Верни нас (СИ)

В сумке зазвонил мобильный, заставив сердце на мгновение сбиться с ритма.
Неужели, мне всё же взяли в один из предыдущих ресторанов, где у меня уже прошли собеседования? Или у Глеба проснулась совесть? Прошло четыре дня, как мы с ним виделись в последний раз. После того, как он отвёз нас домой, вдоволь накатав Матвея на всех каруселях, что были в парке, разговор у нас так и не состоялся. На все мои попытки узнать, зачем ему понадобилось покупать мой ресторан и вообще, не стыдно ли ему, Глеб лишь усмехался, настаивая, что на эту тему мы поговорим позже.
— Привет, Оксана, — почувствовав укол сожаления, ответила я на звонок подруги. — Если ты звонишь узнать насчёт того моего звонка и…
— Олег в больнице, — срывающимся голосом отозвалась подруга вместо приветствия.
— Что… — я заторможено наблюдала, как останавливается мой автобус, но и шага в его сторону не сделала, ошарашенная услышанным. — Что с ним случилось?
— Я не знаю, — Оксана всхлипывала, жадно глотая воздух и делая паузы между фразами. — Сегодня позвонили… перевели из реанимации… я еду сейчас к нему.
— Едешь? — переспросила я. — Он у нас? В смысле, — я встряхнула головой. — В городской? Здесь?
— Да, — Оксана снова всхлипнула. — Они сказали, что он у них три дня был в реанимации… Его избили, Насть…
— Какой кошмар, — протянула я, стараясь подбодрить Оксану: — Раз перевели из реанимации, значит всё хорошо будет, ты…
— Ты мне тогда звонила! — перебила меня Оксана. — Ты была напугана и искала Глеба! Скажи, это он сделал…
— Нет! — категорично заявила я. — Оксан, зачем ему избивать Олега? Я… — я запнулась, почувствовав, как земля уходит из-под ног. — Я могу приехать?
— Да, можешь, — тихо ответила подруга, говоря что-то ещё, но я уже не слушала.
В тот день, когда Глеб подвёз нас с Матвеем до дома и проводил до квартиры, он взял меня за руку, осматривая ставшим ещё более отчётливым синяк и спросил:
— Значит, Олег?
Я тогда отшутилась, сказав, что это не важно, а вот что действительно важно — так это то, что я всё ещё жду от него ответов по поводу ресторана и своей работы.
Не мог же Глеб поехать к Олегу и избить его?!
Воображение тут же подкинула вариант того, как это могло бы быть… в теории, конечно, но…
Зачем Глебу это делать? Из-за синяка? Из-за меня?
Бред какой-то!
Он бы не стал лезть в наши отношения, какими бы они ни были. Да и вообще…
Посмотрев на часы, я позвонила соседке, которую попросила присмотреть за Матвеем и предупредила, что задержусь. К счастью, она лояльно отнеслась к изменившимся обстоятельствам. Нужно будет обязательно купить ей что-нибудь вкусное…
До больницы было недалеко, поэтому я довольно быстро добралась, нервно крутя в руках телефон, остановившись у входа и дожидаясь Оксану.
Мне не хотелось думать, что Глеб действительно в этом замешан, но…
То, как он смотрел на синяк, то, как ушёл в тот день и… как пропал после этого. Мне он не позвонил ни разу, как и я ему, хоть и ждала, что он всё же появится.
— Настя, — меня окликнула Оксана, скрывая заплаканные глаза за солнцезащитными очками.
— Это не мог сделать Глеб, — вырвалось из меня, когда мы вместе направились к дверям.
— Скоро всё узнаем, — подавленно отозвалась подруга, рвано кивнув на моё заявление.
Вероятно, подсуетился муж Оксаны, так как нас встретили ещё в вестибюле и даже проводили до платного отделения, в которого перевели Олега сегодня. Врачи были просто образцом вежливости, сопроводив до огромной одноместной палаты, попутно успокаивая Оксану, что всё будет с её братом хорошо.
К счастью, подруга прониклась уверенными голосами медиков, и к Олегу зашла с подобием улыбки на губах. Чего нельзя сказать обо мне. Едва я увидела лежащего в бинтах Олега, как захотелось выбежать отсюда и никогда больше не возвращаться!
Правая рука была полностью загипсована, шею поддерживал специальный воротник, лицо было почти сплошным синяком, разбавленным белым пятном по центру — фиксирующей накладкой на сломанном носу.
Как-то не вовремя вспомнилось, что нос ему я разбивала… но остальное точно не моих рук дело.
 
— Сейчас я принесу, — я так глубоко ушла в свои мысли, что пропустила начало разговора Оксаны и Олега. — Ты побудешь с ним?
— Да, конечно, — закивала я Оксане, смотря на Олега. — Здравствуй. Как… ты?
— Всё хорошо, — ответил он мне, пытаясь улыбнуться. — Я рад, что ты пришла, Стася.
Оксана похлопала меня по плечу, перед тем как выйти из палаты. Я же сделала несколько шагов в сторону кровати, подбирая слова для своей следующей реплики.
Мне было важно узнать, что произошло с Олегом. Мне было нужно узнать, что Глеб не при чём.
— Это сделал Глеб, — уверено произнёс Олег, как только мы остались одни, словно читая мои мысли и отвечая на так и не озвученный вопрос.
— Что? — выдохнула я, почувствовав, как на мгновение у меня потемнело в глазах.
— Что слышала, — с нажимом повторил он.
— За что? — тихо спросила я, всё ещё не до конца веря этим словам.
Да, я подозревала, что Глеб вполне мог это сделать. В теории мог сделать! Но никак не ожидала подтверждения своим мыслям…
— Потому что он — больной урод, — яростно прохрипел Олег. — Он опасен, Стася. Можешь не верить, но даже Варвара намекала на его вспышки агрессии.
— Бред какой-то, — прошептала я, прикрыв глаза. — Как… как это произошло?
Ни тогда, когда мы были вместе, ни сейчас, с момента появления Глеба в моей жизни снова, я не замечала ничего подобного. Да о чём тут вообще говорить! Его на эмоции вывести в принципе всегда было сложно! Даже на крик вывести проблематично, чего говорить о большем! Нет, у меня в голове это не укладывалось просто!
— Вечером, после нашего похода в кино, — Олег сделал паузу, тяжело сглатывая. — Мы договорились встретиться. Я всего лишь напомнил ему про Варю и про их отношения. Сказал, что не потерплю такого отношения к тебе… А он как с цепи сорвался! — зло припечатал он, не став вдаваться в подробности. — Но, не переживай, — заверил меня Олег, кивая своим мыслям. — Он больше никому не причинит вреда.
— Ты… — я подавилась воздухом, судорожно закашлявшись. — Ты что-то сделал с ним?
Здравый смысл тут же дал мне мысленную оплеуху — как Олег мог что-то сделать? Его только сегодня перевели из реанимации, как только он очнулся. И первым делом он попросил связаться с сестрой, а не побежал мстить своему обидчику.
— Сделаю, — заверил меня Олег. — Я его посажу. Ни к тебе с сыном, ни к Варе, он больше не сможет подойти. Не переживай.
Вопреки его фразе, меня почти затрясло от услышанного.
Глава 25
— Аппарат вызываемого абонента выключен или находится вне зоны действия сети, — заторможено повторила я за механическим голосом, прозвучавшим на том конце провода.
Отложив телефон, я подошла к окну, устало положив ладони на подоконник и опустила голову. Вчера, как только мы с Оксаной вышли из больницы и разошлись, я первым делом достала телефон и набрала номер Глеба.
В голове стучали лишь сухие фразы, сказанные врачом, когда он перечислял нанесённый вред здоровью Олега.
Сотрясение мозга…
Множественные ушибы…
Перелом со смещением…
Возможно, понадобится ещё одна операция…
Я не знала, что хотела сказать Глебу, или услышать от него. Олег чётко озвучил, когда всё случилось и почему. Но… Какая-то часть меня надеялась на ошибку. На какое-то досадное недоразумение. Или на какую-то настоящую причину случившейся драки… Да. Мне было нужно услышать хоть что-то, что могло бы оправдать Глеба.
Глупо?
Ещё как!
После всего, что я пережила по вине бывшего. После того, как он меня растоптал, и я научилась жить заново, без него и растила одна нашего сына. После всего… я хотела, чтобы слова Олега оказались ложью. Но… телефон Глеба был выключен.
Я звонила несколько раз, пока добиралась до дома. Затем, звонила, после того как забрала Матвея от соседки. Звонила, когда мы с сыном поужинали. И даже уложив ребёнка спать, я, вместо того, чтобы тоже лечь, набирала номер Глеба, надеясь, что телефон вот-вот включится.