Его вторая семья (СИ)

— Я не боюсь, — пробормотала и покраснела.
К чему эта ремарка?
Она интервью смотрела — поняла и отступила, уже готова была развернуться, увезти сына отсюда, но воспитатель позвала.
— Соня, постойте. Простите, я не так выразилась. Имела ввиду. Не волнуйтесь.
— На тему? — спросила резко.
Да, она ни в чем не виновата. Но мне теперь всюду мерещатся враги.
— Это не мое дело, возможно, — Кристина Эдуардовна поежилась на ветру и запахнула пальто. — Но если вы переживаете по поводу журналистов — сюда они не проникнут.
— А воспитатели и дети? — изогнула бровь.
— Я понимаю вас, — она вздохнула. Понизила голос и придвинулась. — Сама была в похожей ситуации в прошлом году. Нет, конечно, не на всю страну. Вам сложнее. Но, Соня. У нас приличный детский сад. Не базар, чтобы сплетни собирать. За это можете быть спокойны.
— Да, но дети…
— Мы за ними следим, — заверила она меня. — Все будет хорошо. Ситуация со временем разрешится. Вы ни в чем не виноваты, чтобы прятаться и ребенка лишать общения со сверстниками. Как настроение, Мак? — опустила она взгляд. — Хорошее?
Сын кивнул.
— Ладно, — решилась и присела перед сыном. — Родной, если ребята чем-то обидят тебя — сразу звони мне. Не слушай их. Понял?
— Да, — Макар в нетерпении покосился на здание сада.
— Точно понял? — ладони вспотели, так я волнуюсь. Шумно выдохнула, приказывая себе успокоиться и не пугать ребенка своей паранойей, выпрямилась.
— А вон и папа идёт, — осторожно заметила воспитатель.
После ее слов резко обернулась и взглядом наткнулась на высокую фигуру Дениса.
Он, с небольшой спортивной сумкой в руках, шагнул в калитку. Помахал Макару и широко улыбнулся.
— Папа! — бросился к нему сын.
— Доброе утро, — кивнул нам муж и отвёл Макара, а сторонку, к лавочке. Из сумки достал какую-то коробку с новой игрушкой и передал сыну.
— Денис хороший отец, — негромко сказала Кристина Эдуардовна. Поймала мой взгляд и сникла. — Извините, не мое дело. Но мой муж ушел. И квартиру делил, не думая о ребенке. Все для той семьи старался. И ведь не был таким. Что случилось? Не знаю.
— Неизвестно, как Дэн себя поведет, — пробормотала и осеклась.
Нельзя ничего обсуждать с посторонними. Может, эту милую женщину подкупили.
— Я как обычно заеду, — предупредила. Поцеловала подбежавшего сына. Тот, сунув подмышку коробку, восторженный, двинулся вместе с воспитателем к крыльцу.
Мы с Денисом к воротам.
— Привет, — шепнул муж.
— Отзови охранника, — кивнула на чёрную иномарку, что за одно лишь утро намазолила мне глаза. — Я сама справлюсь.
— Нет, извини.
Остановилась и глянула на него вопросительно.
— Соня, это не блажь, это необходимость, — Денис провел ладонью по волосам. — Мне будет спокойнее, если Владислав рядом с тобой. Я и сам могу. На все забить и везде тебя сопровождать. По пятам за тобой ходить. Если позволишь.
— Это лишнее.
Муж поморщился от моего голоса, от отказа. Но справился с собой, натянул на лицо улыбку.
— Как скажешь. Но охранник останется. Хорошо? Куда ты сейчас?
— По делам.
Остановились. Он возле своей дорогой тачки, и я рядом с папиной старенькой.
Надо ещё что-то сказать, уезжать ни я не хочу, ни он.
Вспомнила про запись, которую мне скинул Барков. Ночью уснуть не могла и до дыр заслушала торговлю Полины с журналистами.
Денис должен об этом знать, но…
Не могу я так.
Мне верить хочется, что Дэн сам откроет глаза на эту дрянь, почему я должна его убеждать?
Я не хочу.
— Как Полина поживает? — спросила, открыв дверь.
— Я у нее не был.
— Когда поедешь?
— Могу вообще не ездить.
— А Матвей? — сощурилась.
— Соня, — муж навалился на дверь. — Ситуация хреновая. Но тебя и Макара я не потеряю. Ни за что.
— А если уже потерял?
— Жить мне тогда зачем? — он пожал плечами. Оттолкнулся и двинулся к своей авто. Не оборачиваясь, бросил. — Мне донесли, что ты с Барковым продолжаешь общение.
Не ответила, села за руль.
Муж оглянулся.
Захлопнула дверь и отвела глаза.
Господи, мне больно смотреть на него. И я бы все отдала, чтобы время назад повернулось, чтобы в ту проклятую ночь, когда он с моей подругой переспал — не отталкивать его.
 
В задницу надо было засунуть все свои истерики и трубку взять, на звонок его ответить, а не строить из себя обиженную. Но кто мог знать, что моя забота о его здоровье, мой страх, что его покалечат в будущем обернется крахом нашей с ним семьи.
Ничего не изменить.
Случилось так, как случилось.
Остаётся просто идти дальше.
ПОЛИНА
— Я подруга Софьи, — улыбнулась воспитательнице и показала нарядный пакет. — Вот, привезла для Макара подарок. Они ведь гуляют? — вытянула шею, пытаясь в толпе детишек рассмотреть Сонькиного ребенка.
С головы чуть платок не сполз, торопливо его поправила.
— Мне всего пять минут надо, только подарок отдать, — снова улыбнулась в нахмуренное лицо воспитательницы.
— Даже не знаю, — женщина посмотрела на детей. — Соня мне не звонила, не говорила, что вы приедете.
— А давайте сами ей позвоним? — с готовностью достала сотовый. Поправила черные очки на глазах и сделала вид, что набираю номер. Прижала молчащий телефон к уху и запела. — Сонечка? Я уже в садике, да. Машинку Макару привезла, которую он хотел. Ну, скажу я тебе, воспитатель тут покруче охраны президента. Да, — засмеялась. — Не пускает к твоему сыну, представляешь? Как говоришь ее зовут, Кристина Эдуардовна? — заметила, что лицо женщины слегка разгладилось.
И мысленно себя похвалила.
Не зря я целый час под забором топталась и мерзла, дожидаясь, пока этого цербера кто-нибудь из детей позовет по имени.
— Да, подарок отдам и поеду, ты с Дэном сейчас? — продолжила спектакль. — А, за рулём? Ладно, пока, не отвлекаю. Ой, стой, я трубку Кристине Эдуардовне передам, скажи, что… алло? — состроила гримасу сожаления и вздохнула. — Соня уже отключилась. За рулем едет, там у нее гудят… ну, позвоните еще раз.
Затаила дыхание.
И разом расслабилась, когда тетка не стала проверять.
— Хорошо, Макар вон там играет, — показала она рукой.
— Спасибочки, — как на крыльях полетела к ребенку, прижимая к себе пакет.
Высмотрела Сонькиного пацана — счастливо носится по участку, ничего его не берет.
А мой Матвей дома киснет, от окна не отлипает, папу ждет.
Боже, какая Денис всё-таки сволочь.
Ничего.
Они просто не понимают, какой перед ними противник.
— Макар, — приблизилась. Достала машинку из пакета и поманила его пальцем. — Узнал меня?
Сонькин сын остановился. Недоверчиво уставился.
А я платок не сняла, как и очки.
— Я подруга твоей мамы, — улыбнулась и протянула ему машину. — Держи, не бойся. Хотела тебе рассказать один секрет.
— Какой секрет? — стало любопытно Сонькиному сыну. Он подошёл ближе.
— Важный, — вздохнула. — Твои мама и папа уехали. На бой. У папы же соревнования. Улетели они. Далеко-далеко.
— А я? — поразился пацан и на автомате взял машинку.
— А за тобой скоро приедут, — шепнула. — Из детского дома.
Ребенок отшатнулся.
Удержала его за руку.
— Не бойся, — горячо зашептала. — Я тебя спасу. Увезу тебя к маме и папе. Хочешь к ним?
— Да! — он перепугался.
— Вон там, за деревьями, видишь, прутья в заборе погнуты? — показала. — Беги туда и лезь. Только чтобы воспитатель не видела. Это она позвонила в детский дом. Понял? Я там буду на машине. Сразу поедем к родителям.
Он смотрит на меня огромными глазами.
Рот открыл.
Насколько же легче была бы моя жизнь, если бы все люди так верили, с полуслова, как дети.
— Понял? — выпрямилась. — Как только воспитатель отвернется — лезь через забор. Я буду тебя ждать.
— И к маме поедем?
— Да.
Заметила, что Сонькин сын достал из кармана курточки телефон и тут же выхватила.