Лили и узник магии

Лили с надеждой посмотрела на остальных ребят:
– А вы хотите?
В Доме Феллов всех учеников пичкали старинными износившимися заклинаниями, чтобы их естественная магия не смогла вырваться наружу. Им говорили, что магия – зло, а быть волшебником – стыдно. Лили и Джорджи надеялись, что смогут найти в школе ребят, похожих на них, которые хотят бороться за свои силы, но вместо этого они увидели детей, ненавидящих волшебство в своей крови.
Мальчик сморщил нос и сжал кулаки, но потом вздрогнул и, улыбнувшись, поднял глаза на Лили.
– Я бы с радостью попробовал, – признался он. – До сих пор не понимаю, что именно с нами делали в школе. Мне кажется, я наконец-то свободен… В смысле, не просто вырвался из школы. Я ощущаю свободу внутри себя.
Мэри смущенно подняла руку. Ее, еще совсем младенца, кто-то оставил в каменной колыбели на стене, что ограждала Дом Феллов, вероятно, подумав, что девочка – дочь ведьмы.
– А я ничего не чувствую, – сказала она, будто извиняясь. – Никакой свободы… Не уверена, что умею колдовать. Я никогда не была в этом уверена.
Генриетта подбежала к девочке и потерлась мордочкой о ее босые ноги.
– По-моему, ты вовсе не волшебница, – огорченно сказала она. – Ты сильно расстроилась?
Мэри села рядом с собакой на землю, усыпанную ветками.
– Да не особо… но что же мне теперь делать?
Лили села рядом.
– Никто не знает, что нам делать дальше. Дракон обещал отвезти нас в театр. Но понятия не имею, что будет потом. По-моему, хуже Дома Феллов места нет. Так что я согласна на что угодно.
– Вы же не бросите меня? – прошептала Мэри.
Серебристый дракон недовольно фыркнул, и Мэри, покрывшись мурашками, прижалась к Лили.
– Прости, девочка, не хотел тебя напугать. Я очень зол, но это не твоя вина. – Он размахивал хвостом из стороны в сторону, и на головы детей сыпались листья. – Поверить не могу, что мир так испортился, пока мы спали! – Он наклонил голову к Лили и Мэри. – Мы ни за что тебя не бросим! – Передними лапами он обхватил принцессу Джейн, показывая, как будет ее защищать, если что-то случится, и, вывернув шею, носом дотронулся до Питера, сидевшего на его спине. – Пусть ко мне подойдут те, кто думает, что в них нет магической крови. Посмотрим, что у нас получится. Юная магия невероятно вкусная! – Под конец его голос стал бархатистым и привлекательным.
Примерно пятнадцать ребятишек, вздохнув с облегчением, отделились от остальных и подбежали к дракону. Тот положил хвост, будто скамейку, у передних ног и доброжелательно сказал:
– Садитесь, дорогие.
– Неужели мы сейчас сотворим настоящее заклинание? – восхищенно спросила Лотти, подпрыгнув от удовольствия. – Лили, пожалуйста, научи меня!
– Я сама не очень в этом разбираюсь. – Та обернулась к сестре и Генриетте. – Все получается само собой. Так, раз мы все будем пытаться сотворить одно и то же заклинание, нам надо повторять движения друг за другом…
– Возьмитесь за руки, – предложила Генриетта, обнюхивая ноги детей.
– Да, точно! – Лили поймала ладошку Лотти, а вторую руку протянула мальчику, который радостно ее подхватил. В Доме Феллов мальчикам и девочкам было запрещено общаться. Скорее всего, этот мальчик много лет не прикасался к девочке! Его дрожащая ладонь оказалась сухой и горячей.
– Спрячь нас, – прошептала Лили и оглядела испуганные, но счастливые лица. Дети встали в круг, Генриетта бегала между их ног, будто играя в странную, никому не известную игру. Лили чувствовала не просто теплоту ладони Лотти и робко обхватившие ее пальцы мальчика – она чувствовала магию, которая быстро наполнила круг юных волшебников. Столько лет эту силу сдерживали, и вот она переливалась из ладони в ладонь, от мальчика к девочке. Когда рука мальчика, стоявшего рядом с Лили, засияла от волшебства, он удивленно ахнул:
– Что происходит? Я ничего не делал! Мне казалось, мы должны произнести какие-нибудь слова…
– Ты прав, слова иногда нужны, – ответила Лили. – Но иногда нет. Магия появляется сама. А ты даже не можешь понять, откуда…
Генриетта ткнулась носом в ногу Лили и довольно посмотрела на девочку. В ее темной шерстке блестели искры волшебства.
 
– Давайте все подумаем об укрытии! – громко сказала Лили.
Дети крепче взялись за руки, испуганные и довольные, они наслаждались разливавшейся вокруг магией. Рыжие кудри Лотти засветились, волшебство проникло в каждый волосок. Когда рыжая косичка Элизабет, сестры Лотти, расплелась сама по себе и волосы рассыпались по ее спине, девочка вскрикнула.
– Спрячь нас, – повторила Лили, хотя ей не хотелось говорить ни слова – пусть дети наслаждаются первыми мгновениями магии в тишине. – Помоги. Пожалуйста, подумайте все о стене, что оградила бы нас от чужих глаз.
– Нет! – Мальчик попытался вырвать руку из ладони Лили. – Хватит с меня стен! Их в Доме Феллов было предостаточно!
– Хорошо, тогда давайте сотворим изгородь, – предложила она. Когда Декрет запретил магию, о волшебных сказках все забыли. Но однажды дома в Меррисот Лили нашла старинную книгу сказок. Девочка запомнила красивую картинку из книги: непроходимые заросли колючего шиповника.
– Пусть лес темнеет, деревья – разрастаются. Тогда люди не пойдут сюда, они испугаются! – Лили закрыла глаза и представила виноградные лозы, плющ и шиповник, что закроют собой тропинку к лесу.
– Смотри! – прошептала Джорджи, и Лили открыла глаза.
В рыжих волосах Элизабет переливались маленькие виноградные лозы и белые цветки шиповника, а по прядям вились колючие стебли. Ее зеленые глаза заблестели, а щеки разрумянились. Вдруг Лили заметила за деревьями призрачную живую изгородь, усыпанную цветами и листьями. Ребята знают, что это магия, но остальным людям изгородь будет казаться настоящей.
– Ничего себе! Это так… волшебно! – восхитилась Элизабет, и все ребята посмотрели на нее.
– Какое у тебя красивое платье! – восхищенно заметила одна девочка. – Ты же была в ночной рубашке, да?
И правда, сейчас на Элизабет было длинное белое платье, юбку которого украшали шелковые цветы.
– Оно прекрасно! – Джорджи погладила вышивку. – Посмотрите только, как оно сшито! Наверное, магия почувствовала твою любовь к рукоделию и решила помочь! Я даже не думала, что можно вышивать с помощью заклинания!
Лили обменялась с Генриеттой взглядами. Когда девочки жили в театре, Джорджи много времени проводила в костюмерной, помогая шить наряды – ей это очень нравилось. Если только у Лили на платье появлялась дырка или пятно – Джорджи была тут как тут. Лили же шитье никогда не нравилось, а магическое вышивание казалось таким же унылым, как обычное.
Элизабет и Джорджи сели рядом с принцессой и стали любоваться новым платьем. Остальные ребята, разбившись на группки, пытались снова призвать магию.
– Заклинание вышло очень красивым! – Лотти, широко зевнув, прислонилась к теплой чешуе дракона. – Может, еще поколдуем? – сонно спросила она.
– Хорошо, только попозже, – пообещала ей Лили. – Сейчас надо поспать. Скоро опять в путь!
Но Лотти уже заснула.
Когда Лили проснулась, в лесу царил полумрак. Руки девочки сильно затекли, потому что она спала в обнимку с Лотти. Джорджи сидела рядом, а Генриетта свернулась калачиком у ее ног. Внезапно на Лили накатила волна страха: кого-то не хватает! Но кого? Этого она никак не могла понять, но вдруг увидела Питера. Вытянув ноги, мальчик сидел прямо перед ней. Его сонные глаза смотрели на Лили так, будто он наконец вспомнил, кто она такая. Девочка улыбнулась, и Питер улыбнулся ей в ответ.
Когда Лотти проснулась, она огляделась и тронула Лили за руку. Движение ее было быстрым, но настойчивым, и та обернулась. Она сразу поняла – Лотти считает ее главной. Ответственной за всех ребят.
– Я есть хочу, – пожаловалась Лотти, и голос ее слегка дрогнул.
– Понимаю, – кивнула Лили. – Я тоже хочу. Но у нас ничего нет. Магией еду не сотворить. Все равно нужны какие-нибудь продукты… – Она посмотрела на дракона. Тот зашевелился. – Мы поедим в Лондоне. В театре есть еда. Да и вообще в Лондоне много магазинов и кафе, – добавила она.