Наши уже не придут 3 (СИ)
Немиров ожидал худшего, но, в этот раз, обошлось — противник всё ещё в прострации и до сих пор не начал соображать.
Всё дело в том, что противотанковые орудия перемещаются не на конных подводах, как можно было ожидать, а буксируются грузовиками. Это очень сильно повышает мобильность противотанковой обороны, что компенсирует смешную численность пушек.
Аркадий распределил орудия по танкоопасным направлениям и приказал оперативному штабу использовать пушки по своему усмотрению, опираясь на данные разведки.
Противник ещё не умеет концентрировать бронетехнику скрытно, поэтому о грядущих атаках становится известно сильно заранее, что и позволяет оперативному штабу заблаговременно перемещать ПТ-орудия и готовить оборону.
Как сообщает нелегальная разведка из Польши, Франция передала Войску польскому ещё семьсот пятьдесят Рено ФТ. Считается, что этого должно хватить для прорыва фронта.
Французы наделали себе очень много танков этой модели, но они уже передали, суммарно, минимум 1450 единиц. Вероятно, они считают, что если оборона противника не пробивается, то это значит, что в наступлении применено недостаточно танков…
«А кто-то уже комплексует, что у нас вообще нет танков», — подумал Немиров. — «Не понимают, увы».
Уже состоялось несколько знаковых побоищ — в канун Нового года поляки предприняли крупное наступление, которое закончилось тем, что они сумели завоевать себе целых два километра.
Правда, обошлись им эти два километра в двести тринадцать танков. Как ни посмотри — слишком дорого. И дорого не потому, что танки, а потому что экипажи.
Ключевое отличие противотанковой пушки от противотанкового ружья — заброневое поражение. Если немецкая «Танкгевер» пробивала броню танка и давала при этом сравнительно мало осколков или не давала их вовсе, то вот 37-миллиметровый каморный (1) снаряд взрывался и осыпал экипаж осколками. Это давало феноменальную убойность, практически гарантировавшую танкистам смерть.
В Рено ФТ два члена экипажа, а сам танк маленький, поэтому попасть по нему из противотанковой пушки и промахнуться по экипажу — это нужно специально постараться…
У британцев, что удивительно, дела обстоят получше. Марк I представляет собой длинный и широкий гроб, в который вмещаются восемь членов экипажа.
Немиров специально посчитал примерную площадь внутреннего пространства этих двух танков. У Рено ФТ получалось около двух метров квадратных, а у Марк I примерно восемь метров квадратных.
Важный момент — в РККА принято называть все британские танки Марк I, хотя, на самом деле, непосредственно Марк I уже давно не применяются. У поляков есть Марк III, Марк IV и Марк V, а также Марк IX, но последний — бронетранспортёр.
Различия между моделями не особо существенны, хотя Марк V выгодно отличается от предшественников удобством эксплуатации и дополнительным пулемётом в корме. Но в РККА всех их называют Марк I, потому что скорость хода та же, бронирование и вооружение практически то же — а если нет разницы, то зачем заморачивать себе голову?
— Что докладывают по Виннице? — поинтересовался Аркадий.
— Наши нелегалы сообщают, что польская оккупационная администрация ведёт охоту на большевиков и сочувствующих, — ответил Борис Михайлович. — Население недовольно, но я бы не рассчитывал на вооружённое восстание. Присутствует несколько батальонов коллаборационистов — оккупационная администрация поставляет им вооружение и экипировку.
— Вскрылись, паскуды… — произнёс Аркадий. — Прикажи нелегалам, чтобы аккуратно фиксировали, кто и как сотрудничает с оккупантами.
— Уже, товарищ гвардии генерал-майор, — ответил Шапошников. — Ячейки активно работают.
— Какие мысли насчёт следующих действий противника? — поинтересовался Немиров.
— Опираясь на данные разведки, полагаю, что они дождутся, пока мы накопим силы для наступления на Винницу, после чего навяжут нам встречный бой, — ответил Борис Михайлович. — Если они решатся на такое, это будет действенной стратегией — мы не сможем сходу применить противотанковые орудия, поэтому потеряем некоторое количество живой силы и бронетехники.
Только вот противник тоже потеряет много живой силы и бронетехники.
— Это неизбежно, — вздохнул Аркадий. — Что ж, тогда увеличивайте интенсивность полётов разведчиков — мы должны точно знать, когда противник начнёт контрнаступление.
Сейчас противостояние двух армий с бронетехникой выглядит как поединок двух тяжелобронированных рыцарей — мобильность оставляет желать лучшего, длительные и интенсивные атаки невозможны, и каждая атака открывает возможность для внезапной контратаки.
Но хуже всего то, что армии слишком привязаны к железной дороге.
Вермахт отправлял свои панцергренадерские дивизии в существенный отрыв от железных дорог, но для этого у него были броневики, танки и грузовики с достаточным моторесурсом, а также развитая радиосвязь.
Полноценные механизированные корпуса, которые должны будут появиться в РККА в ближайшие годы, ради чего Аркадий и работает всё это время, должны получить адекватные броневики, танки и грузовики, а также высококачественную связь, что позволит творить с противником такое…
— Слушаюсь, — козырнул Шапошников.
— Борис Михайлович, — поморщился Аркадий. — Давай без этого расшаркивания, а? Мы не чужие люди, корниловцев и японцев вместе били — зачем всё это? Сколько мне нужно говорить? Или приказ по корпусу выпустить, чтобы гвардии полковник Шапошников обращался ко мне исключительно по имени-отчеству, а за нарушение карать?
— Ну, хорошо, Аркадий Петрович, — вздохнул гвардии полковник. — А по поводу кавалеристов что?
— Генерал-полковник Алексеев какие инструкции давал? — уточнил Аркадий.
— Пока что — никаких, — пожал плечами Шапошников. — Он полагается на наше разумение, как я понял.
— Тогда сегодня же всех лихих командармов ко мне в кабинет, — сказал Аркадий. — Будем думать, как отравить пресветлым панам их сладкую жизнь…
*29 января 1920 года*
— №% твою мать! — выкрикнул Удальский, своими глазами увидевший искры, высеченные на корпусе вражеским снарядом. — Один час, Марк один, очередями — огонь!
Наводчик резво закрутил механизм поворота башни и сразу же начал палить по стоящему посреди поля танку, повёрнутому ромбом.
Пушка «пом-пом» начала оправдывать своё неформальное название. Серии из трёх-четырёх снарядов начали врезаться в Марк I и высекать из него искры.
Бронислав внимательно следил за попаданиями через стереотрубу. Вражеский танк задымил, внутри него начался пожар, но орудие в спонсоне сделало ещё один выстрел.
Корпус броневика ощутимо тряхнуло, а затем кто-то закричал. Наводчик довершил дело длинной очередью вдоль всего корпуса танка.
— Доклад! — прокричал Удальский.
— Механик-водитель — в порядке! — выкрикнул гвардии старшина Печорин.
— Радист — в порядке! — ответил гвардии старший лейтенант Шулаев.
— Наводчик — ранен… — ответил гвардии лейтенант Казаков.
— Десант — один убитый! — ответил гвардии старший сержант Левашев.
— Десант — оказать помощь лейтенанту Казакову! — приказал Удальский. — И одного человека за трубу!
Сам он помог наводчику открыть дверь в десантное отделение, после чего занял его место.
Ранило осколками, но артерию не перерезало — если не задеты жизненно важные органы, то жить будет.
Бронислав приник к оптическому прицелу и начал искать вражескую бронетехнику.
Один из десантников занял командирское место и начал крутить стереотрубу, без которой броневик практически слеп.
Главный недостаток любой бронетехники — практически полное отсутствие кругового обзора. Без поддержки моторизованной пехоты никакое наступление невозможно, потому что это лишь вопрос времени, когда вражеские солдаты подберутся поближе…
Но сейчас ситуация иная.
Броневики едут при поддержке трофейных танков — у командования нашлось применение для Рено ФТ, коих было взято очень много.