Наши уже не придут 3 (СИ)
*1 февраля 1921 года*
— Ну вот… — поморщился Жуков.
Он стоял перед телами, накрытыми кусками старой и грязной шерстяной ткани.
Очередная банда повстанцев попыталась устроить нападение на арсенал города Урумчи. Итого — четверо погибших лебинов, то есть, рядовых НОАК, а также двадцать девять погибших повстанцев, которые, судя по всему, из уйгуров.
— Собрать во дворец наместника всех уйгурских старейшин, — приказал Жуков.
Воевать с ними можно бесконечно, тут очень много людей, но Георгий решил, что гораздо продуктивнее будет договариваться. Все чего-то хотят.
«Надо бы переименовать этот дворец», — подумал он. — «Что ещё за наместник? Наместник Маркса на Земле, ха-ха-ха?»
Жуков ещё раз посмотрел на убитых повстанцев, после чего направился во дворец наместника.
Тронный зал отсюда демонтировали и увезли в Петроград, чтобы воссоздать в музее, а вместо тронного зала оборудовали штаб. Тут в центре большой стол на двадцать посадочных мест, у стен столы для писарей и иных штабных должностей, а в правом углу, вне зоны поражения осколков и пуль снаружи, стоят две радиостанции.
Взять Урумчи оказалось гораздо проще, чем дойти до него.
Батареи противника на высотах, как оказалось, воевали доктринами XIX-го века — позиции артиллерии оборудовали плетёнными габионами с землёй и баррикадами из мешков то ли с песком, то ли тоже с землёй. Окопы для личного состава рыть в каменистой почве китайцы поленились, а мятежники, видимо, не подсказали, насколько это важно…
В итоге, после ночного развёртывания артиллерии, батареи на высотах были уничтожены. Урумчи оказался без артиллерийского прикрытия, поэтому открылась возможность подойти к полуразвалившимся средневековым стенам города.
А дальше было делом техники — артиллерии и доехавших броневиков…
Бывшие корниловцы, к сожалению, не решились вступить в бой, а просто отступили дальше на восток, в горы.
— Вечного здоровья и процветания тебе, полковник-агза… — в пояс поклонился самый старший из старейшин. — Я — Исмаил Турсун, аксакал карамайских уйгуров…
«Агза» — это «старший» на уйгурском. Как подсказали Георгию, это уважительное обращение либо к старшему по возрасту, либо к старшему по положению. Сейчас речь о втором — уйгурские старейшины признают его старшинство. И это было хорошо.
Жуков молчал. Он внимательно рассматривал стоящего перед ним старика.
Одет тот был в выцветший ватный халат, на голове его была тюбетейка. Единственное, что выделялось из одежды — красные сапоги из кожи, с позолоченным орнаментом. Кожа лица в морщинах, борода белая и доходит длиной до середины груди.
— Для чего ты собрал нас, полковник-агза? — вновь нарушил тишину аксакал Исмаил.
«Аксакал» — это, буквально, «белобородый», то есть, старый. По сути, старейшина.
— Ночью была предпринята попытка налёта на наш арсенал, — произнёс Георгий. — Это были уйгурские юноши.
— Да, это был оттуз огул Фаруха, — кивнул старик Исмаил.
— Что такое оттуз огул? — не понял его Георгий.
— Это союз тридцати юношей, — подсказал стоящий рядом майор Лю Синь. — Традиционное объединение уйгурских юношей.
— Тридцать? — переспросил Жуков. — Но убито было двадцать девять. Где тридцатый?
— Мы накажем его, полковник-агза… — подал голос аксакал.
— Выдайте его нам, — приказал ему Георгий. — Не вынуждайте нас показывать наш гнев.
— Хорошо, мы отдадим его вам, — склонил голову Исмаил. — Он будет казнён?
— Суд решит, — безразлично ответил Жуков. — Теперь по поводу этих нападений…
— Товарищ полковник… — тихо обратился к нему майор Лю Синь.
— Что? — повернул к нему голову Георгий.
— Аксакалы не имеют реальной власти, — тихо сказал китаец. — Договариваться с ними бесполезно — они ничего не могут… Беки — вот кто наш настоящий враг…
— Исмаил-агза, — вернул Жуков взгляд на аксакала. — У меня есть выгодное предложение для тебя и твоего рода. Я прощаю того юношу — можете оставить его себе. Но если вы будете выдавать мне местоположение беков, чинящих препятствия снабжению моих войск, то я буду щедр с вами. У нас есть много товаров, которые вам бы не помешали. Оружия у вас и так хватает, как и боеприпасов, поэтому я готов одаривать вас щедрыми дарами Советской России. За верное местонахождение одного бека я буду выдавать выдавшему его роду ценных товаров на сумму не менее двух тысяч рублей.
— Это было… неожиданно, — шепнул ему на ухо майор Лю Синь.
— Прекрати шептать мне на ухо — я тебе не граф или герцог какой-нибудь, чтобы личного наушника иметь, — попросил его Жуков. — Если есть, что сказать — говори, как есть и при всех.
— Понял тебя, товарищ полковник, — кивнул китайский офицер.
— Как ты услышал и понял мои слова, Исмаил-агза? — спросил Жуков, после чего оглядел остальных аксакалов. — Как их услышали и поняли вы, почтенные аксакалы?
— Мы услышали и поняли тебя, полковник-агза… — степенно кивнул старик Исмаил. — Мы передадим эту весть остальным.
Слышал Георгий как-то историю о том, как начинал генерал Немиров. Ходит байка, будто какой-то пуштунский вождь объявил награду за его голову, а тот предложил вдвое больше. И будто так получилось, что Немиров просто сидел на камне, а потом калаши-торговцы принесли ему голову «заказанного».
Регион чем-то схож с Кафиристаном, который в полутора тысячах километров отсюда. И Жуков решил, что это может сработать.
«Головы беков мне приносить не надо», — подумал Георгий, — «но вот дать наводку на их тайные лагеря конным егерям — это милое дело…»
Это уже было приближено к дипломатии. С местной спецификой.
Примечания:
1 — Wright Aeronautical — уважаемый читатель, ты этого не просил, но она снова тут — рубрика «Red, зачем ты мне всё это рассказываешь⁈» — здесь история может показаться слегка запутанной. Изначально братья Райт учредили компанию Wright Company в 1906 году, потом она снюхалась с компанией Гленна Мартина, который предложил ей слиться в 1916 году. Беда была в том, что тот брат, которому достались все мозги, Уилбур Райт, умер от брюшного тифа в 1912 году, а Орвилл Райт, который был гораздо осмотрительнее при поедании моллюсков на светских раутах, по его же словам, испытывал отвращение к бизнесу и ему в хрен не упёрлось управлять вот этим вот всем. Уилбур, кстати, тоже терпеть не мог ведение бизнеса, но, в отличие от братухи, разбирался в нём. В 1915 году Орвилл Райт всё бросил и толкнул свою компанию на сторону, после чего больше в этом борделе не появлялся. И вот, Гленн Мартин предложил компании Wright, которая уже без единого Райта, слиться, типа, сейчас мы такое забабахаем — закачаетесь. Но там уже совет директоров какой-никакой образовался, поэтому что-то не срослось и компания Wright-Martin просуществовала очень недолго. Развод произошёл, компания, просуществовавшая три года, в 1919 году разделилась на два независимых куска — Wright Aeronautical и Glenn L. Martin Company. Дальше Wright Aeronautical должна была слиться с Curtiss Aeroplane and Motor Company в 1929 году, чтобы образовать Curtiss-Wright Corporation, которая здравствует и поныне. По состоянию на 31 декабря 2023 года, чистая прибыль — 354,5 миллиона долларов США, а общий капитал — 2,328 миллиарда долларов США, а всего активов — на 4,621 миллиарда долларов США. Но в романе Кёртисс, ещё на стадии кипятильника, с потрохами выкупил некто Леон Карчеус, который впоследствии начал азартно жрать всех остальных игроков на авиационном рынке США…
2 — Акт Шермана — вообще, Рокфеллер — это мой любимый злодей из нашей с тобой истории, уважаемый читатель. Если брать ось мировоззрения из настолки DD, то Рокфеллер — это «законопослушный-злой», прямо образцовый персонаж для этого мировоззрения. В принципе, Леонид Курчевский в своей сюжетной арке повторяет действия Джона Рокфеллера, но в миниатюре, где-то под микроскопом. Рокфеллер, в конце XIX века, изобрёл имбу — стандартизировал бочки для перевозки керосина, обеспечил единообразие керосина, а также наладил чёткую логистику, чего не смогли сделать его конкуренты, из-за чего, кстати, он и назвал свою компанию «Standard Oil». Стандартное топливо, которое всегда одного и того же качества, всегда поставляется в срок, всегда чистое и всегда в красивых и исправных бочках. На тот момент это оказалось имбой. С этой имбой на руках, Рокфеллер начал поглощать конкурентов, причём наглухо: «вот тебе деньги — вали отсюда нахрен, но оборудование и работников оставь». Покупаемые предприятия приводились к требуемому стандарту, что увеличивало долю предложения Рокфеллера на рынке — его керосин не был дерьмового качества, поэтому люди только радовались. Всего за десять лет, с 1870 по 1880 год Рокфеллер обожрался чужими компаниями настолько, что перерабатывал 95% всей добываемой в США нефти. В 1882 году он основал Standard Oil Trust, трест из 40 компаний, что превратило эти 40 компаний в одно юридическое лицо, полностью подчинённое одному физическому лицу — Джону Рокфеллеру. В 1894 году он стал первым в истории человечества долларовым миллиардером. Это сейчас их так много, что их даже куры не клюют, но и миллиарды у нас нынче совсем не те… С 1894 года до 2024 года инфляция доллара составила около 3300%, то есть, 1 миллиард долларов США образца 1894 года — это 33 миллиарда долларов США образца 2024 года. Это всё примерно, плюс-минус локоть, потому что надёжные данные об инфляции доллара у нас есть только с 1913 года. До Илюхи Маска и Ваньки Безоса с 33 миллиардами, конечно, как Безосу до Марса, но Рокфеллер был первым и единственным до 1900-х. Крёз — сирота казанская, если сравнивать с Рокфеллером. Так вот, увидели, что вся нефть добывается и перерабатывается в одно лицо, а топливо начинает играть всё большую и большую роль в экономике, ещё в 1890 году — увидел это сенатор Джон Шерман, который предложил законопроект, чтобы это самое, тут вам не тут, вообще-то. Нет, написано было хорошо и красиво — тресты с целью ограничения свободы торговли создавать запрещено, как и вступать в сговор с целью этого, а окружные прокуроры обязаны преследовать покушенцев на такое, штрафовать, конфисковать и сажать в тюрьму на срок до 10 лет. Закон красивый, всё с этим хорошо, но его не использовали вообще никак, потому что то ли было слишком ссыкотно, то ли подходящий момент никак не наступал… Началось всё только в 1901 году, когда в кресло президента, в результате досадного факапа, сел Теодор Рузвельт. Вот он-то сразу вспомнил об Акте Шермана, который запрещал формирования трестов с целью, ключевая фраза, ограничения свободы торговли. Этот акт писался специально под Рокфеллера и его «Standard Oil». Дело насчитывало 14 495 страниц, в 1371 документе, в 21 томе. И только в 1909 году федеральный суд постановил распетушить «Стандарт Ойл» на семь компаний, которые сохранили в своих названиях «Standard Oil», но потом сделали ребрендинг в такие прикольные компании как Exxon, Mobil, Chevron, Amoco, Conoco, Sun и один кусок впоследствии был выкуплен великобриташками и стал американским отделением British Petroleum. Как видишь, это все те ребята, которые сейчас азартно сосут из всех щелей Земли-матушки, во всех её уголках. Помог ли Акт Шермана? В моменте — да. Глобально — нет. Все эти дочери «Standard Oil» никогда не ругаются друг с другом и не пытаются друг друга сожрать, как оно должно быть в нормальной конкуренции метафорического свободного рынка. Местами они действуют сообща, местами делают вид, что вообще не при делах, а местами изображают конкуренцию, если прямо очень надо покрутить барашка. Но всё у них давно поделено, поэтому они сосут, можно сказать, по картельному сговору. Лёня Курчевский, по сравнению с Рокфеллером, даже не шелудивый щенок, а не самый важный микроб на блохе, шестерящей у пятого заместителя главной блохи на этом щенке. Но микроб, занимающий очень интересную позицию.