Любовь – это путешествие
– Боги, мне так стыдно, простите… – Беру салфетку с его стола и яростно вытираю раскрасневшиеся щеки.
– Проблемы с молодым человеком?
Киваю и сажусь в кресло.
Этьен качает головой.
– Конечно, это не мое дело, но ни один парень не достоин, чтобы из-за него плакали в туалете. Такое я обычно говорю ученикам, и вы, думаю, тоже. Вы заслуживаете лучшего, Адди.
Эти слова вызывают лишь новый приступ слез. Этьен выходит из-за стола и гладит меня по плечу. Внезапно мое тело отзывается на его прикосновение, и в животе что-то стыдливо вздрагивает.
– Возьмите выходной.
– Не могу. А как же… битва на реке Бойн? – выдавливаю я.
Директор улыбается
– Мы с Мойрой разберемся. Поставим им какой-нибудь образовательный фильм.
Рука Этьена по-прежнему лежит на моем плече – теплая и успокаивающая.
– Адди, если захотите поговорить, приходите в любое время. И мой телефон у вас есть, так что звоните.
В итоге к родителям я не еду. Вместо этого лежу в нашей с Диланом кровати, смотрю в потолок и думаю об Этьене. Провожу пальцами по плечу и представляю, что это рука Этьена. Тошно от самой себя. Я слоняюсь по квартире, расчесываю предплечья, и мечтаю вернуться в лето, когда все было идеально.
В десять Дилана все еще нет. Он весь день пробыл с Маркусом. Но я впервые задумываюсь, действительно ли он у него. Что, если Маркус – только прикрытие? Что, если он встретил другую? Девушку мечты – умную, поэтичную, ровню себе? Такую, которая никогда не ревнует к заболевшему лучшему другу?
Телефон в моей руке жужжит, но я смотрю на него безучастно. Не знаю, чьего звонка я жду…
– Алло?
– О! Привет! – второй раз за день здоровается Деб. – Быстро ты. Можно обсудить с тобой моральную дилемму?
– Конечно…
Осознаю, что забыла поесть и с телефоном у уха иду к холодильнику в поисках чего-нибудь еще не просроченного.
– Итак, допустим, я хочу завести ребенка, и на примете есть один не особенно ответственный товарищ… Можно ведь просто переспать с ним и потом не говорить, что он отец?
Растерянно гляжу на кусок сыра.
– Эм…
– Я про Майка, – подсказывает Деб. – Охранник в клубе, с которым я познакомилась на твоем дне рождения.
Пытаюсь собраться с мыслями.
– Он в принципе не очень любит презервативы, – объясняет Деб. – Алло? Ты еще тут?
– Да, извини. Перевариваю информацию.
Захлопываю дверцу холодильника. Деб терпеливо ждет.
– Думаю, это неправильно. Да, точно. Так себе идея.
– Эх… – Деб падает духом. – А если бы случайно вышло, то ничего?
– Ага. Только теперь уже случайно не считается.
– Почему? Кто узнает-то?
– Я. Ты же мне рассказала.
– Черт! И зачем ты трубку взяла?
Вздыхаю.
– Спроси Майка, вдруг он и не против стать отцом.
– Ну, он наверняка окажется не против. Но есть риск, что он внезапно вторгнется в нашу с ребенком прекрасную жизнь и начнет качать права.
Так странно слышать разговоры Деб о детях. Я ведь и правда считала, что сестра убежденная чайлдфри. Кто же знал, что она передумает? Да еще так решительно. Но в этом вся Деб: никаких раздумий и страданий, никаких полутонов – только «да» или «нет».
Интересно, как бы она поступила на моем месте? Уж точно не стала бы реветь в туалете. Чувствую укол стыда.
– Может найти донора. Есть же специальные клиники, – подсказываю я.
– Слишком сложно. И гораздо менее весело, чем заниматься сексом с Майком.
– А почему именно Майк, позволь спросить?
– Ну… Я же сказала, он не любит презервативы.
Жду продолжения.
– И потом, он неплохой экземпляр: высокий, красивый, добрый, смешной и все такое.
– Прямо идеал.
– Ой, не начинай. Я же донора спермы ищу, а не парня.
– Чем плохо иметь парня?
– Сама и ответь, – сухо предлагает Деб. – Ходячая реклама отношений…
Хлеб оказывается совсем засохшим, но ничего, для тоста сойдет.
– Я бы сказала, что отношения с одним человеком – это прекрасно, – объясняю я. – Беда в том, что у меня будто два парня разом.
– Дилан и Этьен?
Замираю с кусочком хлеба в руке.
– Что?
– Нет? – теряется Деб.
– Почему ты так сказала?
– Извини, ты расстроилась? Я думала, он тебе нравится.
– Я имела в виду Дилана и Маркуса.
– О, конечно. Точно.
Сердце бьется слишком быстро. Деб лучше всех меня знает. Если ей кажется, что мне нравится Этьен…
А разве нет? В конце концов, о ком я думала весь вечер?.. Снова накатывает злость на саму себя. Я люблю Дилана. Дилана, и точка!
– Прости, Адди.
Опускаю рычаг на тостере. Надо поесть. О, можно ведь было поджарить хлеб на гриле вместе с сыром! Ладно, тост тоже сойдет.
– Ничего, – выдавливаю я. – Только… странно, что ты так сказала. Разве я о нем вообще упоминала?
– Да, постоянно. Не парься, просто я неправильно все поняла.
Долгая тишина.
– Знаешь… Кажется, ты не совсем ошибаешься, – тихо возражаю я.
– О! То есть, он тебе нравится?
– Иногда. Не знаю. Я ужасный человек! Изменщица!
– Адди, угомонись. Никакая это не измена – чуть-чуть помечтать о другом. Он тебе нравится больше, чем Дилан?
– Чего? Нет! Нет, конечно! Но, понимаешь, с Диланом все так сложно… А с Этьеном я немного отвлекаюсь.
Ключ поворачивается в замке, и я снова чувствую себя виноватой. Хлеб выскакивает из тостера. Я вздрагиваю.
– Деб, мне пора. Люблю тебя.
– А если Майк сам решит не надевать резинку? Тогда это считается осознанным риском с его стороны?
Устало прикрываю глаза.
– Пока, Деб.
– Ладно, ладно. Пока.
Дилан выглядит измученным. Вся злость испаряется, когда я вижу, как он, пошатываясь, проходит на кухню, достает стакан, наполняет его водой, выпивает и наливает еще. Я делаю шаг к нему, чтобы обнять, но он отстраняется.
– От меня воняет рвотой. Сперва надо сходить в душ. Извини.
– Ему очень плохо?
Дилан молча кивает и уходит в ванную, а я мучусь угрызениями совести. Маркус нездоров, Дилан ему помогает, а я устраиваю скандал на пустом месте.
Первое сообщение от Этьена приходит вечером субботы, через десять дней.
Как дела, Адди? Знаю, в школе нелегко об этом говорить. Хоть здесь напишите.
Но я решаю на него не отвечать. Со стороны Этьена очень непрофессионально обсуждать личные дела вне школы. Хотя, напиши Мойра, это не показалось бы мне странным. Или Джейми, а ведь он свободный парень моего возраста. Этьен просто ведет себя как вежливый, внимательный коллега и руководитель, ничего непрофессионального тут нет.
Дилан опять присматривает за Маркусом. Неделя прошла хорошо: мы обсудили Маркуса и его срывы. Я пообещала быть более понимающей.
Намного лучше, спасибо. Спасибо, что подстраховали меня тогда.
Ответа нет. Наверное, тон вышел слишком резким. Однако когда мы с Этьеном сталкиваемся в понедельник, он улыбается, и в его улыбке я вижу понимание и поддержку. Значит, все хорошо.
Так продолжается месяц или два. Мы изредка переписываемся – ничего непристойного, просто чуть менее формальное общение, чем на работе. Магистратура и смены в баре отнимают у Дилана почти все время, и я частенько остаюсь одна. Иногда, по вечерам, я задерживаюсь в школе и беседую с Этьеном за чашечкой чая. Но ничего больше.
Не буду отрицать, я жду этих встреч. Формально мы ничего дурного не делаем. А на самом деле…
Я знаю, что Этьен меня хочет. Бывает, и я его хочу.
До рождественских каникул остается два дня. Время позднее, девять часов, и в школе никого нет, даже сторожа. У Этьена есть ключи, он запрет двери перед уходом.
– Адди? – Директор заглядывает в мой кабинет. Я снимаю со стены плакат, который Тайсон умудрился расцарапать в стиле Росомахи из «Людей Икс». – Может по бокальчику, прежде чем идти домой?