История шрамов (СИ)

Кажется, не стоит говорить ему сейчас, что я не умею водить, да?
8. Как мы, наконец, придумали план 
Окрестности Форт-Стоктона, Техас
Придорожный мотель
3 месяца назад
Мне кажется, что если бы я тогда сказала Альку, что не умею водить — он бы точно развернулся и послал меня куда подальше. Делать было нечего... Пришлось сесть за руль и даже попытаться изобразить нечто похожее на нормальную езду. Надеюсь, в этом захолустном городишке, первом попавшемся на пути, нас не остановят копы, приняв мою манеру движения за пьяного водителя... А то было бы совсем уж обидно. Параллельно пришлось заботиться о том, чтобы не заблудиться здесь, а еще — найти место, достаточно зачуханное для того, чтобы нас там поселили без документов, и при этом не нарваться на проблемы в виде обитателей местного района, ага.
Ох, взрослая жизнь, как-то ты слишком быстро настигла. Еще и значок заправки горел — уж не знаю, насколько долго, но не мешало бы еще и запас бензина пополнить.
И все это — самой. Не трогая Алька, которого и так с большим трудом удалось вернуть в машину. Впрочем, я даже порадовалась, что смогла все это сделать без его участия. Доказать ему, что я не мертвый груз... У меня есть деньги и зачатки интеллекта, уж с тем, чтобы заехать на заправку и вставить в бензобак пистолет, любой бы справился. И с тем, чтобы припарковаться у низенького здания напротив, недвусмысленно намекающего, что там можно переночевать — тоже.
Выглядели мы оба, должно быть, прескверно. Я не знала, как заговаривать зубы в такие моменты. В голову пришла мысль заплатить хозяйке мотеля за молчание сверху — но светить тем, что у нас есть для такого деньги, тоже не хотелось. Поэтому я решила сказать ей все как есть в ответ на ее хмурый намек о наших именах и документах:
— Очень хочется спать и есть. Мы даже на ночь не останемся. К вечеру уедем. Пожалуйста.
Не знаю, что сработало. То ли то, что она была мексиканкой и приняла Алька за своего, то ли мы выглядели чересчур уж жалко. В любом случае, когда она выдала нам ключ от комнаты, я решила не расслабляться, чтобы в случае чего не проспать приезд копов, которых она вполне могла вызвать.
Комната была препаршивенькой. Но я была готова остаться здесь на всю жизнь, если было нужно, лишь бы никогда больше не видеть рожу Даррена.
Пока я пришибленно оглядывалась, все еще пытаясь свыкнуться с окружающей реальностью и не впасть в тихую истерику от пережитого стресса, Альк стащил с себя ботинки, отшвырнув в дальний угол, а после так же невозмутимо стянул рубашку и футболку. Мой взгляд на пару мгновений задержался на синяках, что покрывали его тело, но я тут же заставила себя его отвести. Благо, парень все еще находился в состоянии, близком к коме наяву, и тут же повалился на постель, похоже, практически сразу засыпая, развалившись на всю ее поверхность. 
А вот я при всем желании не смогла бы сейчас уснуть. Подсознание все ожидало стука в дверь и вздрагивало от каждого шороха. Когда Альк задышал совсем равномерно, я все же осмелилась подойти к нему, внутренне снова сжимаясь от вида его синяков. Его тоже потрепало несладко... И он мне даже участие проявить не позволяет. Что ж. Укрыв его аккуратно покрывалом как следует, я отошла к окну. Глупо было бы торчать там все время, но ноги сами так и чесались постоянно, раз в каждые полчаса подходить к нему. Высматривать фигуры в кожаных куртках... Моя паранойя грозила дойти до того, что я почти убедила себя, что Даррен уже почти нагнал нас, и вот-вот будет здесь.
Глупости. Перестань. Ты осмелишься на то, чтобы выйти отсюда, потому что время идет, а вам обоим точно нужно купить с собой всякого в дорогу, чтобы впредь подольше не светиться в людных местах. А то пока тянешь время, уже стемнеет... Конечно, было ужасно страшно оставаться одной. Но подвести Алька было еще страшнее.
Когда я вернулась обратно в номер, то не верила, что сделала это. Поход до заправки и обратно уже казался мне сном. Но зато теперь у нас была какая-то еда, карта, гигиенические принадлежности... Мне казалось, что я все предусмотрела. В силу своих возможностей.
 
Уже начинало темнеть, а Альк все не просыпался. Я не хотела его будить, но нужно было ехать. Проводить столько времени на одном месте было бы опасно.
— Эй, — совсем тихо проговорила я, тихонько тряся его за плечо. — Тебе нужно поесть... И... уже вечер. Альк, ты слышишь меня?
Просыпаясь практически тут же, потягиваясь и приходя в себя, парень сел и, кажется, в первые секунды не смог скрыть своего удивления, глядя на меня. Не ожидал, что я буду здесь?
— Вода горячая здесь есть? — хрипло поинтересовался он, сползая с кровати.
— Да… Наверное, — боясь вообще обозначать свое присутствие, ответила я.
Только вот, кажется, Алька мой ответ вовсе не интересовал, потому как он уже направился к душевой кабине, сиротливо отделенной от остальной комнатки занавеской.
— Через пять минут буду готов, — совершенно ничего не стесняясь, он стянул брюки, уже будучи внутри и включил воду.
Все эти пять минут, растянувшиеся в вечность, я постаралась быть как можно более продуктивной и полезной — разложила на кровати необходимые покупки, прежде чем Альк решит послать меня, будучи после сна в более-менее адекватном состоянии. Я уже привыкла к его перепадам настроения. Так что… Кто знает.
— Ты узнала, где здесь вокзал? — заставив меня вздрогнуть от звука его голоса, как и от внезапного появления, Альк возвращался, на ходу заплетая влажные волосы в косу.
Выглядел он препаршиво. Даже несмотря на синяки, в его виде… Во всем его виде было что-то неправильное. Глаза выглядели такими же уставшими, как у Кэрол, когда та мучилась с сердцем.
— В… Вокзал? Нет, я… — ах да, я, кажется, успела забыть уже о нашем первоначальном плане.
Потому что в голове за время ожидания успел созреть новый.
— Откуда здесь вообще еда? — Альк быстро переключил свое внимание на сэндвичи, которые я за этим и разложила на кровати, и выдохнула, решив, что раз он интересуется едой — значит, все с ним в порядке.
Я чувствовала себя так, словно от следующего разговора зависит вся моя дальнейшая жизнь. Да так оно и было, в общем-то. Несколько нерешительно поджав губы, я наконец попыталась собраться с духом и быстро заговорила:
— Альк, дай мне пять минут. Или десять... В общем, выслушай меня, пожалуйста. До конца. И только потом примешь решение. Ладно?
Словно желая подсластить пилюлю, я придвинула к нему один из сэндвичей. В дорогу я запаслась едой несколько более долговечной, но об этом, пока Альк меня не выслушает, ему знать не обязательно.
Парень подозрительно прищурился, но тут же сменил подозрения на милость.
— У тебя есть время, пока я ем, — буркнул он, разрывая резким движением упаковку.
Я сама не верила, что собираюсь сказать все то, что скажу, но делать было нечего. Развернув заранее подготовленную карту прямо на кровати перед Альком, я затараторила, словно боясь сбиться:
— Мы сейчас здесь, — ткнув в точку на карте, сказала я. — Ты ехал прямо, но держался запада, и теперь мы почти на границе с Нью-Мексико. И это отлично! — поспешила я добавить сразу, попытавшись даже улыбнуться. — Здесь рукой подать до Аризоны, а там Калифорния... Никому и в голову не придет искать нас на западном побережье. Ни одни здравомыслящие подростки, сбежав из дома в Техасе, не двинутся на север, когда рядом граница с Мексикой. Но! Вот здесь и здесь, — обведя пальцами несколько областей в зоне маршрута, проходящего через всю Калифорнию, я продолжила: — Здесь мы сможем по-настоящему затеряться. Богачи, что держат дома на случай уикенда, в несезон они пустуют... А это все лучше, чем светиться в мотелях. Здесь любой коп, что придет за наводкой, получит наши приметы. А так... Мы по-настоящему исчезнем со всех радаров. И ты подумай — дальше всего ничего до границы с Канадой. Или добраться до порта... Здесь я плохо продумала, знаю. Но это все лучше, чем пробираться на восток. Ну ты и сам знаешь... Там на дорогах опасно. А по этому пути... У нас получится.