Наши уже не придут 3 (СИ)

— Кхм-кхм, — кашлянул он. — Алюминиевая промышленность на севере Казахстана — это проект десятилетий. Наша ключевая задача — возвести там минимум четыре мощные электростанции, которые дадут достаточно энергии для электролиза. Уголь там в изобилии, поэтому вопрос топлива не будет актуален в ближайшие лет пятьдесят…
— Это мы уже давно знаем, товарищ Немиров, — прервал его Григорий Евсеевич Зиновьев. — Лучше расскажите нам, что потребно на данный момент. Может, есть какие-то проблемы, которые невозможно решить с вашими полномочиями?
И снова это. Аркадий ясно дал понять всем, что если ему что-то вдруг понадобится, то к ответственному лицу вмиг прилетит запрос требуемого. Такое уже было не раз.
— Всё идёт по плану, — покачал он головой. — А если что-то потребуется, то я подниму этот вопрос перед ответственными лицами.
— Замечательно, — сдержанно улыбнулся Зиновьев.
— Теперь по упомянутому в самом начале заседания вопросу строительства Челябинского машиностроительного завода, — продолжил Аркадий. — Начать придётся издалека…
Далее он попросил ассистента начать показ «слайдов», то есть перелистывание листов формата А3, на которых были изображены схемы и графики, описывающие ситуацию с машиностроением в Советской России.
Дела у неё с этим обстоят не очень, но для того они и сидят тут все — ситуацию необходимо срочно исправлять.
Челябинск, по замыслу Аркадия, станет Танкоградом, городом-кузницей основных боевых танков, бронемашин, а также различных САУ.
Для этого придётся проделать титаническую работу, но Аркадий не видел препятствий для осуществления его замысла.
До Челябинска одинаково далеко, что с запада, что с востока, поэтому он будет вне досягаемости стратегической авиации любой из сторон. Но с востока даже дальше, во всех смыслах — чтобы добраться до него, придётся преодолеть пару тысяч километров малонаселённой местности, без какой-либо инфраструктуры.
Место оптимально подходящее для гигантского концерна по производству бронетехники — это идеальный Танкоград…
Сырьё будет приходить из Казахстана и других уголков будущего СССР, а кадры поступят из других городов Советской России.
Но основа основ — машиностроительный завод. С него всё и начнётся.
Манера подачи информации, которую применяет Немиров, очень нравилась членам Политбюро, потому что услышать — это одно, а увидеть при этом убедительные цифры и красивые графики — это совсем другое.
Аркадий начинал практиковать такое ещё во времена учёбы во Владимирском военном училище и не собирался прекращать.
Другие партийцы начали подражать ему, поэтому в моду уже вошли иллюстрированные доклады.
— … таким образом, как только будет налажено производство бензинового двигателя Кёртисс К-12, мы сможем снабжать нашу авиацию мощными двигателями, под которые и будут разрабатываться новые самолёты из корч-древесины, — продолжал Аркадий. — Таким образом мы получим авиацию, которая, на некоторое время, будет опережать в своём развитии авиацию потенциального противника.
То, что происходит сейчас в Германии — это полноценная Гражданская война, которая замедлит развитие этой страны на годы. Впрочем, даже при этом Германия по своему промышленному развитию опережает Советскую Россию слишком сильно.
Даже если Гражданская война пройдёт по Германии кровавым вихрем, как в прошлой жизни Аркадия она прошлась по России, всё равно придётся приложить колоссальные усилия, чтобы догнать её.
Но поступающие сведения ведут к однозначному выводу — немцы ведут свою Гражданскую войну очень аккуратно. Гражданское население никто не вырезает, то есть, сведений о таком не приходит, но города жгут и за заводы сражаются — какой-то ущерб промышленности наносится.
Немиров бы и рад устроить Германии деиндустриализацию, потому что знал, против кого именно эту промышленность потом используют, но у него нет понимания, как объяснить и обосновать это.
Единственное — он держит руку на пульсе переговоров с Чехословакией. Их правительство чувствует свою слабость и хочет хоть каких-то гарантий от сильных мира сего.
  
Советская Россия уже показала свою силу — Польша успешно курочится на полях сражений и участь её печальна. А до этого большевики добились ряда внушительных побед при решении внутренних проблем — с военной точки зрения в Советской России можно даже не сомневаться.
Идея предоставления гарантий безопасности заинтересовала правительство Чехословакии — Томаш Гарриг Масарик положительно расположен к большевикам, так как они позволили чехословацкому корпусу вернуться домой через Советскую Украину. В целом, это повлияло на государственность Чехословакии — у неё сразу же появилась относительно боеспособная армия.
Но вопрос актуален — а как она будет защищать себя в новой мировой бойне, которую уже успел предсказать маршал Фош. Он сказал в Компьенском лесу: «Это не мир, это перемирие на 20 лет!»
Правда, он имел в виду, что Германию надо было додавить до конца, чтобы из-под сапога кишки полезли…
Чехословакия, при условии, что Чичерин справится с задачей, может предоставить пропуск через свою территорию. И тогда в Германию устремятся грузы военного назначения, что серьёзно продлят Гражданскую войну.
— … управление воздушных сил РККА уже уведомлено, — продолжал Аркадий доклад. — Как только будет сформирована упомянутая комиссия, мы начнём проработку концепции тактических бомбардировщиков.
Военно-воздушные силы до сих пор подчинены непосредственно сухопутной армии, так как они ещё даже не рассматриваются как отдельный род войск с собственными задачами. Немиров это исправит, в скором времени.
Ему спускают все эти радикальные действия, так как Ленин разрешает ему практически всё.
РККА нужно выкроить под нужды будущей войны. И Аркадий, как никто другой, понимал, что важно всё. Нравится кому или не нравится, а он будет делать свою работу, чтобы, когда пробьёт час очередной мировой бойни, все были готовы.
*12 декабря 1920 года*
— Есть сведения о силах противника, занявших высоты перед городом, — сообщил капитан Лю Синь. — Орудия у них, две батареи. Будто бы японские полевые пушки.
— То есть, подтвердились сведения от корниловца? — улыбнулся Жуков.
— Так точно, товарищ подполковник, — ответил китайский офицер. — Надо брать высоты. Если не возьмём — в Урумчи мы не войдём.
— Это и так понятно, — хмыкнул Жуков. — Нужно собирать штаб и планировать штурм города.
Они подошли, наконец-то, к заветному Урумчи.
Это было тяжело, так как местные банды оказывали ожесточённое сопротивление, но не бились лоб в лоб, а использовали очень специфическую местность, чтобы атаковать грузовики снабжения или подкрепления.
Сильно помогает полк конных егерей, прибывший из Новосибирска, но с бандитами, которых тут пруд пруди, нужно срочно что-то делать.
— А что с корниловцем делать? — спросил Лю Синь.
— Да отпустите, — махнул рукой Георгий. — Он нам больше не нужен.
Этого поймали при попытке проскочить через горный перевал, контролируемый силами китайских коммунистов.
Штабс-капитан Кареловский, по его словам, шёл к коммунистам, чтобы предупредить о том, что в Урумчи прибыла пехотная дивизия милитаристов, с артиллерией и пулемётами.
А ещё он сказал, что милитаристам помогает полк полковника Радомана, бывшего корниловца, который, с вверенным ему пехотным батальоном, сумел бежать в Синьцзян ещё задолго до того, как дело Корнилова было закончено. Теперь его батальон разросся до полка, за счёт других корниловцев, нашедшихся в китайской провинции.
Мятежники — это проблема. Воевать они, несмотря ни на что, умеют. Во всяком случае, получше солдат милитаристов.
Генералы Ма, как оказалось, были не способны противостоять бойцам НОАК, которые просто были лучше во всём — в выучке, в оснащении, в мотивации…
А вот мятежники, обученные ещё в императорской армии, а также имеющие боевой опыт и мотивацию не дать коммунистам согнать себя с насиженного места, могут оказаться серьёзным вызовом.