Чужие звезды (СИ)

— Именно сейчас? Я только что с Тамау прилетела!
— Ты устала? — спрашивает он.
— Не очень.
— Тогда зачем откладывать?
— Мне надо хотя бы душ принять и переодеться!
— Хорошо. Только надень брюки!
— Мы… на этом поедем? — я указываю на мобайк.
— Боишься? — усмехается тен Наро.
— Нет, просто никогда на таком не ездила!
— Да ну?
— У нас нет таких дорог, как здесь. Только пешеходные, да тропки для квадроциклов вокруг посёлков.
Пока я принимаю душ, Дина находит мне подходящие брюки. Потому что у меня есть только спортивные шорты. Сжевав на ходу бутерброд, я выхожу из дома. Зачем я это делаю? Цепляюсь за призрачную надежду обрести того, кому можно доверять?
— Ничего, что уже темнеет? — спрашиваю я.
— Ночью меньше мобилей, сможем разогнаться как следует!
Тен Наро помогает мне застегнуть шлем и я усаживаюсь на кожаное сиденье за его спиной. Он так стремительно срывается с места, что я изо всех сил вцепляюсь в его куртку.
— Держись крепче! — слегка обернувшись, кричит он.
Если мы во что-нибудь врежемся, даже регенератор не поможет, — проносится в голове. Но я умею мгновенно давить подобные мысли.
После пары виражей, от которых у меня голова вжимается в плечи и по коже пробегает мороз, я, наконец, начинаю привыкать. Для полной уверенности я обнимаю тен Наро и сцепляю пальцы перед его грудью. Ничего личного, просто безопасность!
Совсем скоро я уже смотрю по сторонам и поражаюсь, как быстро, сливаясь в полосы, мимо нас проносятся огни погружающегося в ночь города. Мы проезжаем его насквозь и разворачиваемся на гигантской многоуровневой развязке, где внешняя кольцевая магистраль пересекается с выходящим из города шоссе. Кажется, мне начинает нравиться. И чем дальше, чем быстрей, тем больше! Такого я ещё не испытывала! Это похоже на первый полёт.
Кейн поворачивает к мосту через реку. Издалека он выглядит лёгкой ажурной аркой. Вблизи же становятся видны удерживающие его мощные крепления из сверхпрочного металла. Вздымающаяся перед нами серая лента дорожного покрытия кажется бесконечно уходящей в небо. Кейн выжимает из мотора всё, что можно, и вот мы уже на самом верху. Я замираю от восторга перед открывшейся панорамой ночного Эйлара. Почему он не показал мне этого раньше?
Теперь мы несёмся вниз, и кажется, что вот-вот взлетим. Такая скорость явно не для наземного транспорта. Я не нахожу слов, чтобы передать эти ощущения. Как будто я становлюсь одним целым с небом, с воздухом, да со всеми стихиями мира! Кейн, похоже, чувствует то же самое, потому что наши голоса сливаются в единый ликующий крик.
— Теперь мы в расчёте! — говорит он, когда, наконец, останавливается. Он паркует мобайк рядом с ночным кафе на набережной и забирает у меня шлем.
— Ты проверяла меня, а я тебя! — отвечает он на мой недоуменный взгляд. — Знаешь, этот способ хорошо помогает отсеивать домогающихся красоток! Последняя и минуты не выдержала. Визжала так, что даже через шлем чуть не оглушила!
Мне неприятно слушать такое, и я уже собираюсь сказать ему что-нибудь едкое в ответ. Но он вдруг произносит:
— Я был неправ тогда. Мне следовало выслушать тебя.
Я молчу. Я не знаю, что сказать на это. То, о чем я думала тогда, теперь кажется потерявшим смысл.
Кейн проводит меня к столику на открытой террасе. Я разворачиваю экран, чтобы написать Дине, что со мной всё в порядке, и замечаю новое сообщение. От Дейна тен Заро. Мне становится не по себе. Я не хочу играть с огнем и удаляю его, даже не просмотрев.
Видимо, что-то все-таки отражается у меня на лице, потому что Кейн спрашивает:
— Что-то случилось?
Я рассказываю ему о знакомстве с тен Заро. Он мрачнеет.
— Это один из самых могущественных кланов! И они привыкли добиваться своего.
Только этого не хватало, — думаю я. — Мало мне тен Соро, теперь еще и этот…
Желая перевести разговор на другую тему, я спрашиваю:
— Ну и как тебе быть миллионером?
— Я думал, это что-то изменит. Но нет. Просто цифры на счете. Хотя в процессе было интересно. Я вошел в такой азарт, что забывал про еду и сон!
 
— В вашем мире деньги дают больше возможностей!
— Это да. Вот думаю флаер купить. Научишь меня?
— Можем начать хоть завтра на нашем. Только обруч для управления сделай!
— Ты хороший учитель! Я каждый день делал те упражнения!
— Мы можем попробовать пойти дальше. Вдруг у тебя уже получится телепатический контакт? Только не здесь и не сейчас.
— Да, конечно, — соглашается Кейн.
— И я не учитель. Всего лишь преподаватель.
— Какая разница?
— У нас очень большая!
— Расскажи!
— Смотри, каждому человеку когда-то приходится обучать своих и чужих детей, коллег, проводить стажировки или курсы по своей специальности. Это просто преподавательская деятельность, азам которой обучают в каждом лицее.
Учитель же — это своего рода общественный статус. Человек, которого особенно уважают, к чьему мнению прислушиваются. Чтобы им стать, надо достичь высот мастерства в своем деле, иметь авторитет и безупречную репутацию. Потом получить рекомендации как минимум трех других учителей и пройти годичное обучение в академии. Учителя руководят образовательными сообществами и состоят в сетях профессиональных лицеев в разных сферах. Короче, организуют работу и поддерживают единство системы образования всего Нового Айрина.
— Разумно! — восхищается Кейн.
Тем временем приносят наш заказ. Кафе принадлежит к самым дорогим и качество еды здесь приличное даже по нашим меркам.
Наверняка берут продукты в экопоселениях, соображаю я.
— Скажи, Тэми, — спрашивает вдруг Кейн, — что для тебя самое трудное в нашем мире?
— Лгать и притворяться! — отвечаю я, не задумываясь ни на секунду. — Я даже к страху уже начинаю привыкать.
— Тебе угрожает какая-то опасность? — обеспокоенно спрашивает Кейн.
— Давай не будем об этом!
Пойдем, прогуляемся, — предлагает он.
Мы идем вдоль набережной, и он спрашивает:
— Ты правда хочешь домой?
Он издевается, что ли? Я молча киваю.
— Есть один способ. Он, правда, потребует определённых усилий и финансовых вложений.
— Какой же?
— Ты ведь знаешь, что у нас имеется вторая обитаемая планета — Вельдин. Там в основном добывают ценные ресурсы. А ещё он просто кишит монструозными тварями. Хищными ящерами, гигантскими пауками и прочей дрянью. Туда пару раз в месяц ходят пассажирские звездолеты. И некоторые богатые аристократы частенько выбираются туда поохотиться. Поэтому присутствие на борту звездолёта людей с оружием не вызовет подозрений. А дальше — дело техники. Изолировать охрану, ее там немного, и вперёд, домой!
  
Глава 31
 
— Ты всерьёз предлагаешь мне захватить и угнать пассажирский звездолёт? — переспрашиваю я.
— Совершенно верно! И это вполне реально. Я даже навел справки. Обеспечение безопасности там чисто символическое.
— Это абсолютно неприемлемо! Там мирные люди! Наверняка будут дети!
— Но ведь никто их и пальцем не тронет! Ну, поболтаются в космосе пару лишних месяцев до встречи с вашим звездолетом.
— А если что-то пойдёт не так и кто-нибудь из них погибнет? Как потом жить с этим?
— То есть тебя данный вариант не устаивает?
— Абсолютно!
— Этический свод, да?
— Считаешь нас упёртыми фанатиками?
— Почему? На мой взгляд, ваши принципы заслуживают уважения.
Какое-то время мы молча шагаем вдоль набережной. Я смотрю на реку, где дрожат расплывчатые отражения фонарей и светящихся вывесок.
— А если тебе будет угрожать серьёзная опасность? — спрашивает Кейн.
— Но ведь можно же тогда что-то другое придумать. Допустим, затеряться где-нибудь в экопоселениях.
— То есть ты готова обречь себя на безысходное прозябание? Никогда больше не подняться в небо? Не получить нормальной помощи, даже если заболеешь или получишь травму? Наконец, не прожить свои 180–200 лет, состариться и умереть в том возрасте, когда имеющие доступ к регенератору еще ведут активную жизнь и даже рождают детей?