АлкХимик 3 (СИ)
Ну да ладно, об этом подумаем потом, обустроив себе логово. А оно наверняка понадобится, банально поспать. Или мне не нужен сон? Фиг его знает, сейчас мне нужно проверить, насколько связанная энергия бездны подчиняется моей воле, а остальное потом. Мысленным усилием, сконцентрировавшись, я раздвинул облако тумана до самой земли. Медленно пожиравшая поверхность камней чернота послушно расползлась, оголив гранитную поверхность, уже полностью лишенную редких клочков почвы с травинками. После этого я вырвал небольшой клок подконтрольного черного тумана, и послал его в середину освободившейся площадки. В таком виде туман не растворял камень. Но, когда я вытянул из этого сгустка свою связующую, человеческую ману, черный сгусток принялся активно растворять гранит.
Понятно. Слушается, как надо. Значит, я смогу подчинить часть окружающего тумана и без вреда протащить через него Кранморила. С тысячей силы это будет… Ну, не то, чтобы легко, даже трехметровый дракоша — это вам не мешок пенопласта, но… Но это все-равно проще, чем подчинять весь прорыв. Судя по внутреннему ощущению, мы были в центре приблизительно стометрового купола. Так что пришлось схватить так и не пришедшего в себя Кранморила за хвост, и тащить в любую сторону. Надеюсь, драконы не отбрасывают хвосты, как ящерицы. А то неудобно выйдет…
Вышло удобно. Ну, в смысле, что хвост не оторвался и некоторое время спустя мне удалось вытащить ящера на свежий воздух. А заодно и оценить масштаб происшествия. Ну, что тут сказать… Я мудак, наверное. Вот кому-то щас не повезет, если подойдет его время возрождения — точка респауна была скрыта в черном тумане, накрывавшем стометровый пятак местности почти правильной формы куполом с нечеткими контурами. Интересно, а Токи-Токи сможет подать на аппаратуру достаточно энергии, чтобы сформировать какую-никакую защиту, или респаун будет поврежден? Ну да ладно, с этим потом разберемся, если это вообще наша проблема. Сейчас надо привести в себя Кранморила. Судя по всему, в магии ящер разбирается, есть пара вопросов.
Глава 5
В себя дракон приходить не спешил, и я уделил немного времени на вернувшийся интерфейс. Ничего особо нового не было, кроме счетчика. Круглая диаграмма с черным и белым секторами, и вписанными туда процентами. Так Токи-Токи обозначила мне соотношение человеческой и демонической маны, и соответственную силу моих монстровых умений. Да, поскольку вся моя суть монстра была завязана на черную форму, то с уменьшением пропорций маны бездны я терял проценты силы. А нового взамен ничего не получал — я просто становился страшилищем из чьего-то наркоманского прихода.
Дракон все еще был в прострации. Никакие попытки привести его в чувства не увенчались успехом. Я и травинкой ему ноздри щекотал, и камушком по макушке стучал, и даже небольшое взрывное заклинание возле слуховых отверстий кастанул, с простую петарду мощностью. Все безуспешно. М-да, крепко его бездна приложила. Может, зелье какое смешать? Так это почитай в экспедицию нужно идти, компоненты искать… А хотя, варианты есть всегда. Только вот не решение в голову пришло не алхимическое совсем. Я его на кухне у Рангара подсмотрел.
Помните, я говорил, что растения в долине мутируют до невозможности их употребления в пищу? Вот по такому же принципу когда-то изменилась и виноградная лоза, завезенная сюда первыми исследователями. А потом и по всей долине расползлась. Сейчас растение напоминало толстый плющ с мелкими листочками и мелкими, почти без сока ягодами. И за одну такую ягодку производитель мексиканских острых соусов продал бы душу, мать и душу матери одним чеком.
Если сварить такую изюминку в воде, и вылить отвар в озеро, есть шансы, что рыба из него выскочит на берег. Бобры и выдры так точно вылезают, и водоплавающие птички сразу улетают на юг, на реактивной тяге. Говорят, что даже водяных выгоняет, где они водятся. Думаю, что это точно слухи — водяными простолюдины называют водяных элементалей в большинстве случаев. Но иногда это может быть и какой-нибудь мутировавший бродяга, перемутивший с системой, думаю. Наверняка, это их видели. Короче. Лет десять после такой шутки в озере даже тина не растет, а воду можно использовать для растираний.
Огненный виноград, как его прозвали местные ботаники, к магии отношение имел, хотя в алхимии его было невозможно использовать — в качестве компонента он не котировался. Лично я подозреваю, что в качестве действующего вещества природа использовала обычный капсаицин, что содержится в обычном жгучем красном перце. Вкус похож. Просто вещество усилено магическим образом. И что характерно, человекообразные всегда к подобной, острой дряни испытываю повышенную тягу. Местные додумались делать из этих ягод приправу. Варят такой соус на улице, замотав лицо мокрыми тряпками, и готовят из одной ягодки сразу бочку варева. Или покупают небольшую бутылочку готового продукта у рискнувших приготовить. Ну, а любители острой пищи всегда отыщутся. Иногда на спор заказывают, иногда мазохизма ради.
Вот такую лозу я и заприметил неподалеку. Чахлая и тусклая, она умудрилась вырасти в небольшом углублении между камнями. Ягод на ней в данный момент не было, но вокруг на камнях валялось немало изюма. А также несколько трупиков зубастых птичек размером с мелкого голубя, рискнувших отведать даров природы. Одна из примет, подтверждающих, что это именно нужное мне растение. Что интересно — поскольку к алхимии растение отношения не имело, система не подписывала мне его названия. Но ягодку эту я уже видел вживую у орка, так что точно можно было сказать, что это оно.
Осторожно взяв несколько изюминок листочком, я направился к дракону. Ящер все также тупил в никуда. Наткнув сушеную ягодку на первую попавшуюся палочку, я запихал угощение в пасть Кранморилу, положил на зубы, сжал пациенту челюсти ударом колена снизу, и немного подождал. Ничего не произошло, у подопытного лишь глаза малость заслезились. Но возможно, это от того, что тот уже сколько времени на жаре не моргая сидел. Выждав еще пару минут и убедившись, что средство не помогает, я смочил палочку в драконьих слезах и наткнул вторую изюминку. Нет, не думайте — я чистым концом дракону в глаз тыкал. Ну, в смысле — чистым концом палочки! А то знаю я вас, пошляки, уже, поди, напредставляли.
Так вот. Магическое зрение я до конца не снимал, и было видно, что едва светившаяся сушеная огненная изюминка начала резко наращивать сияние. Раз в десять, наверное. Слеза, зачерпнутая с края века, полностью и без остатка впиталась в ягодку. Во сколько раз на самом деле усилилось действие этого, уже без сомнения, скорее боеприпаса, нежели угощения, я не хотел даже предполагать. Конечно, было краткое искушение попробовать, но я сдержался. Даже без усилия. Просто вспомнил, что у меня штраф на жопу, и, если что, реактивной струе будет просто неоткуда вырываться.
Повторив манипуляцию с закладкой изюма в дракона, я на всякий случай отбежал на несколько метров в сторону, вбок, и сотворил щит бездны. Сперва ничего не происходило, и я было уже собирался скормить ему по этой схеме все запасы местного изюма, но затем Кранморил начал оживать. Сначала у него начали очень сильно слезиться глаза. После, он сначала медленно, но затем все быстрее и быстрее, принялся мотать мордой из стороны в сторону. После чего ящер зажмурил глаза, жалобно завыл и, разинув пасть, изрыгнул настолько мощную струю огня прямо перед собой, что пробил навылет черное облако прорыва бездны.
Увидев это, я понял, что моей маны мне однозначно не хватит, если такой залп попадет в меня, и принялся осторожно подкрадываться к облаку, чтобы, если что, перелить из него энергию в щит. Даже если после этого мое защитное заклинание превратится во второй прорыв, это, мне кажется, лучше, чем поджариться в таком мощном пламени.
Но дракон или не видел меня, или не держал зла, или еще не успел сообразить, что с ним и по какой причине происходит. А повторив свое пламяизвержение еще два раза, он начал окончательно приходить в себя. Взгляд медленно прояснялся, хотя слезы и текли чуть ли не ручьем. Кранморил тяжело дышал, словно только что обежал долину по периметру, и, кажется, мысленно матерился. Хотя, мысли было сложно разобрать — в голове у него сейчас была такая каша, что можно было зачерпывать и кушать.