Верни нас (СИ)

— Точно издеваешься, — мне ничего не оставалось, как идти за ним следом.
— И в мыслях не было, — продолжая улыбаться, Глеб складывал на столе коробочки с логотипом известного ресторана. — Просто захотел поужинать.
— Мог это сделать на месте, а не просить еду на вынос, — я обречённо прислонилась к стене, наблюдая за его действиями.
Выложив всё из пакетов, Глеб закатал рукава и подошёл к раковине.
— На месте у меня не было приятной компании, с которой бы захотелось разделить ужин, — намылив руки, он обернулся на меня. — Поужинаешь со мной?
— Сыта по горло я что-то, Глеб, — выдохнула я, совершенно растерявшись.
— Ты ела сегодня? — вытирая руки, бывший обернулся на меня, ожидая ответа.
— А если бы я не взяла трубку, чтобы ты делал? — проигнорировав его вопрос, спросила я, мотнув головой на упаковки с ужином. — Если бы я спала?
— Тогда бы я поехал в гостиницу, — просто ответил Глеб, отворачиваясь от меня и доставая чистые тарелки из шкафчика. — Но я знал, что ты ещё не спишь.
Знал он… Даже комментировать не стала его заявление, наблюдая, как он вскрывает коробочки и раскладывает еду по тарелкам. Пахло на самом деле так, что у меня слюнки потекли. Не в прямом смысле, конечно, но всё же.
— Может, разогреть? — предложила я, смотря на аппетитные кусочки мяса с овощным гарниром.
Есть я не собиралась, но раз Глеб всё равно сейчас готовится поужинать, не заставлять же его есть холодное? Микроволновку мне не жалко. Ведь, чем быстрее он поест — тем быстрее уйдёт.
Я надеюсь.
— Я сам всё сделаю, — улыбнулся мне Глеб. — Садись и отдыхай. Тебе рекомендован покой.
— Кем? — уточнила я, оставаясь стоять на своём месте.
— В выписке, — пояснил Глеб. — Ты её в машине оставила и не читала, да?
— Послушай…
— Садись, — бывший выдвинул стул, выразительно смотря на меня и ожидая. — Один ужин. Один разговор. Я не так много и прошу.
— А, так это ты сейчас просишь! — изобразила я удивление. — А мне показалось, что просто ставишь перед фактом.
— Настя, — Глеб подошёл ко мне почти вплотную, и я с трудом удержала себя на месте. Желание шарахнуться от него в сторону было как никогда велико. — Нам действительно нужно поговорить. Или ты и здесь со мной не согласишься?
— Мы могли всё обсудить по телефону, — тихо ответила я, по стеночке подойдя к стулу и опустившись на него.
Близость Глеба давила на меня. В нос снова ударил запах его туалетной воды, и спрятаться сейчас мне было просто больше некуда. Только сесть за стол и надеяться, что больше Глеб нависать надо мной не будет, заняв место напротив.
— Нет, — категорично отозвался Глеб на моё заявление про телефон, вернувшись к сервировке стола. — Ты меня вживую кусать пытаешься, даже представлять не хочу, во чтобы скатывались наши телефонные разговоры.
— В чёрный список бы они скатились! — огрызнулась я, задетая его фразой.
Кусать я его пытаюсь! Спасибо бы сказал, что вообще с ним разговариваю!
— Видишь, — едва заметно улыбнулся Глеб, доставая из ящика вилки и пару ножей. — Ты и сама понимаешь, что нам с тобой лучше разговаривать лицом к лицу. Так всегда было лучше. Помнишь?
— Это было слишком давно, — я мотнула головой, отгоняя ненужные воспоминания, вызванные его словами. — Многое изменилось. Я изменилась.
— Я тоже, — серьёзно ответил Глеб. И сейчас на его лице не было даже намёка на улыбку.
Глава 17
— Снова поступила? — удивился Глеб, когда я упомянула про заочное. — Но раньше ты…
Он замолчал, опустив глаза на кружку с чаем, что держал в руках.
С поздним ужином было покончено, и, честно говоря, мясо мне понравилось. Даже очень. А вот с беседой у нас что-то пошло не так. Разговор явно не клеился.
Глеб осторожно задавал вопросы про мою жизнь, я, так же осторожно, отвечала, мысленно одёргивая себя, чтобы не язвить ему и не сыпать претензиями. Думаю, тот факт, что я никогда его не прощу — он и так прекрасно знает. Как и то, что я ему не очень рада. Мне оставалось напоминать себе, что я взрослая самостоятельная женщина и вполне могу пережить несколько часов без истеричных упрёков в его сторону. В конце концов — он, и всё что было с ним связано, в прошлом. Кроме Матвея, разумеется. Но насчёт сына Глеб не торопился задавать вопросы.
 
— Да, Глеб, — когда пауза затянулась, я медленно отпила чай, поставив кружку на стол. — Тогда я училась. Потом стало не до получения диплома. Сейчас Матвей стал достаточно взрослым, чтобы я смогла доучиться.
— Он замечательный, — тихо произнёс Глеб, едва заметно улыбнувшись. — На меня маленького похож очень. А вот глаза твои унаследовал.
— Угу, — буркнула я, снова взяв в руки кружку.
— Настя, — позвал он меня, вынуждая поднять на него глаза. — Я и так уверен, что Матвей мой. Но тест всё равно нужно будет сделать.
— Зачем? — я нахмурилась.
— Я хочу оформить всё официально, — на этих словах бывшего я закашлялась, подавившись чаем. — Я так понимаю, ты против?
— Я просто не понимаю, а зачем? — прочистив горло, пояснила я своё удивление.
Допустим, Глеб решил потешить себя и дать сыну свои отчество и фамилию. Очень мило, конечно, но мне эта лишняя волокита была ни к чему. Да и больше скажу — это всё добавило бы мне лишних проблем. Жить с сыном под разными фамилиями? Да я с ума сойду, как только потребуются куда-то справки или ещё что!
— Он мой наследник, — пояснил Глеб, всем своим видом показывая, что к предстоящему спору на эту тему готов, и свою позицию будет отстаивать до последнего. — Всё, что есть у меня — по праву достанется Матвею.
— О, а ты умирать собрался? — я криво усмехнулась. — И много накопил?
— Никогда не знаешь, Настя, что принесёт тебе новый день. Ситуации бывают разными. Никто и ни от чего не застрахован, — вкрадчиво пояснил Глеб. — Я хочу быть уверенным, что Матвей и ты…
— Слушай, — перебила я его. — Если ты так хочешь что-то оставить Матвею — можешь открыть на его имя счёт. Мне от тебя ничего не нужно.
— Настя…
— Да и вообще, — снова не дала я ему вставить слово, — однажды ты наиграешься в отцовство. Женишься, заведёшь ребёнка… Тебе станет не интересен взрослый и чужой, по сути, мальчишка. А у меня останутся лишь проблемы от твоего поспешно-запоздалого благородства и…
— У меня не будет детей, Настя, — заявил мне Глеб. Настала его очередь повышать голос и перебивать меня. — Никогда. Это официальный диагноз. Если бы не Матвей… для меня это всё очень важно. И, нет. Я не наиграюсь в отцовство. Для меня это далеко не игра.
— Не будет детей, — медленно повторила я за ним, снова схватив свою кружку, стараясь скрыть дрожь в руках. — Подцепил какую-то инфекцию, бурно развлекаясь?
— Можно сказать и так, — ответил Глеб.
«Так тебе и надо!» — чуть не сорвалось с моего языка, но…
Было что-то такое во взгляде Глеба, что я интуитивно почувствовала, что он врёт. Лжёт мне глядя в глаза.
— Правду не расскажешь? — спросила я, пытаясь прочитать его мысли. — Что случилось?
На мгновение в памяти ожило наше прошлое. Редкие ссоры, когда я дулась на него, обижаясь на его неразговорчивость. Глеб был из тех людей, кто мало говорит, но много делает. Чьи чувства проявляются в мелочах. Сделать кофе утром, или сходить в магазин, без лишних напоминаний. Встретить, проводить, обнять… Раньше я многое могла понять по одному его взгляду. Но сейчас всё было иначе.
— А разве правда что-то изменит? — ответил вопросом на вопрос Глеб.
— Раньше я думала, что ты единственный, кому я могу доверять. Ты не убегал от правды. Ты был верен своим принципам, как мне тогда казалось, — я грустно улыбнулась, покачав головой. — А сейчас… то ты зачем-то врёшь мне насчёт своих отношений с Варварой, то нагоняешь тумана на свои болячки. В целом, мне не так и интересно.
— У меня нет никаких отношений с Варварой, — чуть ли не по слогам произнёс Глеб. — Я думал, эту темы с тобой уже закрыли.
— Да, ты прав, — протянула я, поднимаясь на ноги. — Нет никаких отношений. А про свою проблему ты ей рассказал, потому что… всем подряд рассказываешь? Да, это похоже на правду. Ты ведь у нас теперь на диво разговорчив! Даже посторонним и совершенно никак не связанным с тобой женщинам выдаёшь всю свою подноготную при первой возможности…