Граф Рысев 3 (СИ)
— Когда мы встретились в первый раз, вы кое-что сказали про проклятья. Это же строчка из стихов? — я даже остановился и отнял руку от листа, когда услышал вопрос.
— Да, это стихи, а что? — я отошёл от удивления довольно быстро, и снова принялся наносить штрихи, доводя рисунок до законченного вида.
— Вы могли бы их прочитать? Я искала, но так и не смогла найти, откуда эта строчка. — Если любопытство и присутствовало в её голосе, то я не услышал. Она опять меня провоцирует?
— Странно, что ты их не нашла. Это не мои стихи. Более того, тот несчастный мужчина, который их написал, жил очень давно. Ещё в те времена, когда Кречета Петра Алексеевича на свете не было. — спокойно ответил я.
— Почему несчастный? — Ольга слегка наклонила голову.
— Счастливый вряд ли бы такое написал, — я покачал головой.
На что Жу-жу томно улыбнулась и слегка прогнулась, от чего я почувствовал лёгкое волнение. Ах ты… Похоже, своих попыток меня соблазнить она не оставит. Ты хочешь стихов? Отлично. Потому что в эти игры можно играть вдвоём.
Отложив блокнот и карандаш, я оторвался от стола и подошёл к дивану. Я не помнил всего стиха, только его окончание, но и этого было вполне достаточно. Говоря очень тихо, я наклонялся к ней всё ближе с каждой строчкой.
— Проклятия? В них много суеты.
Зачем? Предпочитаю, чтобы ты
Раскаялась, чем черпала в слезах. Ту чистоту, которой нет в глазах . ( Д. Донн)
Последнюю строчку я прошептал прямо ей в губы. Поцелуй был тягучий, очень жаркий. Она даже чуть приподнялась и обхватила меня за шею, но я уже отстранился. Проведя по нижней губе указательным пальцем, прошептал.
— Не сейчас. Возможно, позже, — и отошел, жалея, что здесь нет раковины, где можно было голову под холодную воду засунуть. Пока шёл до стола, умудрился успокоиться. Руки не дрожали, когда я поднял блокнот. Повернувшись, я сказал обычным голосом. — Не шевелись. — И быстро закончил рисунок. — Всё можешь одеваться. Я пока закончу, а после покажу в чём смысл.
— Какая же вы скотина, — с чувством произнесла Ольга, помотав головой и рывком натянула платье.
— Ну что ты, я само очарование. Просто иногда бываю не в духе. — Усмехнувшись добавил подпись, вырвал рисунок и подошёл к ней.
— Я начинаю верить во все те слухи, которые гуляют про вас. Хорошо, что спокойствию наших девушек вы не представляете угрозы, — в сердцах произнесла Жу-Жу.
— А вот сейчас стало обидно. Это почему я для девушек не опасен? — усмехнувшись, я протянул ей рисунок.
— Потому что вы — хищник, а наших девочек не надо завоевывать, — Жу-Жу тоже уже пришла в себя, и теперь могла себе позволить поиздеваться надо мной, не выходя при этом за рамки. — Вам это просто не интересно, поэтому для них не опасно. И это хорошо, потому что рыси одни из немногих кошек, которые мучат жертву, прежде, чем убить.
— Ты путаешь понятия, дорогая. — Я улыбнулся. — Рыси играют с добычей. Они не понимают, что причиняют страдания и, естественно, никакого удовольствия именно от причинения страданий не получают.
— Признайтесь, ваше сиятельство, вашу будущую жену вы долго завоевывали? — она принялась изучать рисунок.
— Ни одного дня, — я вернулся к столу и сложил руки на груди. — Это она меня поймала.
— И как вам? — она говорила рассеянно, наверное, читала надпись.
— Весьма необычный опыт. Но, я женюсь, а она моя муза. Наверное, всё дело в этом. Соколы атакуют стремительно. От них мало кто может уйти. — Добавил я тихо.
— Что это? «Холодная стерва. На свой страх и риск»? — Ольга вскочила с дивана, гневно глядя на меня.
— А что не так? Ну, признайся, ты провоцируешь меня из чистого упрямства. Если ты перестанешь это делать, то мы с тобой гораздо быстрее придём к понимаю, а от этого к более большим заработкам.
— Зачем мы вам вообще? Этот бизнес не делает вам чести, да и доход от него вряд ли составит большую долю в общих доходах клана. — Ольга снова села на диван, устало потирая виски. При этом она смотрела на свой портрет. А я не мог понять нравится ей или нет.
— Ты ошибаешься, насчёт доходности. Я планирую постепенно вытеснить девиц из этого бизнеса. Это будет игорный дом. Как только я получу все полагающиеся лицензии, мы поставим первые рулетки. Девушки начнут понемногу переучиваться в крупье и очаровательных официанток. — Жестко ответил я.
— Но… я не понимаю.
— Бордель так или иначе вмещает мало людей. А вот игорный дом такими ограничениями не страдает. Ты останешься его негласной хозяйкой. Будешь петь, разогревать народ, а потом в отдельной специальной комнате для избранных, будешь проводить большие игры, где ставка будет начинаться от ста тысяч рублей. Естественно, здесь понадобиться хорошая охрана — такие деньги следует охранять, не так ли? И мы сможем спокойно объяснить нахождение здесь егерей и их частую смену. И сохранить в тайне настоящее предназначение этого дома.
— А девушек охранять не надо? — горько спросила Ольга.
— Это не мир такой, это мы таким его делаем, — я подхватил её руку и поднёс её к губам. — Будь моя воля, и я охранял бы вас как самое ценное сокровище клана, но меня в этом случае просто не поймут. Поэтому я и хочу вообще убрать девчонок из этого бизнеса. Не сразу, но в итоге позволить им получить нормальную жизнь. Они доверились мне, принесли клятву клана. Я не могу предать такое доверие.
— Что это? — Ольга подняла рисунок и показала его мне.
— Это то, что позволит нам убрать девочек из зала и начать по одной извлекать из общего пула, обучая запускать шарик на рулетке и раздавать карты. Для этого нужно будет всего лишь убрать её портрет с краткой характеристикой из отдельного, ну пусть будет, «меню». — Я продолжал внимательно следить за её лицом, на котором сейчас мелькнуло понимание.
— А как же отдых для ваших егерей? Ведь это было одно из условий, на которых вы приняли нас под крыло клана, — продолжала допытываться Ольга.
— Это было одно из предположений, — поправил я её. — Ничего, потерпят. Воздержание укрепляет характер. Или же, пускай женятся. Клану нужны новые котята. Я понимаю, что коты любят пошляться по хорошеньким женщинам, на то они и коты, но клану это невыгодно. И я сейчас не о деньгах, если ты меня понимаешь.
Вискасу я ничего такого не говорил. Но ему и не надо знать. Он узнает, когда я попрошу его поднять старые связи и притащить пару «катал» поприличней, чтобы обучить девочек кое-каким премудростям. А также егерей, чтобы они смогли распознать мошенников. Они даже контракты у меня будут оформлять на услуги охраны. Все всё будут знать, но условности соблюдены, а значит, клан Рысевых почти не при делах.
Эта идея, если честно, пришла мне на ум давно. Когда я просчитывал, как сработает маскировка. Получалось, что не очень. Всё-таки в бордель мужички стараются проскользнуть тихонько, особо не афишируя своего присутствия. А вот перекинуться в картишки — почему нет. Тут скрываться особо не надо. И никого не удивят наемные экипажи, которые будут развозить подвыпивших игроков, и куча грузовиков, привозящих продукты… И охрана никого не удивит. Особенно, когда игра с огромными ставками начнёт проводиться. Я даже пару раз сам сыграю, для подогрева интереса. Или деда попрошу.
Что же егеря и часть грузовиков делают тут на самом деле — никому, кроме клана знать необязательно.
— Вы нас не бросите? — Ольга встала и подошла ко мне вплотную. Я был гораздо выше её, и ей пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть мне в глаза.
— Нет, я же уже сказал. К тому же, клятва клана — это обоюдоострое оружие.
— В таком случае, я согласна. Как вы хотите назвать ваше заведение?
— Казино, — я пожал плечами. — Простенько и со вкусом. Говорят за Атлантикой такие клубы входят в моду. Чем мы хуже?
— Интересное название, — она прислушалась к звучанию. — Нет, мы ничем не хуже. Казино будет взимать свой процент с выигрыша?
— Конечно, — я кивнул. — Кроме того, не сыгравшие ставки уходят в казну казино. Думаю, это справедливо.