам, к моей супруге, мама приезжает, — признался рыцарь. — Вот и ищу местечко, где она меня точно не достанет.
Рыцарь давно скрылся из виду, а дракон все смотрел ему вослед.
— А у меня вообще гарем, — признался ящер, — и у каждой — теща...
***
Варвара выглянула в окно и увидела спину удаляющегося рыцаря.
— «Не поняла, если он пришел меня спасти, то почему не спас?» — подумала она и посмотрев в сторону дракона, увидела, что тот в прекрасном настроении вытаскивает всякий хлам из пещеры. Это значило что рыцарь удалился даже с ним не сражаясь. Все больше и больше разочаровывалась девушка в мужчинах, ее окружали одни трусы. Надежда на спасение с каждым днем становилась все меньше и меньше.
— Ты завтракать будешь? Блинчики готовы! — прокричала она Северу, тот повернув голову в ее сторону согласно кивнул.
Принцесса вытащила ушат полный блинов и подумала, как замечательно иметь скатерть самобранку, а не то она уже давно бы умерла куховаря для дракона, что уж говорить, а питался он прилично.
— А что это был за рыцарь? — осторожно поинтересовалась Варвара. А вдруг он его вообще не заметил и тот просто прошмыгнул мимо.
— Не знаю, ездит сюда уже пару лет, но мы так не разу и не бились, — признался ящер. — Хотя если честно, мне бы и не хотелось. Я быстро привыкаю к людям.
Девушка удивлялась все больше и больше. Дракон был очень странный. За все время он так на нее и не напал, и даже не попытался сжечь, хотя она его уже, наверное, замучила. Любит греться на солнышке, нюхать цветы и у него даже имеется свой персональный рыцарь. Повезло же ей с драконом. Даже боятся расхотелось.
Ближе к обеду прискакал лекарь, они о чем-то долго разговаривали и Север то и дело поглядывал на девушку. Мужчина подошел к Варваре и улыбнулся.
— Ну как жизнь? Никто не обижает?
— Не обижает?! — передразнила его девушка. — Я тебе поверила, а ты отвез меня к дракону! А теперь еще приехал и разговариваешь со мной, как будто ничего не произошло! Ты знаешь, что мне довелось пережить?! Я думала он меня съест!
Август вздохнул.
— Похоже ты не получила мое письмо, в котором я все объяснил — грустно сказал он. — Будить вас было жалко. Я положил его на стол, так как мне незамедлительно пришлось уехать.
— Какое письмо?
— До меня дошли неприятные известия и мне нужно было срочно возвращаться. Я знал, что дракон вас не тронет, так как он очень добрый, — лекарь опять улыбнулся. — Только сейчас я смог освободиться, чтобы вас навестить и узнать, как идут дела.
  
Девушка молчала, что еще за неприятности? Что-то с родителями или королевством?
— А что произошло?
— Принц Аркадий пропал. Он решил отправиться на ваши поиски и заблудился. Хотя если честно, я не удивлен, — хмыкнул мужчина. — Я сообщил вашим родителям, что вы уехали гостевать к своей подруге, чтобы обдумать замужество, и ее величество кажется, успокоилась. Что не говори, а Аркадий ей не понравился.
— Не понравился? — искренне удивилась Варвара.
— Это было сразу понятно, — начал объяснять мужчина. — Она наряжала вас в такие наряды, что наоборот уродовали, а не подчеркивали достоинства. А это злополучное свидание с гусями, или на лодке. Ее величество знала, что принц боится гусей и специально их выпустила. Она специально выбирала такие места, чтоб у вас ничего не получилось и остался только неприятный осадок, поэтому предложение руки и сердца ее несколько шокировали.
Девушка всхлипнула, значит, мать ее любит, а она думала о ней совсем плохо.
— Ну, не плачьте, все будет хорошо, — погладил ее по голове Август. — А принца мы найдем, куда он денется то. Скорее всего он сейчас в Веселом лесу. По крайней мере это последнее место, где его видел Север.
— Он их видел? — удивилась принцесса. — А он мне ничего не говорил.
Лекарь засмеялся. Он знал какой характер у Севера, скорее всего, он их жутко напугал, причем не угрозами, а неуемным любопытством.
— А он и не скажет, он не любит разговаривать.
— Понятно, — вздохнула девушка. — Значит меня не ищут?
— Уже нет. Они поверили мне на слово и теперь заняты поисками Вредоносного.
— Принц пропал и значит я могу вернуться?
— В любое время, — улыбнулся мужчина.
Варвара посмотрела на дракона, тот напряженно смотрел в их сторону, похоже он боялся, что она решит вернуться домой. Вспомнила его признание о том, что он слишком быстро привыкает к людям. Похоже и к ней он уже успел привыкнуть, но она вдруг поняла, что ей приятна сама мысль об этом.
— Я хотела бы вернуться домой, — начала говорить принцесса, заметив, как ящер расстроено вздохнул, — но хочу пожить здесь еще немного. Скатерть-самобранка печет очень вкусные блинчики и мне нравится сидеть на балконе и пить чай. Здесь так высоко и далеко видно, не то, что дома. А дракон и вправду не страшный.
— Это замечательно, — радостно улыбнулся Август. — Я рад, что вы решили остаться, но если передумаете, он вас отнесет домой.
Север кивнул.
— А теперь извините, мне нужно возвращаться, так как пропавший принц не единственная моя забота.
— Что-то еще случилось? — поинтересовался ящер, подойдя поближе.
— Кто-то выпил зелье перерождения и мне даже страшно подумать, во что он перевоплотится, — грустно сказал мужчина.
— «Зелье перерождения?! — вздрогнула Варвара, вспомнив конюха. — Так вот, что он выпил. Не удивительно что лекарь был так зол».
— А что ты будешь делать?
— Сначала нужно его найти, а потом уже думать, что можно изменить.
Принцесса задумалась. Конюха нужно спасать, а значит придется признаться во всем, но он просил этого не делать. Однажды дав слово, она всегда старалась его держать, но теперь от этого могла зависеть жизнь Афанасия.