Тихушник возвращается
— Сергей, — ответил ему тем же. — Может, еще кофе налить? Пьешь, экономя, — посмотрев на гостя хитрым взглядом.
— Сергей, а ты точно обладаешь экстрасенсорными способностями, чувствую, ты меня сканируешь, — продолжал налаживать контакт, нахваливая собеседника. — Да ты уже понял, что я пришел не на работу устраиваться. Обстоятельства так сложились: моего товарища подставили нехорошие люди под монастырь, тюрьма ему светит, вместе служили. Наверно ты слышал, недавно областного судью замочили, представляешь, прямо на свадьбе, замуж выдавал свою дочь. Убийца ему в фужер яд плеснул, — замолчав, ожидая его реакции, может, сам предложит помощь.
— Понимаю, только чем помочь? — напрягся.
Семенов над головой покрутил указательным пальцем и ладонь подставил к уху, намекая, что кабинет прослушивается.
— Зачем мне проблемы. Наигрался в шпионские игрушки в конторе, знаю, чем они заканчиваются. Спорить не буду, видеокамера полезная вещь, но устанавливать ее в свою спальню, где с женой занимаешься любовью, считаю лишним, — назвал свой кабинет спальней. — Александр, если ты говоришь правду, что твоего товарища подставили, то готов помочь. Если мы, опера, не будем держаться вместе, в одиночку нас как крыс передушат, найдутся желающие!
— Сергей, как раз я об этом хотел сказать! Почему я пришел к тебе, а не опер из органов, они побаиваются увольнения, вот и попросили меня. Сам понимаешь, все под контролем старшего брата, — подразумевая ФСБ, — человек, который подложил свинью моему товарищу из этой же конторы, правда, как и я, отставник. Работает на должности, как и ты, только на заводе. Там у них клубок змей, директор весь погряз в уголовных делах, депутат думы, мешок с деньгами, связи во всех структурах, в том же ФСБ. Коллеги-опера бессильны. Любое задание в ту же наружку или прослушку, сразу доходит до них. Результат нулевой. Деньги сейчас всем рулят. Если эта банда насмелилась убить главного судью, а в этом опера не сомневаются, то бывшего мента замочить им ничего не стоит. Поставь себя на место моего дружка, он сейчас воду пьет только из бутылки, купленной в магазине. Видеокамеру установил в кабинете, думает увольняться с завода, опять же, на пенсию не проживешь. Если решат на нем поставить крест, то вариантов лишить его жизни хоть отбавляй.
— Суки, больше их никак не назовешь! Бывал я в его шкуре, это когда меня на суде адвокаты в связке с судьей пытали, как в застенках гестапо, просили назвать причину, почему я вел наблюдение за сыночком высокопоставленного человека, чуть не пришили политическую статью. Судья знал, что я с «подводной лодки», но он играл на их стороне. Понятно, что чиновник ему денег отстегнул, следователь, который вел дело, руками только разводил, сверху на него давили, приказывали играть в одни ворота. Если тебе опера рассказывали про случай со мной, то судья всех бандитов оставил на свободе за недостаточностью доказательств. Хорошо, что так обошлось, могли и меня закрыть вместо них, в наше время нужно подальше держаться от органов. День прошел, и слава Богу, — Сергей, видать, высказался искренне. — Александр, тебе нужна телефонная распечатка, называй данные товарища, — повернулся лицом к компьютеру.
Семенов от его слов даже опешил, подумал: а Сергей с головой дружит, настоящий опер. Таких специалистов, как он, начальникам нужно держать возле себя вожжами, а они его списали с «подводной лодки». Прикрыли себе одно место, как суками их не назовешь.
— Гусев Валерий Павлович, — отбарабанил ему в ответ, боясь, вдруг он передумает.
Сергей стал работать на клавиатуре:
— За какой срок смотреть?
— Давай за месяц до сегодняшнего дня, если будет что интересное, дату сдвинем. В вашей базе информация, сколько дней хранится?
— Один год. В центральном офисе наверно хранят и дольше. Мы для них периферия, нам они не все говорят.
Семенов вынул из кармана флэшку и отдал ему:
— Места там хватит. А твоя программка не фиксирует скачивание, а то подставишь сам себя.
— Ты имеешь в виду, контролирует ли меня ФСБ? Без них никуда, но и я не лыком шит, как они ко мне относятся, так и я к ним. У них тоже рыльце в пушку, частенько ко мне заходят за помощью. Действующий сотрудник и с собой ведет отставника. И начинают мне ездить по ушам, что им нужна распечатка в отношении государственного преступника, ведь у них защита отчества превыше всего! Лживый патриотизм из их уст так и прёт! Что интересно, каждое интересующее их лицо, коммерсант или банкир, разводят их на бабки… Бывает днями сидят у моего компьютера, хотя у ФСБ есть своя такая же контора. Здание приметное, расположено тут недалеко, с маленькими окошечками, с решётками на узких окнах, высоким забором с колючей проволокой. Могли и у себя взять распечатку на объект, — назвал человека объектом, употребив машинально лексикон оперов. — Опять же, кто их туда пустит. В моей конторе, то и у них: без официальной бумаги от судьи выдавать информацию на граждан запрещено. Конституцию никто не отменял, нарушаются их права!
— Вот и мой товарищ по всем раскладам попал под молотки фейсов. Они мастера плести интриги, у жуликов все проще, перешел им дорогу они с ответом не задерживаются.
Сергей смотрел на монитор и глазами пробегал телефонные разговоры Гусева:
— Да, Александр, операм работы тут хватит. Твой гусь лапчатый мутный человек! И фамилия у него подходящая! Тут много чего интересного прочтешь, — вставил флэшку в гнездо блока, скачал информацию, подал ее Семенову. — Оставь свой сотовый, что будет по нему интересного — позвоню, зайдешь, посмотришь. Флэшку не теряй, а то на пару с тобой на нары сядем.
Семенов без разрешения взял со стола ручку и на листе записал свой номер телефона:
— Операм передам информацию на словах, точнее начальнику, он мой друг, надежный человек. Тот, кто убил судью, торопится отвести от себя стрелки. Сказать, что это Гусев, — нет доказательств, не мешало бы его проверить. Опера топчутся на месте, у них нет технических возможностей, какие имеются у ФСБ. Еще и палки в колеса вставляют. Наводит на мысль, что смерть судьи им на руку, — на прощание выдал информацию, чтобы укрепить дружбу.
— Виной всех бед деньги! Фейсы частенько ко мне обращаются за помощью — еще раз повторюсь. В обиходе их клиентов, кроме разговоров про деньги, кредиты, отсрочки, уход от налогов, дележ имущества есть одна тема наверно она самая главная — это судебные разбирательства, которые длятся годами. У богатых людей следующий день можно не смотреть — день сурка!
— Денежные проблемы сейчас не только у коммерсантов, но и у простых граждан в первой тройке. Сергей, спасибо за помощь, рад познакомиться. Пойду друга выручать, а то убийца не дремлет, каждая минута дорога, — встал и протянул ему руку.
— Удачи…
Семенов, выйдя из офиса, сев в свою машину, сразу же отправил СМС Ермакову: «Вам билетёр нужен?» — этот текст в качестве пароля говорил герой из советского фильма «Неуловимые мстители». Дав понять сообщением, что срочно нужно встретиться. Ермаков прислал ответ: «Был нужен, но уже взяли»…
Семенов открывая Ермакову дверь своей квартиры, недовольным голосом сказал:
— Входи пошустрее, а то напустишь мне тут покемонов, сам будешь их ловить. И руки сходи, помой.
— Ты чё, курнул малость?! — решил пошутить но не получив ответа дошел до ванны помыл руки, зашел в зал. Семенов уже сидел за столом, перед ним ноутбук. Подойдя к нему, детским голосом сказал:
— Дорогой папочка, руки помыл с мылом на два раза!
— У меня в ванной видеокамера, потом просмотрю, помыл на два раза или на один, — пробурчал в ответ, уткнувшись в ноутбук.
— Ты чё в детство впал, меня как школьника заставляешь мыть руки, — не понимая, почему Семенов ведет себя так странно.
— А что руки моют только школьники?! Вдруг ты ручкался с прокурором, заразу мне занесешь в дом. Бери стул, садись рядом. Будем готовить операцию «Чистые руки».
— Фёдырыч, я, наверно, в следующий раз приду, тебе надо срочно к врачу. Заговариваешься, покемонов по квартире ловишь, — обведя головой комнату. — Ни одного не вижу, что уже всех поймал?! Покажи хоть одного, никогда их не видел! — понимая, мэтр раздобыл что-то серьезное, выжидает время.