Горгулья из главного управления (ЛП)

Как будто я еще недостаточно чувствовала себя мертвой, мои глаза находят Влада в другом конце комнаты. Он прокладывает себе путь к свободному месту за пару столиков от нас с тарелкой, полной яичницы-болтуньи, и стаканом апельсинового сока, который кажется крошечным по сравнению с его большими руками.
Влад. Черт возьми.
У меня впереди еще несколько дней встреч и нахождения с ним в одной комнате; о чем я думала, позволяя ему охранять дверь, пока я дрочила себе?
О чем я думала до этого, когда поцеловала его в баре?
Просто глядя на него прямо сейчас, я чувствую, что все еще прохожу собеседование на работу, которая есть у меня уже много лет.
Он, должно быть, думает, что я такая непрофессиональная, напиваюсь, разгильдяйствую и вцепляюсь в его лицо, как какая-то первобытная слизь, намеревающаяся поглотить его душу. После того, как я сказала ему, что я сирена, я могу только представить, что в его представлении я стала каким-то извращенным хищным существом, намеревающимся высосать его душу через его член.
С другой стороны, насколько профессиональной он мог считать меня раньше, увидев мой вибратор в линии проверки багажа, размышляю я, чувствуя, как мой желудок скручивается от беспокойства.
— Ты смогла вывести пятно с тех штанов? — спрашивает Деанна, выводя меня из состояния фуги.
Влад переводит глаза на меня, наши взгляды притягиваются почти магнетически, и мне кажется, что меня ударили ножом в грудь. Я опускаю взгляд на свои туфли и всерьез подумываю о том, чтобы принять предложение Деанны позволить мне притвориться больной на день.
— Они все еще мокнут в раковине, — снова лгу я, потому что они скомканы на полу моего гостиничного номера вместе с остатками моего достоинства. Это не сработает. Я не могу прогуливать каждый день в этой поездке.
Когда снова приходит время презентаций, я сажусь в дальнем конце комнаты, оставив между собой и Владом как можно больше стульев.
Начальник службы безопасности нашей компании — гигантское глазастое существо, названия которого я не помню, — кратко рассказывает о том, как не пускать никого без значка компании в офисные здания, чтобы предотвратить появление новых потенциальных спасителей мира смертных. Я достаточно работала из дома, не осознавая, что это становится все большей проблемой, но я не могу особо задумываться над этим.
Мое внимание возвращалось к Владу каждые десять минут или около того, просто чтобы убедиться, что он не похож на грозовую тучу, нарушающую личные границы. Я думаю, он выглядит нормально. С иголочки, примерно так же, как обычно. Он определенно пользуется гладильными досками в отеле. Хотя я не могу точно сказать, потому что каждый раз, когда я оглядываюсь на него, он ловит мой взгляд, и дрожь неловкости угрожает похоронить меня.
Я пересаживаюсь на сегодняшних утренних презентаций и для разнообразия сажусь рядом с Кэти. Я больше не могу выносить бесконечный позитив Деанны, как она собирается совершить еще одну пробежку позже, чтобы у нее хватило энергии на сегодняшний вечер. Помимо этого, теперь я сижу почти за креслом Влада, поэтому он не увидит, как я часто поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него.
Кэти приветствует меня едва слышным ворчанием. Она, вероятно, думает, что я здесь, чтобы отчитывать ее по причинам, связанным с отделом по работе с монстрами.
— Почему сейчас только десять утра? Убей меня прямо сейчас, — ворчит она, и это немного освежает — найти кого-то столь же несчастного, как и я.
— Нет, сначала меня. Я побывала в большем количестве подобных мест, чем ты, — отвечаю я. Кэти скрывает смешок за вздохом.
— Ладно, никаких встреч на это утро, — объявляет Лили, выпархивая в переднюю часть комнаты, держа в руках небольшой планшет с планом мероприятий. — Все приготовьтесь к упражнению по тимбилдингу!
Исчезает всякая надежда, которая у меня была на то, чтобы пережить остаток этой поездки.
Кэти закатывает глаза и вздыхает.
— Увидимся в аду.
— Я отправлю приглашение на встречу.
Едва ли мы единственные, кто стонет, и, похоже, это застало большинство людей врасплох.
 
Лили продолжает:
— Не волнуйтесь, это не обычные упражнения на сближение, которые все делали миллион раз до этого. Мы приложили немало усилий, чтобы найти несколько уникальных способов узнать больше о сильных сторонах вашего коллеги и о том, как более эффективно работать вместе. Теперь я хочу, чтобы все…
Я на мгновение прищуриваюсь, на самом деле не слушая. Как именно называется ее должность? Она работает здесь или просто всегда находится на расстоянии вытянутой руки от Совена с маленьким блокнотом и тремя ручками, засунутыми в ее маленький светлый пучок?
Не думаю, что хочу знать, потому что, честно говоря, любой, кто освоил такой уровень самоорганизации, отчасти пугает меня. Однажды, когда я только начала здесь работать, она прислала мне электронную таблицу, и я сразу поняла, что знаю, как использовать это в своем резюме.
Первое упражнение требует от всех в комнате рассчитаться до тридцати. Я предполагаю, что это означает, что здесь тридцать человек, так что мы могли бы подумать, что это будет легко. Но когда два человека одновременно произносят одно и то же число, все начинается сначала.
Неудивительно, что на это уходит около получаса, и это вызывает стресс, только если вы внимательны. Я не думаю, что мы на самом деле справляемся с этим заданием, потому что в какой-то момент Лили решает, что прошло больше времени, чем она выделила, и нам нужно двигаться дальше.
— Хорошо, в следующем упражнении мы попробуем собрать головоломку с руками! — объявляет Лили и быстро начинает делить комнату. Она нажимает на слайд с указаниями и картинкой, на которой несколько людей и монстров стоят небольшим кругом, все держатся за руки с двумя случайными людьми напротив них. У меня неприятное чувство, что я знаю кто будет этим человеком.
— У меня нет… рук… — начинает бормотать Кэти себе под нос, потому что ее «руки» на самом деле больше похожи на крылья с когтистыми кистями. Может показаться, что у нее локти сгибаются в том же месте, что и у человека, но структура костей внутри совершенно иная.
Прежде чем я успею предположить, что эту игру можно пропустить, Кэти, к сожалению, переводят в другую группу. Я моргаю и понимаю, что все довольно быстро сгруппировались, пока я стояла и искала выход. Если это не краткое изложение всей моей жизни, то я не знаю, что это.
Рука Лили ложится на мою руку, а затем появляется ее слишком яркая улыбка, уводящая меня в другой конец комнаты. Мало надежды, что это будет лучше, чем пытаться не заснуть в течение еще четырех часов совещаний.
— Этой группе не помешал бы еще один участник, — говорит она мне, и когда я поднимаю взгляд, мое лицо заливается краской при виде вырезанных из камня крыльев.
8
В нашей группе есть еще пара человек, но я перевожу взгляд на свои ботинки, шаркая ногами, чтобы встать с ними в небольшой круг. Я складываю руки на груди и стараюсь не выглядеть так, будто сжимаю себя в руках, чтобы мой фасад небрежности не развалился, даже когда я чувствую, как он рассыпается в моих потных ладонях.
Даже сосредоточившись на полу, я все еще ощущаю незначительную разницу температур из-за того, что стою в его тени, то, как его крылья парят в нескольких дюймах от моей кожи. Я вдыхаю его одеколон, тонкие ароматы, которые заставляют меня думать о восхождении на гору, о том, как дыхание вырывается паром в холодном воздухе, и о том, как я цепляюсь за ели.
Трудно удержаться, чтобы не взглянуть на него, и когда я это делаю, то ловлю его взгляд на себе.
Я быстро отворачиваю голову. Он заметил, что я смотрю на него.
И он тоже смотрел на меня.
После нескольких мгновений, когда сердце бешено колотится, я украдкой бросаю еще один взгляд, и теперь он тоже отводит глаза. Я смотрю на него еще несколько мгновений, слишком долго, слишком явно, и он снова ловит мой взгляд. На этот раз я не отвожу взгляд. Я должна. Он слегка улыбается, и я отвечаю ему тем же.